Кино недели: берегись автомобиля!

Пятничный спойлер от Дениса Рузаева

Кадр из фильма «Форсаж 7»

Безвременье в российском прокате наконец закончилось: «Форсаж 7» открывает сезон блокбастеров на ностальгической ноте, Риз Уизерспун отправляется в поход, а Райан Гослинг — в режиссуру авторского кино. Кроме того, в премьерах этой недели — девушки поющие, умирающие и восстающие из пепла.

«Форсаж 7»

Скрипят шины, гудит, заглушая сюжетные несостыковки, мотор, фактурно морщится кожа на перезрелом затылке Вина Дизеля — проще говоря, главная франшиза о любви к быстрой езде возвращается на экраны. Формально все по-прежнему: сменивший Джастина Лина в режиссерском кресле хоррормейкер Джеймс Ван («Пила», «Астрал») не стремится распугать фанатов серии и выпячивает сильные места. А именно — выводит автопогони если не на космический уровень, то как минимум в стратосферу: на тачках здесь не только гоняют, но и летают. Предоставляет пару десятков хлестких шуток Дуэйну Джонсону и не меньше возможностей грозно пострелять взглядом — Вину Дизелю. Вводит во франшизу самого достойного пока в ее истории злодея — в несгибаемом лице Джейсона Стэтхэма.

Вот только впервые за семь фильмов «Форсаж» не ограничивается лоснящимся автопорно, пацанским юморком и глянцем о превратностях красивой жизни. Немалую часть фильма занимает символическое, и вправду прощание с разбившимся в автокатастрофе в разгар съемок Полом Уокером — ностальгические нарезки, похлопывания по плечу, слезоточивый, напоминающий о традиции завязок вестернов финал. Эффект удивительный — даже самые дерзкие братюни, оказывается, способны отвлечься от тачек, красоток и распальцовки, чтобы задуматься о вечном.

«Дикая»

Ноги подкашиваются, рюкзак валится с плеч, палатка никак не хочет закрепляться на пронизывающем ветру — но к земле Шерил Страйед (Риз Уизерспун) тянут не походные невзгоды, а багаж прошлых ошибок, обид и утрат. Из-за невыносимости этого груза Страйед и отправилась в пеший путь по туристической тропе на Тихоокеанский хребет — надеясь за 1,5 тысячи километров и несколько месяцев если не найти себя, то, по крайней мере, примириться со своей непутевостью. Трудное детство и бедовая взрослая жизнь, героин и развод, случайные связи и хроническая депрессия, недавно скончавшаяся мать (шикарная Лора Дерн), наконец, — все это предстает в разбивающих хронику путешествия героини флэшбеках, давая понять, от чего именно та бежит. Бегство это стало успешным сначала в реальной жизни — «Дикая» снята по автобиографии-бестселлеру Страйед, которая, пройдя по Тихоокеанскому хребту, из официантки-недотыкомки превратилась в писательницу. А теперь получилось убедительным и на киноэкране. Уизерспун, меньше всего на свете похожая на наркоманку из глубинки, ухитряется играть так, что быстро перестаешь замечать и плакатные пейзажные отступления, и готовность режиссера чуть что пуститься в сантименты. Природа природой, а вот от увлекательной смены бурь и штилей на прекрасном лице актрисы в самом деле не оторваться.

«Как поймать монстра»

На прошлогоднем Каннском фестивале никого не освистывали так, как Райана Гослинга, актера, активиста, любимца женщин. Освистывали, впрочем, другую ипостась артиста — режиссерскую: дебют Гослинга в профессии, мягко говоря, остался непонятым. Увы, вовсе не по причине прогрессивности — а из-за кошмарного несоответствия целей и средств. Копеечную историю о драматичном взрослении подростка из депрессивного, оставленного всеми, кроме гопников и бедняков, и напоминающего Детройт захолустья Лост Ривер Гослинг снимает так, будто хочет закрыть своим фильмом кинематограф вообще. Подводные города и горящие хибары, вуайеристские пип-шоу и грудь Кристины Хендрикс, постапокалиптические банды и протяжные планы вместо диалогов, подражание Николасу Виндинг Рефну и цитаты из Терренса Малика — ни одно средство выразительности не оказывается для Гослинга лишним или чрезмерным, все идет в ход, как сороке в гнездо. Вместо кино в итоге получается претенциозное месиво, терпения на которое хватит только у самых больших поклонников гослинговских талантов.

«Последние пять лет»

Присутствие Анны Кендрик в актерском составе той или иной картины в последнее время все чаще стало означать одну вещь: в этом фильме поют. Комедийный «Идеальный голос» и диснеевский «Чем дальше в лес...», для полноты картины — еще и церемония вручения «Оскаров», а теперь вот — и «Последние пять лет», экранизация одноименного антибродвейского, реалистического мюзикла. Кендрик и Джереми Джордан через музыкальные номера рассказывают здесь историю распада одной влюбленной пары — на два голоса и две разнящихся точки зрения на этот разрыв. Получается мюзикл для людей, которые не обязательно любят мюзиклы, — и кино о несчастной любви, в которое проще простого влюбиться.

«Эффект Лазаря»

«Невеста Франкенштейна», версия очередная, хипстерская: несколько ботаников из одной калифорнийской лаборатории, включая пару влюбленных ученых (икона мамблкора Марк Дюпласс и икона женской красоты Оливия Уайлд), добиваются воскрешения из мертвых сначала свиньи (ненадолго), затем собаки (уже более результативно)... А потом героиня Уайлд погибает — и можете догадаться, что сделает ее возлюбленный, даже имя которого (Франк) является сокращением от очевидной в таком сюжете фамилии. Квазинаучный триллер в этот момент превратится в полномасштабный фильм ужасов — с тревожной беготней по мрачным лабораторным коридорам, цитатами из «Нечто» и «Ярости» Брайана де Пальмы, телекинезом и тьмой, застилающей зрачки Оливии Уайлд. Именно последняя здесь оказывается самым единственным по-настоящему пугающим хоррор-эффектом — все-таки, как ни крути, а ничего страшнее осатаневшей красивой женщины наш мир еще не придумал.