Подставить на «зеро»

Условный приговор поставил крест на карьере борца с подпольными казино

Фото: Сергей Расулов / РИА Новости

Приговор главе татарстанской общественной организации «Правопорядок», члену регионального отделения организации «Молодая гвардия Единой России» Эдуарду Салахутдинову и его предполагаемому сообщнику Тимуру Ильину вынес в понедельник, 12 октября, Кировский районный суд Казани. Обоих признали виновными в вымогательстве денег у владельцев подпольных казино и легальных игровых терминалов. Салахутдинов получил семь с половиной лет условно и трехлетний запрет на общественную деятельность, связанную с проверками. Кроме того, ему придется выплатить штраф в полмиллиона рублей. Ранее судимый Ильин, сотрудничавший со следствием и давший показания против Салахутдинова, отделался двумя годами исправительных работ.

На последних двух заседаниях, предшествовавших оглашению приговора, Салахутдинову стало плохо — пришлось прямо в зал суда вызывать для него скорую помощь. Последний раз активист почувствовал себя нехорошо 9 октября, когда представитель прокуратуры Светлана Белова запросила сроки для подсудимых. Нельзя не признать, что суд серьезно смягчил изначальные требования прокуратуры, которая просила для Салахутдинова реального срока в колонии строгого режима, а для Ильина — тоже реальные четыре с половиной года в колонии строгого режима.

От тюрьмы, сумы и биты

Это резонансное дело начиналось для теперь уже осужденного Салахутдинова совсем по-другому: изначально он был… пострадавшим. 7 августа Эдуарда жестоко избили неизвестные, нанесшие ему не менее 25 ударов бейсбольными битами. Медики зафиксировали у него многочисленные ушибы и черепно-мозговую травму, пять дней активисту пришлось пролежать в больнице. По подозрению в избиении 8 августа полиция задержала двоих — 46-летнего Олега Драчкова и 48-летнего Давида Гулканяна. Ранее Салахутдинов заявлял в полицию, что эти граждане располагают незаконными игровыми автоматами, однако правоохранители сочли, что Драчков и Гулканян — просто предприниматели, торгуют лотерейными билетами «Победа», а это законом не запрещено. Хотя у казино «Победа» еще 10 июня истек срок лицензии, утверждает федеральный координатор проекта «Агенты» Дмитрий Потапов.

Зато 20 августа полиция арестовала Тимура Ильина, активиста «Правопорядка» и соратника Салахутдинова, который и дал против него показания. У этого гражданина семь судимостей, из 30 лет жизни 11 он провел в местах лишения свободы, и есть основания ставить вопрос о том, насколько добровольными были показания, данные этим человеком. Еще 27 августа адвокат Эдуарда Дарья Тимохина сообщила, что в ходе очной ставки Ильин признал: показания против Салахутдинова ему пришлось дать под давлением правоохранителей. Следственный комитет (СК) по поручению главы ведомства Александра Бастрыкина даже провел по этому делу доследственную проверку.

Бесконтактные методики

Высказывались предположения, что показания из Ильина «выбивал» оперуполномоченный отдела уголовного розыска УМВД по городу Казани Азат Ганиев. «"Современные бесконтактные методики" допросов позволили полицейским Татарстана отказаться от применения бутылок», — сыронизировал по этому поводу в своем микроблоге в Twitter официальный спикер СК Владимир Маркин. Тонкий намек: аппарат президента Татарстана сейчас возглавляет Асгат Сафаров, которому три года назад пришлось покинуть пост главы республиканского МВД после нашумевшей трагической истории с пытками бутылкой из-под шампанского в ОВД «Дальний». В день ареста Салахутдинова 22 августа на портале change.org появилась петиция с требованием отставки Сафарова. За шесть дней ее подписали более 25 тысяч человек.

Впрочем, у «Агентов» есть и другая версия, согласно которой гражданин Ильин с его сложной судьбой был в рядах активистов «засланным казачком». У активистов было немало случаев, когда после выезда агентов в игровой салон для рейда точка успевала быстро закрыться, — такое возможно только если кто-то «сливает» владельцам казино информацию о проверке. С подозрительными людьми прощались, но Ильин проработал в проекте всего четыре месяца, по нему рано было делать выводы. Хотя «звоночки» были, вспоминают в частных беседах члены «Агентов»: слишком активно просился в рейды, интересовался, как устроена организация, хотя столь богатая биография не позволяет предположить в этом человеке увлеченного общественника.

В любом случае именно показания Ильина и его активное сотрудничество со следствием привело Салахутдинова на скамью подсудимых, а самого Ильина вывело из-под удара. Потому что для него, неоднократно судимого, исправительные работы вместо реального срока — просто подарок судьбы. В отличие от Салахутдинова, которому «отрабатывать» ничего не придется. Зато мораторий на общественную деятельность и условный срок по уголовному делу ставят крест на его общественной и политической карьере. Де-юре его приговорили за тяжкое преступление: прокуратура запросила для него срок более семи лет, что соответствует самому тяжелому третьему пункту статьи 163 УК РФ («Вымогательство»). А после такого приговора, по новому закону, нельзя никуда баллотироваться в течение десяти лет после погашения судимости. Судя по всему, основанием для «утяжеления» статьи стало в том числе наличие организованной группы — ведь Салахутдинова с Ильиным осудили вместе — как подельников. Удивительно, правда, почему при этом сам Ильин получил только исправительные работы на два года, ведь такое наказание предусмотрено пунктом 1 статьи 163. Получается, что молодогвардеец действовал в группе с Ильиным, а тот — отдельно от него?

О социальном лифте

«Молодая гвардия» была создана как социальный лифт для молодых активных провинциалов, лояльных государству. Этот социальный лифт вынес в большую политику немало известных фигур: депутаты Госдумы Владимир Бурматов и Алена Аршинова, экс-сенатор от Челябинской области Руслан Гаттаров, начальник управления внутренней политики Администрации президента Татьяна Воронова.

По сравнению с ними Салахутдинов занимался не политической, а строго общественной деятельностью: курировал в республике федеральный проект МГЕР «Агенты», задачей которого было выявлять нелегальные игорные залы. Федеральное руководство проекта утверждает, что за год казанский активист закрыл 500 подпольных контор. Выявив по агентурному сигналу нелегальную «точку», общественники отправляли туда агента для «контрольной игры», после чего гарантированно «накрывали» действующий салон с поличным. Такая работа требует налаженных неформальных коммуникаций и известной способности получать удовольствие от риска — не самые вредные для политика качества. Безусловно, такая деятельность позволила Салахутдинову и накопить определенный «моральный капитал» как общественнику, и обрасти широкой сетью неформальных контактов в регионе. Багаж, с которым было бы не стыдно в преддверии выборов выйти даже на праймериз Общероссийского народного фронта или «Единой России», не говоря уже о муниципальных выборах и управленческой деятельности.

Федеральная артиллерия

И вдруг — приговор. Обрубить крылья чересчур активному общественнику с помощью приговора, вынесенного на основании показаний гражданина с темным прошлым, — опция, которая может быть полезна каким угодно властям локального значения, но только не Кремлю, фактически объявившему через систему праймериз призыв в органы власти людей, работающих «на местах».

И федеральный центр в этой истории ясно показал, что готов внимательно относиться к активистам. Еще до ареста, 14 августа, избиение Салахутдинова обсуждали глава МВД Владимир Колокольцев и председатель Генсовета «Единой России» Сергей Неверов, попросивший министра взять расследование инцидента под личный контроль.

С той же просьбой к главе Следственного комитета Александру Бастрыкину обратился председатель Координационного совета МГЕР Денис Давыдов. 17 августа в Общественной палате (ОП) провели круглый стол — снова про нелегальный бизнес и избиение Салахутдинова. Подключился один из главных в ЕР «силовых» депутатов Александр Хинштейн.

Возможно, именно благодаря такой «тяжелой артиллерии» товарищи Салахутдинова по «Агентам» не верят, что история закончена.