«Я умоляла продюсеров убить мою героиню»

Юлия Снигирь — о ценности славы, престиже и царских замашках

Юлия Снигирь. Платье — Dior, Кольцо Diva, часы Lucea — все Bvlgari
Фото: Gregory Maillot

На Первом канале стартовал сериал «Великая» с Юлией Снигирь в роли императрицы Екатерины II. «Лента.ру» встретилась с актрисой в женевском отеле Kempinski, чтобы спокойно взглянуть на жизненные ценности, сплетни и плохие сценарии из безмятежной заграницы.

Об американцах, грустных русских и непрестижной работе

«В Америке каждый второй — актер. Особенно в Лос-Анджелесе. Менеджер местного банка, который оформлял мне карту, увидев в анкете мою профессию, обрадованно воскликнул: «Мы с вами коллеги! Я тоже актер!» Да, такое у них хобби. И жуткая конкуренция.

В голливудских фильмах образ русского эксплуатируют всегда одинаково. Это какой-то карикатурный злодей, который многозначительно молчит в кадре и потом умирает. В начале фильма или в конце — но с ним обязательно это случается. И лишнего движения не сделаешь, все роли строго прописаны, боссы кинокомпаний лично отсматривают каждый эпизод. Помню, мы раз десять переснимали одну простую сцену в «Крепком орешке» (фильм студии XX Century Fox «Крепкий орешек: Хороший день, чтобы умереть» — прим. «Ленты.ру»).

В Штатах я всегда сразу узнавала соотечественников. По грустному взгляду. Наш человек в другой стране почему-то неуверенный и испуганный. Он отличается от всех остальных иностранцев и похож на других русских.

Американцы же радуются жизни. Причем большая их часть — искренне. Но я так и не смогла под них подстроиться. Была в этом улыбающемся мире странной мрачной русской. В общем, американкой я так и не стала. Не сложилось. Вот я и вернулась в Россию.

У нас почему-то многие профессии считаются непрестижными, и люди очень стесняются делать свою работу. Иногда на мероприятиях я прямо вижу, как некоторые фотографы ходят какие-то обиженные на то, что они должны «обслуживать» гостей.

Не понимаю, почему люди не могут чувствовать себя достойно, ведь это просто набор обязанностей, которые нужно выполнить. Ты не воруешь. Твой труд оплачивается. В чем проблема?

Вот я, будучи актрисой, тоже могу начать комплексовать. У меня же куча обязанностей. Стою, извините, как дура, улыбаюсь и позирую. Только далеко не вся моя жизнь состоит из премьер и фотографирований. Бывает, мы снимаем в ужасных условиях, ютимся в грязных вагончиках, едим непонятный кинокорм. В каждой профессии есть парадные стороны и рабочие.

На съемках есть много поводов выпить: отметить сотый кадр, потом двухсотый кадр, потом еще что-нибудь… Пьют все подряд, традиционного киношного напитка нет. Хотя есть группы, в которых на время съемок объявляется сухой закон. Видимо, верят в примету — чем веселее на площадке, тем хуже потом результат.

В нашей профессии нельзя ссориться с режиссерами, продюсерами и операторами. С людьми, которые тебя снимают и выставляет на тебя свет, лучше быть в хороших отношениях. Но если мне что-то не нравится, я не могу молчать. Особенно меня задевает ситуация, когда режиссеру плевать на результат. Снимает и снимает себе. Ужас».

О провинциальных ценностях, сериалах и Екатерине Великой

«Я не сразу стала актрисой. Поначалу у меня были проблемы с обучением и работой. В первый год я провалила экзамены в пединститут, и нужно было определяться — возвращаться в свой город или за что-то зацепиться в Москве. Я устроилась секретарем в институт, в который не поступила. Для начала решила выучить английский язык, а там уже посмотреть, что дальше.

Было время, даже расклеивала объявления. В этом случае, пожалуй, можно было комплексовать из-за своей работы. Но мне было восемнадцать, и было понятно, что все впереди.

Я родилась в городе Донской. Это в Тульской области, километрах в шестидесяти от Тулы. Крошечный населенный пункт. Там даже кинотеатра нет. Точнее — он был, но его превратили в ночной клуб. И мы, конечно, туда ходили. Если бы мама видела, что там происходило, ни за что бы меня туда не пускала.

Чтобы чувствовать себя полезной, я занимаюсь благотворительностью. К сожалению, фильмы с моим участием не все удачные, а мне хочется быть нужной людям. Была картина с моим участием, на премьере которой я просто заснула. Меня прям вырубало.

В кино я по сути попала с улицы. И за время моей актерской карьеры столько всего было зафиксировано на пленку — стыд и срам! Это очень полезный опыт для меня, но, конечно, лучше бы это никому не показывали.

Сниматься параллельно в двух проектах очень тяжело. Однажды я параллельно работала в двух сериалах: в одном двенадцать серий, в другом — двадцать четыре. Помню, умоляла продюсеров как можно скорее убить мою героиню, благо это вполне вписывалось в сценарий.

Нужно иметь очень крепкую психику, чтобы выдерживать дистанции в несколько десятков серий. Особенно если это какая-нибудь драма, а не веселая комедия.

Съемки в сериале «Великая» я вынесла в отдельный график, чтобы ни до них, ни после не было других проектов. Мне нужна подготовка до и передышка после. Иначе это превращается в конвейер и халтуру.

После того, как я сыграла Екатерину, друзья стали замечать за мной царские замашки. То сяду я как-то величественно, то скажу что-нибудь характерное. Я жила в образе довольно долго, как-то свыклась с некоторыми деталями. При этом я старалась сыграть Екатерину максимально неправильно.

Как играть проститутку после императрицы? Можно играть императрицу как проститутку, а проститутку — как императрицу.

В кинотеатрах сейчас остаются в основном аттракционы, а драматургия уходит в сериалы. Людям не хочется сложного кино, они ходят в кинотеатры за фастфудом, а не за авторскими фильмами. Хотя если ты работаешь с плохим сценарием, невольно прилагаешь больше усилий, чтобы сыграть как можно лучше. Хороший сценарий немного расслабляет.

У меня нет чувства нереализованности. Я убеждена в том, что все случится тогда, когда это нужно. Так проще живется. Если, скажем, меня не пригласили на роль в «Левиафан» — значит, я еще не готова сниматься у Звягинцева».

О любителях сенсаций и Владимире Познере

«Никаких отличительных признаков у людей, гоняющихся за сенсациями, нет. Те, кто следят за мной возле дома, выглядят так, что в жизни не подумаешь о них ничего такого.

Одна женщина как-то заделалась под посетительницу фитнес-клуба, в который я хожу. Параллельно со мной занималась там целый час, купив заранее разовое посещение, и фотографировала меня. Другая — специально летала за мной на съемки в Карелию и оттуда писала про мою личную жизнь.

Одно время я хотела стать журналистом, собиралась образование получать. Я с 15 лет смотрела передачи с Владимиром Познером, и хотела делать то же, что и он. А сейчас интересно: люди, которые за мной следят, с самого начала шли именно к этому? Мечтали вот так целыми днями сидеть в кустах и писать всякую чушь?»

Уход за кожей — институт красоты L.Raphael
Макияж — Dior, визажист Luc Lesage
Тональный флюид Diorskin Star, тени 5 Couleurs, Eternal Gold, тушь Diorshow, cтайлер для бровей Diorshow, блеск Lip Maximizer, румяна Diorblush
Прическа — Wella Professionals, стилист Fanny Vouilloz
Укладочные средства EIMI, Wella Professional, и Luxe oil, System Professional

Редакция выражает благодарность Grand Hotel Kempinski Geneva и лично генеральному директору Thierry Lavalley,
а также авиакомпании SWISS за помощь в подготовке материала

Ценности00:0515 августа

До потери сознания

Зачем мужчины и женщины веками пытались казаться тоньше, чем на самом деле
Ценности00:0211 августа

Папины дочки

Как живут наследницы постсоветских правителей и что их роднит с детьми Сталина и Брежнева