Back in the U.S.S.R.

Неизвестные тексты Ромена Гари и Симоны де Бовуар и новый роман Дж. М. Кутзее

Фото: Макс Альперт / РИА Новости

Новый роман нобелевского лауреата Джона М. Кутзее о вкусе к жизни, новелла о старости, феминизме и поездке в СССР Симоны де Бовуар и путешествие по загробному миру Ромена Гари — «Лента.ру» публикует обзор самых заметных книг осени.

Джон М. Кутзее «Детство Иисуса» (перевод Ш. Мартыновой, изд-во «Эксмо»)

Дважды лауреат Букера и один раз Нобеля, гражданин мира и, без всяких преувеличений, один из самых грандиозных современных писателей Джон Максвелл Кутзее родился в ЮАР в 1940-м, получил образование математика и переехал в Лондон, где работал программистом в IBM. Спустя несколько лет гуманитарная составляющая победила: он отправился в США, где защитил диссертацию по Беккету. Правда, вскоре ему было отказано в виде на жительство (протестовал против войны во Вьетнаме). Писатель вернулся в ЮАР, а потом перебрался в Австралию. Интенсивная смена часовых поясов и культур не могла не отразиться на книгах Кутзее: большинство его романов скорее похожи на притчи, очищенные от привязки к конкретной традиции, но вобравшие все стили разом. Свежий роман «Детство Иисуса» — не исключение.

Некто Симон — беженец — непонятно откуда и по какой причине прибывает в город Новилла, то ли коммуну, то ли кибуц, где живут такие же переселенцы, как и он. Там безопасно, но безрадостно: бюрократия, быт на грани нищеты, а также убежденный отказ местного населения от мяса и плотских радостей делает жизнь городка еще тоскливее, чем она могла бы быть. К тому же все жители говорят на неродном, выученном по учебнику ходульном испанском (тут нельзя не отметить работы переводчицы Шаши Мартыновой, которая этот «неродной испанский» умудрилась так ловко перевести с английского на русский).

Симон прибывает не один, а с мальчиком Давидом. Давид потерял мать. Симон сначала просто не дает ребенку пропасть, а потом загорается идеей найти ему новую мать. Так в их жизни появляется жовиальная Инес. Впрочем, вскоре оказывается, что эти трое слишком живые для этого места. Они не «очистились»: не забыли своего прошлого, не утратили вкуса к жизни и плотским удовольствиям. Им не вписаться в местное стерильное общество и придется его покинуть.

Незадолго до выхода книги Кутзее говорил, что хотел бы, чтобы она была опубликована без названия и имени автора на обложке. «Детство Иисуса» — своего рода матрица. Случайному мужчине достается случайный ребенок, которому подыскивается случайная мать. Они пришли ниоткуда, оказались вместе и уйдут туда, где, возможно, им будет лучше. На пути к неведомой цели преодолеют много преград, и с ними случится некоторое число умеренно радостных событий. Чем не метафора человеческой жизни?

Симона де Бовуар «Недоразумение в Москве» (перевод Н. Хотинской, изд-во «Эксмо»)

Николь и Андре, супружеская чета пожилых французских интеллектуалов левых взглядов приезжают в СССР в 1966 году. Андре — чтобы повидаться с дочерью от первого брака Машей (Маша замужем за русским, работает переводчицей, пишет статьи). Его жена Николь — чтобы сопровождать мужа. Это не первый их визит в Москву. Они знают, что здесь почти нет кафе и ресторанов, что в гостиницах на окнах, скорее всего, не будет штор, и что съездить в Подмосковье на экскурсию они еще смогут, а вот на 200 километров от столицы их уже никто не отпустит. Андре учит русский язык, немного пьет и много спорит с дочерью о политике, Николь ревниво скучает. Все это неудобно, но терпимо. Гораздо труднее переживается то, что нельзя поправить, просто сменив обстановку, — старение (супругам в районе 60-ти) и семейный разлад. Ссора между мужем и женой начинается с ерунды, но грозит перерасти в развод.

Впервые переведенный на русский язык текст «Недоразумения в Москве» эмоционально очень насыщен. Во многом потому, что построен на череде внутренних монологов супругов. Николь болезненно переживает женитьбу сына и собственное старение. Любуется тоненькой Машей в привезенных обновках и с грустью отмечает, что сама теперь одевается либо слишком ярко, либо скучно. С горечью видит, что «привлекательные самцы», которые ей все еще интересны, больше не испытывают интереса к ней. Да и тело ведет себя не так, как прежде: устает, болит, толстеет. Она хотела не стать такой, как ее мать, быть самостоятельной и независимой, а сама, не заметив, посвятила жизнь мужу и сыну. Муж же недоумевает и злится из-за мелких придирок жены.

Но этот более или менее банальный сюжет не был бы так примечателен, если бы не два обстоятельства. Первое: среди прогрессивных западных мыслителей ездить в Советский Союз и потом выпускать по результатам этих поездок книги было своего рода хорошим тоном. Начиная с 1920-х так поступали Герберт Уэллс, Андре Жид, Лион Фейхтвангер (последняя пара категорически не сошлась во взглядах на увиденное и затеяла полемику). И в этом смысле новелла де Бовуар продолжает эту традицию: они с Сартром неоднократно бывали в Советской России.

Но есть еще один момент — очень личный. Для автора переживания ее героини — это во многом и ее переживания, осмысленные, прочувствованные и подаренные другой. Так же, как Николь ревнует мужа к дочери, Симона де Бовуар переживала близость Сартра с переводчицей Леной Зониной. Она, философ, феминистка, чувствовала, что ее безупречные идеи рассыпаются перед натиском старости. И переносила это болезненно. Позднее де Бовуар переписала новеллу, убрав из нее всю историю с поездкой — оставила только кризис престарелой женщины. Выбор сюжетных линий говорит сам за себя.

Ромен Гари «Вино мертвецов» (перевод Н. Мавлевич, изд-во Corpus)

Трусоват был Ваня бедный:
Раз он позднею порой,
Весь в поту, от страха бледный,
Чрез кладбище шел домой.

Но если герой пушкинского стихотворения за вурдалака принимает обычного пса:

Что же? Вместо вурдалака —
(Вы представьте Вани злость!)
В темноте пред ним собака
На могиле гложет кость.

 — то персонаж юношеского романа Ромена Гари «Вино мертвецов» и правда проваливается сквозь кладбищенскую землю и оказывается в царстве мертвых, где встречает череду не столько мертвых душ, сколько тел. Ему попадаются мертвые дети и мертвые взрослые, полицейские и проститутки, чиновники и рядовые обыватели. Им есть на что и кого пожаловаться живому. Они вспоминают прошлое и ссорятся уже в своей загробной жизни, теряют части тел (с этим связан ряд комических ситуаций), переживают душевный и физический кризис, живут насыщенной общественной жизнью.

С этим романом Гари вышла история в духе ее автора — великого мистификатора. Как известно, Гари — единственный, кто умудрился получить Гонкуровскую премию дважды (второй раз — скрывшись за псевдонимом Эмиль Ажар). Так вот роман «Вино мертвецов», подписанный даже не Гари, а Кацевым (настоящее имя писателя), сочинен, когда автору было 24 года и он был страстно влюблен в одну шведскую журналистку. Рукопись он подарил возлюбленной, та отнеслась к ней, как и к своему воздыхателю, без должного внимания — в результате текст потерялся. Однако незадолго до столетия со дня рождения Гари рукопись всплыла на одном из аукционов и была наконец издана. Теперь читателям представлен не только Гари-Ажар, но и автор, с которого все начиналось: молодой Роман Кацев.