«Импортное моторное масло отличается от нашего только ценой»

Интервью с президентом Delfin Group Russia Томасом Петровским

Фото: Дмитрий Калиновский / Фотобанк Лори

От масел и консистентных смазок до шампуней с мировым именем — три тысячи наименований продукции выпускаются на заводе в Москве и подмосковном Пушкино. О том, как удачная идея легла в основу глобального бизнеса, как без собственной нефтяной скважины быть в числе крупнейших производителей российской нефтехимической отрасли и о том, почему отечественные изготовители автомобильных масел кризиса не боятся, «Ленте.ру» рассказал президент Delfin Group Russia Томас Петровский.

«Лента.ру»: Заниматься автомобильными маслами на Пушкинском заводе вы начали в 1992 году. Казалось бы, именно тогда к нам валом хлынули иностранные производители. Почему в тот момент вы решили взяться за выпуск отечественного продукта?

Томас Петровский: Да, мы были одной из первых российских компаний, вступивших на этот рынок. И мы почувствовали в нем потенциал: дело в том, что в России тогда практически отсутствовало производство полиэтиленовой тары, даже продукты питания приходили в стекле. И вся автохимия была в стеклянной упаковке. А так как мы работали на заводе по производству нестандартного оборудования, используя этот опыт разработки и проектирования, мы в течение трех месяцев сконструировали и изготовили первую выдувную машину и приступили к производству полиэтиленовой тары. Так началось наше производство моторных масел в полиэтилене. С тех пор принципиально ничего не поменялось: наш бизнес складывается вокруг выпуска разнообразной полиэтиленовой тары, от 50 грамм до 30 литров. И продуктов, которые можно в нее уложить. Кстати, некоторые экземпляры оборудования работают и по сей день, производя изделия, пользующиеся спросом.

Вы говорите о моторном масле?

Не только, среди наших основных продуктов также значатся охлаждающие и стеклоомывающие жидкости, консистентные смазки и большой спектр автохимии — более ста наименований. Двадцать лет назад рынок автохимии был полностью занят иностранными производителями. Теперь, когда мы можем составить им конкуренцию в ценовом плане, это новый спектр для развития производства. Та же ситуация складывается на рынке автомобильных фильтров, что подвигло нас организовать производство, которое на сегодняшний день является одним из крупнейших в России.

До какой степени все это можно назвать российской продукцией? Ведь компоненты вы покупаете за рубежом.

Часть компонентов действительно импортная, но давайте разберемся, что такое отечественный продукт. Есть такое направление — Repack, то есть переупаковка товара, который приходит из-за границы. На него клеится другая этикетка, и это выдается за российское производство. У нас иная ситуация: мы сами разрабатываем рецептуры, получаем на них сертификаты соответствия, затем внедряем в производство, получаем базовые компоненты, смешиваем, имеем на выходе готовый продукт и паспорт качества на него — соответственно, мы считаем, что такой продукт является отечественным, то есть произведенным в России.

И насколько он соответствует мировым стандартам?

На все сто процентов, что отражено на этикетке. Мы не можем позволить себе иного, так как конкуренция на рынке сейчас очень высока. Качество эксплуатационных характеристик гарантируют производители компонентов-присадок. Это именитые компании, которых в мире по пальцам перечесть. А то, что продукт сделан правильно, гарантируется нашими технологическими нововведениями. Скажем, сейчас мы сертифицированы на стандарт ISO 9001. Но считаем, что он себя уже изжил, устарел. И работаем над внедрением — подчеркну, именно над внедрением на производстве, потому что это не должно оставаться простой бумажкой — стандарта ISO 16949. Это новый международный стандарт, ориентированный на производство автомобильных запчастей и всего спектра сопутствующих товаров.

Если говорить о нововведениях: в 2005 году Пушкинский завод стал частью промышленной ассоциации Delfin Group. Заявлялось, что кооперация позволит модернизировать производство. Как изменился завод за прошедшие одиннадцать лет?

Значительно: были введены новые технологии, в том числе экспериментальные, куплены американские патенты на блендинг, на 90 процентов поменян парк производственного оборудования. Заново был создан независимый испытательный и исследовательский центр, аккредитованный на выдачу официальных заключений. Впрочем, это далеко не все плюсы ассоциации с Delfin Group — помимо единой группы юристов, технологов, главных инженеров и так далее, у нас единая кредитно-финансовая политика, что упрощает диалоги с финансовыми учреждениями.

Производство вышло на новый уровень, а что насчет экологических стандартов предприятия?

Тоже выросли: мы имеем большой опыт работы в западных компаниях, в Европе и Америке, и четко представляем, какие экологические требования предъявляются предприятиям в этих странах. Надо сказать, что Россия сейчас догоняет Запад, а мы стараемся работать на опережение — технологии, которые закладываются в очистку выбросов и сточных вод, опережают отечественные требования на пять-десять лет.

Продолжая «социальную» тему — действуют ли у вас программы обучения персонала?

Конечно, потому что требования к профессионализму сотрудников неуклонно повышаются, особенно для химиков, технологов. Усложняется и сфера автоматизации — как учета, так производства. Поскольку в России производство развивается, нам требуются специалисты нового уровня.

Развивается даже сейчас, несмотря на кризис?

Да, потому что, если рынок в целом просел с начала кризиса на 15-20 процентов, то наш сегмент, наоборот, вырос. Что позволило увеличить производство на 30-40 процентов за последние полтора года.

Вы имеете в виду средний ценовой сегмент?

Исторически мы позиционировались в среднем и низком сегментах рынка. Мы имеем два бренда в среднем сегменте — это Luxe и Spectrol. Средний сегмент самый сложный, в нем мы присутствуем более 20 лет. И ряд брендов в дешевом сегменте, например, Oilright.

В чем заключается сложность?

Тут нашими конкурентами являются высокоинтегрированные компании, имеющие собственные сырьевые ресурсы, так называемая большая тройка: «Лукойл», «Роснефть» и «Газпром нефть». Либо совсем маленькие предприятия, которые могут делать небольшой блендинг и реализовывать продукцию чуть ли не самостоятельно. Мы должны придерживаться золотой середины, балансируя между двумя этими видами конкурирующих компаний.

Что позволяет вам удерживать рыночное равновесие?

Во-первых, собственная высокотехнологическая ниша. Потом, наш козырь — это выполнение заказов. Ассортимент предприятия — порядка трех тысяч наименований, и 99 процентов продукции всегда имеется на складах. А если чего-то нет, то, согласно контракту, мы обязаны в течение 72 часов принять заказ и произвести отгрузку товара. Отмечу, что в крупных конкурирующих компаниях на это уйдет не меньше месяца. Гибкость — вот наше основное преимущество.

На каких рынках, помимо отечественного, представлена ваша продукция?

Приоритетным экспортным направлением для нас являются страны СНГ. Прежде всего, партнеры по Таможенному союзу — Казахстан и Белоруссия. Отмечу присутствие на Ближнем Востоке, а также значительные объемы, поставляемые в Африку и Восточную Европу. Это все продукция российского завода. С нашей рижской площадки мы продаем продукцию в Англию, Францию, Италию и Испанию.

Почему российский завод не поставляет в Западную Европу? Продукция чем-то отличается?

Продукты одни и те же, все дело в технологическом регламенте. Европа защищает свой рынок от российских производителей недорогого масла. Все, что производится в Европейском союзе объемом больше тонны, должно иметь сертификат REACH на каждый компонент, входящий в состав продукта. Некоторые базовые масла, которые изготавливаются в России, такого сертификата не имеют.

Отечественный рынок печально славится обилием контрафакта. Приходилось сталкиваться с подделками собственных брендов?

В нашем ценовом сегменте подделки — это редкость, мы с ними никогда не сталкиваемся. Хотя нельзя дать прямого заверения, но если говорить с позиции математического расчета — шанс нарваться на контрафакт выше как раз у покупателей более дорогого продукта. То есть, это тоже можно рассматривать как некий потребительский плюс: при идентичном качестве, отечественные масла, в отличие от импортных, не подделываются.

Сотрудничаете ли вы напрямую с автопроизводителями в России?

Да, у нас есть такой опыт. С «АвтоВАЗом» мы работали по антифризам, некоторым китайским производителям поставляли масло и другие эксплуатационные жидкости. Вообще, использование нашего масла для первой заливки в двигатель красноречиво свидетельствует о качестве, так что это направление сотрудничества является для нас приоритетным.

Продажи автомобилей падают, и конца этому пока не видать. Не ударит ли затяжной кризис авторынка по производителям масел?

За то время, что ведем бизнес, мы переживаем уже третий кризис — в 1998 году, 2008-м и, наконец, нынешний. И если поднять графики, наш сегмент неизменно увеличивался в процентном соотношении. Дело в том, что низкая покупательная способность вынуждает людей отказываться от использования дорогих масел импортных брендов. А испытав отечественное масло, автовладелец и в дальнейшем будет его использовать, даже когда кризис минует. Потому что зарубежные и российские моторные масла отличает только цена. Кто откажется от четырехкратной экономии без потери качества и эксплуатационных характеристик?

Если сегмент растет в кризис, планируете ли вы расширять производство?

У нас есть планы по диверсификации производства, но не горизонтальной, а вертикальной. То есть наша задача — предложить покупателю лучшую цену за счет налаживания собственного выпуска. В том числе за счет импортозамещения некоторых компонентов — этим мы занимаемся не первый год. Скажем, в 2008 году удалось запустить производство присадок, аналогичных импортным. На исследования и испытания готового продукта было затрачено около четырех лет, но результат это полностью оправдал. И везде, где мы уверены, что отечественный продукт может заместить импортный без потери качества, такая работа ведется.