Новости партнеров

Анатомия отката

Откровения следователя о громком деле таможенного генерала

Кадр: фильм «Голый пистолет»

Бывший генерал-лейтенант и бывший полковник таможенной службы признаны виновными в наглых хищениях бюджетных средств. За 40 минут до вынесения приговора с должности был снят глава Федеральной таможенной службы Андрей Бельянинов. Подробности расследования и «анатомию отката» открыла «Ленте.ру» следователь Галина Чебан, сумевшая отправить всех фигурантов в места лишения свободы.

Это дело уже вошло в криминальную историю современной России как один из самых ярких примеров наглого хищения бюджетных денег, причем при проведении аукциона — мероприятия, которое, казалось бы, должно не допустить воровства. Группу возглавлял генерал-лейтенант таможенной службы 54-летний Алексей Шашаев (уволенный вскоре после предъявления обвинения, но не по компрометирующим его основаниям, а по выслуге лет). Он виновным себя так и не признал. Его подельница, полковник таможенной службы Елена Соболева, признала себя виновной частично.

Интересно другое: Федеральная таможенная служба, из бюджета которой было похищено более 125 миллионов рублей, не считает себя пострадавшей и не стала в ходе расследования подавать гражданский иск о возмещении ущерба, поэтому в качестве потерпевшей стороны следствию пришлось привлекать Минфин РФ. Во время обысков были найдены 2,5 миллиона долларов наличными, то есть еще до вынесения приговора ущерб государству можно считать полностью возмещенным.

Что и как украли

В 2011 году генерал-лейтенант таможенной службы, начальник управления информационных технологий (УИТ) ФТС РФ Алексей Шашаев поручил своей подчиненной, заместителю начальника отдела планирования оснащения средствами информатизации Елене Соболевой подготовить заявку на закупку услуги по поддержанию программных продуктов, используемых таможенной службой. Чтобы женщине было легче справиться, попросил ей помочь одного коммерсанта, хотя при этом коммерсантов и близко быть не должно — ведь они сторона заинтересованная.

На языке уголовного права эти действия называются «созданием преступной группы с целью хищения из бюджета РФ денежных средств в особо крупном размере».

«Ответственные сотрудники ФТС, заведомо зная, что из бюджета на содержание программных продуктов будут выделены значительные денежные средства, подготовили бюджетную заявку, — рассказывает Галина Чебан. — Причем заранее заложили в нее завышенную сумму, чтобы из этой завышенной суммы получить деньги на свои личные нужды. А как? От коммерсантов, которые часть денег вернут наличными».

Полковник юстиции Галина Чебан, начальник следственного отдела управления по расследованию особо важных дел столичного ГСУ СК РФ — «играющий тренер». Ее специализация — дела коррупционной и экономической направленности. В частности, Чебан довела до суда дело в отношении бывшего начальника ФСИН России Александра Реймера.

Как помочь «своему» продавцу

«Закладка» — это специально сформулированное «эксклюзивное» требование к услуге, которое может выполнить только заранее предупрежденная фирма. В контракте на обслуживание программных продуктов ФТС таких «закладок» оказалось несколько, но самая наглая из них связана с руководствами по использованию — обычными книгами, напечатанными на бумаге.

«Одним из требований госконтракта была поставка десяти экземпляров книг по обслуживанию программного продукта на русском языке, — рассказывает Чебан. — Но такое количество книг было только у одной коммерческой структуры, и она сумела договориться с поставщиком программы о том, чтобы ни один экземпляр не был никому продан вплоть до окончания срока тендера. То есть тем самым уже на начальном этапе были полностью устранены все конкуренты, кроме аффилированных коммерсантов».

Еще одной «закладкой» стал программный продукт ККИК — контроль качества исходных таможенных кодов. В техзадании к аукциону требовалось обязательное обновление программного продукта — но при этом не был указан производитель, что делало это требование заранее невыполнимым. Но не для тех, кто знал, о какой фирме идет речь…

Рулевые аукциона

А знающий человек и был привлечен к написанию техзадания. В служебном компьютере полковника ФТС Елены Соболевой был обнаружен файл — черновик техзадания. И переписка с одним из коммерсантов, по странному стечению обстоятельств имевшему непосредственное отношение к фирме, выигравшей конкурс.

В черновике были указаны пункты техзадания, а в примечаниях и переписке следователь нашла комментарии к ним. Например: в техзадании указывались технические требования к правовому полю документа — а в примечаниях, полученных от коммерсанта, было написано: «Для Oracle 10g нужно иметь extended support. Претендент про это должен явно указать».

А в другой части техзадания оказалось весьма красноречивое примечание (оно даже вошло в текст обвинительного заключения): «вот это обстоятельство позволит рулить на первом этапе аукциона».

Сразу после того как госконтракт от ФТС появился на сайте zakupki.gov.ru, несколько коммерческих фирм подали заявки на участие. Но выиграла конкурс аффилированная фирма, хотя в ее уставе ничего нет об обслуживании программных продуктов. По версии следствия, победу «своим» коммерсантам обеспечил именно Алексей Шашаев — как ответственное должностное лицо, вошедшее в состав аукционной комиссии.

Начальная стоимость контракта составила 332 миллиона 150 тысяч 200 рублей — при том что товароведческая экспертиза установила: реально на обслуживание требуется 206 миллионов 319 тысяч рублей. Разница была обналичена и положена в карман — по версии следствия, именно офицерами ФТС и коммерсантами.

Следственная мозаика

«Любое уголовное дело — коробка с пазлами, — рассказывает Чебан. — Перед тобой куча разных карточек, и надо их сложить правильно. Берешь, смотришь, подбираешь. Вот две сошлись, вот три… И получается красивая картинка, на которой все ясно. Ведь смотрите сами: сегодня у меня — про пароходы, завтра — про браслеты для ФСИН, послезавтра — IT-технологии. А потом — обналичка или бюджет. Мне адвокаты говорят: вы же не специалист, как вы можете знать тонкости. А я им на это отвечаю: не буду я разбираться в тонкостях, я просто посчитаю деньги. Они сразу же замолкают».

Признаки этого преступления по своим каналам обнаружили сотрудники ФСБ. Они же и задерживали коммерсантов — при обналичивании и передаче денег. А вот потом…

Не в каждом уголовном деле о коррупции следователь, да еще в сопровождении оперативников ФСБ, сталкивается с вооруженным противодействием.

«В материалах уголовного дела помимо огромного количества электронных носителей при задержании была изъята сумка одного из фигурантов. При ее осмотре я обнаружила договор на обслуживание банковской ячейки. И не где-нибудь, а в отделении респектабельного банка на Большой Ордынке. Что должен делать следователь? Проверить. Беру оперативников, и мы поехали эту ячейку вскрывать», — рассказывает Чебан.

Служба безопасности кредитного учреждения встала стеной на пути у опергруппы: не пустим, и плевать, что вы из правоохранительных органов. Рядовое процессуальное действие моментально превратилось в войну нервов. Следователь вынуждена была пригрозить вызовом ОМОНа — и только под угрозой «маски-шоу», которое бы принесло гораздо больший репутационный ущерб конторе, удалось произвести выемку.

«В ячейке оказалось 2,5 миллиона долларов США наличными, — рассказывает Чебан. — И, как положено, мы изъяли документы аренды и документы продления действия договора аренды этой ячейки. Вот тут-то и открылось, что договор был продлен в тот момент, когда обвиняемый уже около года находился в следственном изоляторе! И сам подписывать бумаги в присутствии представителя банка просто не мог. Ну, а так как нас с оперативниками в этом клубе очень плохо встретили, написали в протокол кучу возражений, я не могла не отреагировать. И написала на имя управляющего соответствующее письмо — о грубых нарушениях при продлении договоров аренды. Вот тут-то они и забегали...»

2,5 миллиона долларов вполне покрывают ущерб государству, и это уже главное достижение следствия. «Сегодня простых людей мало интересует, сядет вор, не сядет... Всем интересно — вернут ли деньги. Это касается даже рядовой кражи, а тут не просто миллионные хищения, тут — бюджет!» — рассуждает следователь.

Противостояние с охраной банка было не единственным силовым эпизодом в этом уголовном деле. Когда в конце 2014 года следственно-оперативная группа пришла с обысками в Федеральную таможенную службу на Новозаводскую улицу, ее встретили автоматчики. По приказу руководства они должны были не допустить следователей к компьютерам ФТС. Следователю и оперативникам ФСБ пришлось преодолевать сопротивление.

А затем пришлось искать обвиняемых. Не просто государственных служащих — офицеров! Полковника Соболеву, имевшую в тот момент статус свидетеля, руководство ФТС немедленно отправило в служебный санаторий в Кавказские Минеральные Воды. А генерала Шашаева сразу же после возбуждения уголовного дела приказом его начальника (и, как говорят злые языки, покровителя), руководителя ФТС Андрея Бельянинова... перевели служить на Украину — представителем ФТС в этой республике.

«Я, честно говоря, думала, что самого генерала мы не достанем, — рассказывает Галина Чебан. — Когда отправляла оперативников вручить руководству ФТС уведомление о возбуждении дела, думала, что просто выполняю формальность. Но совершенно случайно оказалось, что именно 25 октября отмечался День таможенника — и Шашаев просто приехал в Москву на несколько часов, праздник отметить в кругу коллег!»

Экспертиза подтвердила

Собрать все данные в уголовное дело — только малая часть работы. Доказательства должны быть подтверждены соответствующими заключениями специалистов. И Галина Чебан назначает несколько экспертиз, в том числе товароведческую, которая и устанавливает реальную стоимость контракта. А кроме того, просит специалистов Федеральной антимонопольной службы проверить условия контракта на предмет ограничения конкуренции.

И ФАС такое заключение дает. Комиссия делает вывод: должностные лица Федеральной таможенной службы создали одному из участников торгов, компании «СБЛ-Технолоджис», преимущественные условия участия в открытом конкурсе путем предоставления доступа к информации, что привело к ограничению конкуренции на торгах.

Изъятый во время обыска в ФТС (который начался с противостояния оперативников и таможенников с автоматами) компьютер Соболевой содержал несколько интересных файлов. Во-первых, все черновики техзаданий, от первого до окончательного. Причем в названии того варианта, где впервые появляются «закладки», указана фамилия коммерсанта: так и написано: «Техзадание Оракл Сорокин». Для суда это, конечно, не аргумент, но мы-то понимаем... Доказательство для суда — заключения экспертов. А они подтверждают, что сделанные «закладки» действительно придумали сами коммерсанты — те самые, которые не имели права видеть техзадание до объявления аукциона.

Впрочем, один из бизнесменов и на следствии, и в суде дал признательные показания — что именно он писал техзадание для аукциона. Причем не просто писал, а придумывал, где и как можно «заложить» побольше денег.

Приговор и отставка в один день

Адвокаты обвиняемых настаивали на том, что их подзащитные никакой информации не предоставляли, должностных нарушений не допускали, денег не получали — кругом невиновны. А то, что стоимость контракта завышена на 125 миллионов, — это вопрос оценки затрат, но уж никак не уголовное преступление. Кроме того, защита Шашаева убеждала суд, что он, будучи руководителем и генералом, в детали не вникал.

При этом то, что генерал ФТС и коммерсанты, выигравшие конкурс, вместе летали на отдых одним самолетом, неоднократно встречались в ресторанах и на дачах, где вместе проводили время и фотографировались, адвокаты считают случайностью.

В конце 2015 года дело было направлено в суд. По версии следствия, бывший генерал-лейтенант ФТС Алексей Шашаев (в октябре 2014 года он отправлен на пенсию по выслуге лет, со всеми благами, причитающимися отставному генералу) и его подчиненная, полковник ФТС Елена Соболева при подготовке документации к аукциону умышленно завысили стоимость контракта более чем на 30 процентов, или на 125 миллионов рублей, и сделали все, чтобы этот заказ получили их знакомые коммерсанты, которые наличными должны были вернуть 15 процентов от стоимости контракта офицерам ФТС. А остальное оставить себе.

28 июля 2016 года был вынесен приговор: Шашаев осужден на пять лет лишения свободы и должен выплатить штраф в размере 500 тысяч рублей; Соболева — на пять лет и штраф в размере 500 тысяч рублей; Лысаков — на три года и штраф в размере 300 тысяч рублей; Береговский — на семь лет и штраф в размере 700 тысяч рублей. Суд лишил Шашаева специального звания генерал-лейтенант таможенной службы, он был взят под стражу в зале суда. Соболева лишена звания полковника. Суд также удовлетворил гражданский иск о взыскании солидарно со всех осужденных в доход государства 125,8 миллиона рублей. В декабре в Мосгорсуде рассматриваются апелляции осужденных, но до сих пор ни одна из них не удовлетворена.

В тот же день стало известно, что распоряжением премьер-министра России Дмитрия Медведева шеф и покровитель Шашаева, глава таможенной службы Андрей Бельянинов снят с должности.

Силовые структуры00:0223 сентября

«Владимирский централ, Саша Северный»

Михаил Круг посвятил ему главную песню. Даже потеряв титул, он остался вором
Силовые структуры00:04 9 августа

Игра окончена

Банда GTA была кошмаром российских дорог. Теперь в ее истории поставили точку