Только важное и интересное — в нашем Facebook
Новости партнеров

«Мы стали первопроходцами»

Они решили изменить жизнь 40 городов России. Теперь все будет иначе

Фото: ДОМ.РФ - АИЖК / города-будущего.рф

В последние два года программы благоустройства 40 городов российской провинции проводятся настолько современно и по-европейски, что даже консервативный The Economist посвятил этой теме публикацию. Британцы считают, что так в России проходит «авторитарная модернизация», которая все же «может нести в себе зародыш более открытого общества». Как именно проводятся программы благоустройства в региональных центрах от Калининграда до Якутска и какая роль в этих процессах отводится местным жителям? Ответили эксперты, которые работают в программе и десятки раз ездили в командировки по тем самым 40 городам.

Авторитарная модернизация

Стартовав в Москве, программы по формированию комфортной городской среды в 2016-м получили статус федеральных и пошли в региональные центры. Теперь федеральная программа проводится в 40 городах, в которых проживает пятая часть населения России, и разительно отличается от всего того, что делалось в последние сто лет на улицах и площадях отечественных городов. Задания проектировщикам разрабатываются на основе опроса мнения местных жителей, к чему не привыкли не только горожане и архитекторы, но и чиновники. Поэтому не только в России, но и в Европе о благоустройстве в российской провинции пишут, как о феномене.

Например, The Economist с удивлением сообщает, что благоустройство ключевых общественных пространств в таких городах, как Воронеж и Палех, проводится теперь на основании общественных слушаний. Местные жители сами решают, какие изменения хотят видеть в своем городе. Британское издание подчеркивает, что новая практика необычна еще и потому, что стала первым опытом гражданской активности для многих россиян. А работа в таких проектах, похоже, заменяет местным активистам участие в политических процессах: им теперь есть, что отстаивать и за что бороться в своем городе.

Издание отмечает, что «для страны, которая долгое время управлялась лидерами, ставившими интересы государства и коллектива выше отдельного человека, это важный сдвиг».

«Это санкционированное государством устройство городского быта — не что иное, как «авторитарная модернизация», к которой стремится Путин, — пишет Economist. — Тем не менее оно также может нести в себе зародыш более открытого общества. Для правительства привлекательность этого проекта очевидна. Видимые результаты помогают продемонстрировать эффективность работы властей и укрепляют благосклонность населения».

Чтобы из первых рук узнать, чего хотят жители региональных центров от Калининграда до Якутска и какая роль им отводится в современных программах благоустройства, «Лента.ру» поговорила с экспертами, которые работали в программе и за последние два года десятки раз ездили в командировки по тем самым 40 городам.

«Вектор на очеловечивание мест»

Наталья Маковецкая, руководитель направления «Вовлечение» в КБ Стрелка

У КБ Стрелка был большой опыт, который мы тиражировали в регионы. Перед нами были 40 городов. Я сама ездила с нашей командой во все эти города. И пускай везде мы брали местных проектировщиков, но даже они не могли действовать в отрыве от горожан. Поэтому был взят вектор на соучаствующее проектирование. Эта технология успешно используется во многих странах, а у нас никогда в таком масштабе не применялась. Так что мы стали первопроходцами, которые показывают, как это можно сделать в российских городах. Вот в чем основное отличие проделанной нами работы от всего того проектирования, которое велось в нашей стране на протяжении последних 100 лет.

До сих пор рабочая схема была следующей: проектировщик делал проект по заказу города, который его впоследствии реализовывал. Эти специалисты и городские администрации в Советском Союзе, а потом и в России, опирались на научный подход, но решения чаще всего принимали без учета мнения жителей. Никто не спрашивал: «Нужна вам на этом месте детская площадка, или лучше сделать здесь площадку спортивную»?

***

Вектор на очеловечивание мест и проектов потихоньку начал внедряться в России в 2012-м. На сегодняшний день по стране уже есть несколько команд, которые такой работой занимаются на локальном и региональном уровнях, но масштабно этот подход пока не применялся.

Мы понимали, что у людей за многие годы скопилось большое недоверие к публичным слушаниям по застройке, на которых особого выбора горожанам никто обычно не предлагал. Ставили, как правило, людей перед фактом: вот ваш дом, а здесь появится новый квартал.

Чтобы это недоверие переломить, мы с местными администрациями на самых ранних этапах, когда проекта еще нет, собирали проектный семинар. И на нем не в порядке хаотичной толпы, а в порядке модерируемой сессии узнавали у людей, что им действительно нужно. Работа по проектированию началась в феврале 2016-го, а до тех пор мы постарались во всех 40 городах предварительную работу с местными жителями провести.

***

С Якутском мы начали работать очень быстро. Cо всеми заинтересованными горожанами мы провели несколько встреч по озеру, как по общественному пространству. А затем отдельно организовали встречи с жителями дворов.

И мы услышали много интересных вещей, о которых никогда не узнали бы, не пообщавшись с горожанами. Например, в городе существуют небольшие каналы, которые, как нам показалось, уже не используются. Оказалось, что все всегда там ловили рыбу, и это такая горячо любимая местными точка притяжения. В разработанном проекте учитываются все предпочтения, по результатам общения мы заложили в техническое задание пожелания горожан.

Когда архитектор уходит на разработку проекта, мы организуем чаты. Соцсети, мессенджеры — под каждый город адаптируем тот канал, в котором жителям удобно общаться. В Калининграде была группа в Facebook. А в «регионе победившего WhatsApp-а» Якутске, где никакими соцсетями не пользуются, таким каналом стала группа в WhatsApp. В любой момент архитектор мог задать любой уточняющий вопрос и получить ответ от горожан. Жители присылали фотографии и с рыбной ловли в черте города, и снимки дворов, сделанные с разных этажей. В итоге подготовленный проект получил полную поддержку жителей.

***

На общественные обсуждения приходит по 50-100 человек. И это довольно-таки ожидаемо: тот же пример московского «Активного гражданина» показывает, что только 5 процентов горожан готовы принимать участие в дискуссии. Еще 20 процентов готовы выбирать онлайн один из двух предложенных вариантов, а оставшиеся 75 процентов инертны — на ранних стадиях в обсуждение проекта не вовлекаются и готовы только критиковать его результаты. Конечно, ставку мы делаем на те 25 процентов, которые активно проявляют свою позицию.

В своей работе мы стараемся учитывать мнения всех: пенсионеров, которые всегда активны и ходят на обсуждения, работающих горожан, молодых родителей, молодежи и школьников, у которых тоже есть свое мнение, интересное и неожиданное. Например, мы привыкли считать, что им в первую очередь нужны спортивные площадки, скейт-парки. А от них в том числе исходит запрос на места для тихого отдыха, где можно спокойно посидеть и почитать, оставаясь при этом в социуме, а не дома в четырех стенах.

Очень активными по всей стране оказались сообщества собачников. Дело в том, что города с плотной застройкой у нас, как правило, не предусматривают площадок для выгула животных. А родители, которые гуляют с детьми, возражают против того, чтобы поблизости бегали собаки без поводков. Так что в каждом из 40 городов, с которыми мы работали, был запрос на собачью площадку.

Теперь, пройдя через весь этот цикл, мы наблюдаем, что люди начинают иначе относиться к общественным пространствам в городе, когда те создаются не просто по разнарядке сверху, а с вовлечением жителей. И затем это отношение начинает распространяться на весь город: если человек что-то сделал, вложился, поусердствовал, то он начинает не только к этой площадке, но и к другим городским пространствам относиться внимательно, по-хозяйски.

***

Похоже, во всех городах сейчас так или иначе идет поиск новой идентичности. Традиционные орнаменты в оформлении общественных пространств, появившиеся после развала Советского Союза, людям уже поднадоели: во Владикавказе и в Ижевске на обсуждениях проектов звучало однозначное: «Не надо нам больше этих орнаментов. Мы хотим современные, сдержанно оформленные пространства».

Общаясь с людьми, мы всегда пытаемся понять — а что же для них ценно? Какое решение сделает это место «своим» для всех горожан? Например, в Якутске, где многие жители верят, что город находится на берегу священного озера, в котором обитают духи, нас неоднократно просили создать «могол ураса» — большой шатер из бересты, обладающий сакральным смыслом.

Более того, там два месяца в году по всему городу стоит морозный туман. Так как в целом по Якутску проект получается нейтральным, жители предлагают отразить северную идентичность, сделав лазерное шоу в этом тумане: мамонты идут по льду озера.

Там, где все плохо и ничего нет, обсуждения проходят обычно легко, от горожан исходит запрос: «Сделайте хоть что-нибудь, чтобы стало получше». Но есть и другие ситуации и площадки, вокруг которых ярко проявляются конфликты, так что приходится работать с сообществом, решая эти противоречия. Потому что лучше разобраться с конфликтом интересов на этапе обсуждения и проектирования, чем тогда, когда все будет сделано, и ничего уже не поменяешь.

Такое случается, когда реорганизуются парковочные пространства. Например, в Калининграде была ситуация, в которой мы часть неактивно использовавшейся улицы предлагали сделать по выходным пешеходной. В ходе обсуждения выяснилось, что там находится единственный на квартал удобный разворот. И мы искали решение, потому что ясно: удобно должно быть всем, нельзя сразу ломать привычные для многих решения и практики.

***

Сейчас во многих городах объекты сданы. В Новосибирске, например, на открытие Михайловской набережной, несмотря на холодную сибирскую погоду, вышло полгорода. И уже по лицам было видно, что людям очень нравится то, что они получили.

Пожалуй, главный результат нашей работы — это новая культура взаимодействия горожан, экспертов и администрации. Где-то она уже развивалась, и мы ее лишь активизировали, где-то мы этот стык — этот алгоритм общения помогаем наладить впервые. Новые пространства в этих городах будут создаваться уже без нашего участия, но в соответствии с теми принципами, которые мы заложили. И следующим этапом местные власти уже без нас начинают этот опыт тиражировать в более мелкие муниципальные образования на территории регионов.

Наладив диалог с жителями, мы видим, как на местах появляются защитники наших идей. Нашу работу начинают отстаивать люди, которые обычно в подобных случаях протестуют. И это очень приятно — видеть, как твои идеи начинают отстаивать «всем миром».

На наших глазах создается новая среда для людей, которые ориентируются на свой личный комфорт и впервые за последние 100 лет сами отвечают за то, чтобы сделать городские общественные пространства удобными и приемлемыми для себя и окружающих. Это они теперь берут на себя ответственность за то, как будет выглядеть их город.

****

«Ясно, что моногорода — места проблемные»

Максим Исаев, директор digital-продуктов КБ Стрелка

Вовлечение горожан в процесс принятия решений и определения городских проблем сегодня — яркая и очень заметная мировая тенденция. Причем с форматом встреч и обсуждений все чаще комбинируются онлайн решения: опросы, голосования, сбор мнений. Такие онлайн инструменты становятся более популярными, потому что дают возможность получить больший охват аудитории. Происходит это в странах с разным уровнем развития: конечно же, впереди планеты всей — Австралия, Канада и США, а также Европа, за которой уже идут развивающиеся страны.

Сегодня в мире распространены как несложные приложения, на которых пользователи могут, например, отметить проблемные участки дорожного покрытия в городе, так и диджитал-платформы, на которых горожане принимают участие в разработке стратегии развития городов, составлении мастер-планов с учетом мнения жителей.

Например, в свое время разработка плана развития Мельбурна в Австралии сопровождалась масштабнейшей программой общественных консультаций. Для этого на специально созданной онлайн-площадке выкладывались редакции готовящегося документа, собирались комментарии и мнения горожан, которые обрабатывались, интегрировались в разрабатываемый документ, а затем выкладывались новые редакции. Каждый человек, оставивший замечание на сайте, получил обратную связь по своему предложению.

Насколько все это имеет целесообразность без офлайна, без реальных встреч с горожанами — хороший вопрос. Существует несколько уровней вовлечения, и если мы говорим об офлайн-вовлечении, то это — небольшой процент горожан, которые готовы тратить на встречи свое время, приходить вечерами на воркшопы, семинары, обсуждения. Таких людей всегда — очень ограниченное количество. А диджитальные инструменты и краудсорсинг хороши тем, что позволяют вовлечь гораздо больше людей, благодаря чему масштабы проекта сразу увеличиваются за счет того, что людям предлагается комфортный для них вариант взаимодействия. Те, кто не готов добавлять собственные идеи на сайте, может посмотреть на то, что предложили соседи, и проголосовать. Таким образом общественный запрос формируется более точно.

***

В нашей практике мы пока видим, что лучших результатов достигают те проекты, в которых офлайн и онлайн комбинируются. Конечно, в таких случаях нужна работа с сообществами и масштабная промокампания, объясняющая, что за онлайн-инструмент предлагается, зачем его использовать и как он работает.

Для поддержки проекта вначале всегда проводятся встречи с местными лидерами мнений, почетными горожанами города — всегда есть риск, что сформируется негативный фон по проекту в целом, и это во многом предопределит общий результат его реализации. Чтобы этого не произошло, мы приезжаем и объясняем, какая веб-площадка и с какими целями запускается, какое участие ожидается от жителей и что благодаря этому изменится в городе. Только после этого информацию о проекте стоит размещать в социальных сетях и в медиа. Исходя из нашего опыта скажу, что именно такая комбинация более жизнеспособна сегодня.

***

В Бостоне создана engagement lab — это лаборатория, сформированная при мэрии города, которая представляет собой целую систему инструментов: игры по построению сообществ, приложения, в которых бостонцы могут отмечать неблагополучные места в городе и так далее.

Во Франции также существуют онлайн-площадки, через которые жители выбирают проекты, на которые распределяется часть городского бюджета, обсуждают планируемый внешний вид новых общественных пространств, рассказывают о проблемах в городе. Таким образом, такие диджитал- инструменты сегодня востребованы как у заказчиков, которыми, как правило, являются муниципалитеты, так и у горожан, которым они дают возможность влиять на городские решения.

Такой инструмент, как краудфандинг, очень эффективен в наши дни и в области социальных проектов. В Роттердаме, например, в 2015-м году при помощи краудфандинга были собраны средства на строительство пешеходного моста Luchtsingel, объединившего три квартала в самом центре города. Кампания проходила под слоганом «Чем больше денег вы соберете, тем длиннее будет мост».

***

В моногородах, например, в рамках федеральной программы «5 шагов благоустройства повседневности» мэры должны были определить территории и объекты для благоустройства. И зачастую в результате проделанной работы мы видели, что люди хотели развития одних территорий, а муниципалитеты видели потенциал в других объектах. Этот разрыв был очень заметен, например, в голосованиях по определению центральной улицы для благоустройства. Примерно в половине случаев горожане считали центральной улицей не ту, которую заявляла администрация.

По сути, полученные с помощью такой платформы результаты должны становиться источником вдохновения для городских чиновников, которым необходимо решать, куда направить средства, выделенные на благоустройство или социальные проекты. Ведь можно ошибиться, и вместо того, чтобы благоустроить территорию, которая имеет сентиментальную ценность для горожан, благоустроить сквер, про который все давно забыли и не видят его «своим» местом в городе. Именно такие нюансы выявляются при помощи диджитал-вовлечения.

***

Moscowidea.ru стал первым таким проектом, запущенным в 2012 году. Его делал Институт «Стрелка» по заказу Московского урбанистического форума. Он появился еще до подобных московских проектов, включая «Активного гражданина», и стал пионером в этом направлении. Он показал, что в Москве открытые и восприимчивые к таким инструментам горожане — что этот алгоритм в России работает, позволяя аккумулировать полученную от горожан информацию и трансформировать ее в реальные решения.

Следующим был проект моногорода.рф. Начали мы его делать в конце 2016 года, когда в моногородах стартовала федеральная программа «5 шагов благоустройства повседневности». Она реализовывалась в рамках приоритетного проекта «Комплексное развитие моногородов», одним из KPI которого было прохождение всеми 319 городами «5 шагов».

Мы выступали как консультант, методист и идеолог этой программы, концепция которой изначально была разработана в 2012 году Институтом «Стрелка» для «Школы мэров». Тогда она получила высокую оценку, и на уровне руководства программы «Комплексное развитие моногородов» было принято решение реализовать «5 шагов» во всех 319 моногородах России. Одним из условий было вовлечение жителей моногородов в выбор объектов и учет их мнения при реализации проектов благоустройства.

Для этого мы в начале 2017 года запустили платформу моногорода.рф, заложив в нее первоначально две функции: во-первых, просветительскую — рассказать горожанам о программе «5 шагов» и почему она запускается. Второй и основной функцией стал сбор мнений и идей, а также онлайн-голосование.

Запустив сайт, мы три месяца аккумулировали на нем предложения жителей: какие объекты в их моногородах нуждаются в трансформации, какие шаги в каждом из них должны быть реализованы.

И, конечно, большой частью проекта стала информационная кампания, без которой такие проекты не работают. Для этого мы использовали большой набор инструментов: от производства видеороликов-эксплейнеров, в которых за две минуты объясняется основная механика проекта, до наружной рекламы. Когда шла информационная компания, в моногородах висела наша наружная реклама: растяжки, билборды, маршрутки были заклеены нашим слоганами, фирменным стилем и айдентикой, которые мы специально разрабатывали для проекта. Мы использовали местные радио и телевидение, а в кинотеатрах перед фильмами транслировался ролик «5 шагов благоустройства».

У нас была мощная PR-поддержка: региональные, локальные и федеральные средства массовой информации. И, конечно же, соцсети: у каждого города есть паблики, типа «Непростой Свободный» или «Подслушано в Сарапуле», где молодая аудитория обсуждает насущные проблемы, соответственно мы делали много рекламных размещений и на таких ресурсах.

Ясно, что моногорода — места проблемные, «красные точки на карте». И в рамках программы «5 шагов» мы рекомендовали реализовать так называемые быстрые победы, которые не требуют существенных ресурсов, но, тем не менее, сразу очень заметные большому количеству людей. Это проекты, рассчитанные на реализацию в рамках одного строительного сезона. Такие изменения формируют определенную повестку: изменения происходят в твоем городе сегодня.

Безусловно, мы столкнулись с определенным негативом, но это нормально, нужно уметь правильно с ним работать. Во многие моногорода мы ездили, встречались с горожанами, плотно работали с администрациями, оказывая методическую и консультационную поддержку по тому, какие проекты реализовывать и как это стоит делать. Программа закончилась в марте, города прошли пять шагов. В результате в краудсорсинге принял участие 221 город, и если считать голосование по улицам, комментарии, идеи — у нас получилось порядка 15 тысяч предложений, идей и комментариев по конкретным изменений в моногородах.

***

Следующим мы делали не совсем классический в плане краудсорсинга проект «Города будущего». Здесь мы предлагали горожанам дать нам обратную связь на уже разработанные дизайн-проекты общественных пространств. Параллельно наша команда вовлечения проводила в этих городах встречи с активными жителями, был организован ряд воркшопов, общественных консультаций, выставок проектов.

В этом проекте задача была — учесть полученную обратную связь на стадии разработки проектно-сметной документации. В этом случае мы проводили взаимодействие в режиме запараллеливания офлайна и онлайна. Сейчас проект работает уже в фоновом режиме, потому что во многих городах идет стройка, первые проекты уже реализованы.

Чтобы показать, как могут выглядеть ключевые общественные пространства в 40 крупных российских городах, мы сделали акцент не на генерировании идей и определении проблемных точек (чем мы в рамках проекта уже занимались раньше — в рамках антропологических исследований по этим городам), а на тех изменениях, к которым у этих городов есть потенциал.

Хороший трафик на сайте проекта был прошлым летом, когда он находился в активной фазе. В месяц города-будущего.рф посещали 5-8 тысяч человек — и это хорошие цифры для такого проекта.

Модерация

Надо сказать, ожидания у меня были гораздо более негативные, чем та реальность, с которой мы столкнулись. Казалось, сейчас откроется ящик Пандоры — и польется нескончаемый поток претензий и к местной администрации, и к нам самим, участники обсуждений переругаются друг с другом, и конструктивных предложений будет немного.