Силовые структуры

Ограбление по-армянски. 45 лет назад из Госбанка СССР похитили огромную сумму денег. Кто совершил дерзкое преступление?

СюжетВоры в законе:
Феликс Калачян показывает следователям, как проник в отделение Госбанка СССР в Ереване

Феликс Калачян показывает следователям, как проник в отделение Госбанка СССР в Ереване. Фото: Центр поддержки русско-армянских стратегических и общественных инициатив

45 лет назад, 5 августа 1977 года, в СССР была совершена первая и крупнейшая в истории советского государства кража из Госбанка. На хранилища главного банка страны до того момента не покушались даже матерые уголовники. Однако житель Еревана Николай Калачян вместе с двоюродным братом совершили немыслимое. Братья Калачян умудрились успешно проникнуть в денежное хранилище Госбанка и похитили оттуда 1,5 миллиона рублей — эквивалент 100 миллионов рублей в наши дни. Подробности уникального преступления, ставшего советской кражей века, вспомнила «Лента.ру».

«Завен Багдасарян был членом комиссии по пересчету денег, хранившихся в ереванском отделении Госбанка. На его предложение ограбить это отделение я очень возмутился: «Ты что, это же не сберкасса! На вооруженные ограбления я не хожу». Завен ответил: «А кто сказал про вооруженный налет? Все намного проще!» (из допроса Николая Калачяна).

***

Николай Калачян родился в 1951 году в армянской семье из села Бородино Рыбинского района Красноярского края. Жили Калачяны очень бедно: у главы семьи было онкологическое заболевание, и практически все заработанные матерью Николая деньги уходили на лечение и уход за тяжелобольным супругом. Устав от напряженной обстановки, Николай сбежал из дома.

Коля не любил трудиться, не любил учиться. Он после четвертого класса убежал к цыганам, дружил с ними

Гоар Каламянжурналист

Оказавшись в таборе, Калачян поначалу торговал наркотиками, а затем стал мусорщиком и начал осваивать токарное мастерство. В этот же период в компании друзей Николай ограбил сберкассу: сообщники проникли в помещение, проделав в стене небольшую дыру, — их добычей стали несколько тысяч рублей.

Преступление для Калачяна прошло безнаказанно — найти и задержать воров милиции не удалось. А затем в жизни Николая, который к тому моменту переехал в Ереван, появился его младший двоюродный брат Феликс Калачян. В отличие от родственника, Феликс, родившийся в селе Казанчи Ашоцкого района Армянской ССР, в детстве был образцовым ребенком.

Он хорошо учился в школе и серьезно занимался спортивной гимнастикой. Получив среднее образование и став кандидатом в мастера спорта, Феликс отправился в Ленинакан — учиться на инженера. Там он встретил свою судьбу — местную жительницу по имени Маруш, которая стала его женой, а также подарила ему сына и дочь Мани.

Феликс был очень хорошим человеком — добрым, отзывчивым. Мы любили друг друга

из воспоминаний жены Феликса Маруш Калачян

Семья жила дружно, но бедно — денег, которые приносили домой дворник Феликс и уборщица Маруш, едва хватало на жизнь. Чтобы исправить финансовое положение, Феликс подался на заработки в Ереван, где и встретил Николая.

«Мы вместе все это придумали»

Оценив физические качества родственника — Феликс обладал уникальной ловкостью и мог провисеть на одной руке около часа, — Николай решил привлечь его к делу. Он предложил брату вместе обокрасть магазин аудиотехники, куда незадолго до этого поступила новая партия товара.

Польстившись на легкие деньги, Феликс согласился: под покровом ночи родственники разобрали стену и похитили несколько магнитофонов, увезя их на тележке. Братья немногим позже продали добычу по заниженной цене, выручив около 15 тысяч рублей.

Получив свою долю, Феликс отправил большую часть семье, не забыв и про себя — оставшиеся деньги он прокутил, отправившись с Николаем в Москву.

По воспоминаниям сотрудников увеселительных заведений, где побывали Калачяны, братья буквально швырялись деньгами и строили из себя настоящих миллионеров

Между тем директор магазина, откуда Калачяны похитили магнитофоны, почему-то не стал обращаться в милицию: это преступление сошло братьям с рук. По мнению Николая, молчание директора объяснялось тем, что похищенные магнитофоны были неучтенным товаром и предназначались для левого сбыта.

А в начале 1977 года братья встретились со своим приятелем, выпускником экономического факультета Завеном Багдасаряном. Он был членом комиссии по пересчету денег, которые хранились в ереванском отделении Госбанка. Суммами, которые он видел в хранилище, Багдасарян впечатлился не на шутку. Завен рассказал Калачянам, что в отделении хранятся 100 миллионов рублей, а потом подкинул им идею — похитить эти деньги.

Здание Центробанка Армении, где раньше располагалось отделение Госбанка СССР

Здание Центробанка Армении, где раньше располагалось отделение Госбанка СССР

Фото: Pandukht / Wikimedia

Багдасарян сообщил, что наличные стопками лежат на нескольких стеллажах в небольшой комнате второго этажа. Само отделение Госбанка располагалось в трехэтажном здании старой постройки: в 30-е годы его возвели заключенные, использовав сравнительно непрочный материал — вулканический туф.

Поэтому в хранилище можно было проникнуть довольно легко. Поначалу братья отказались идти на такой риск, но спустя три месяца все же решились. Еще несколько месяцев заняла разработка операции, исполнителем которой должен был стать ловкий Феликс. При этом план этажей, стен и сигнализации Госбанка нарисовал его же сотрудник Завен Багдасарян.

Я видел хранилище, его устройство, расположение. Да мы вместе все это придумали. Это не один день — это где-то месяцев четыре-пять

из воспоминаний Завена Багдасаряна

В шаге от провала

Под видом художника Николай принялся прогуливаться по улицам рядом с Госбанком, раз за разом проходя мимо отделения и подмечая все нюансы и особенности его работы. К примеру, Калачян обратил внимание, что на первом этаже здания находится отделение милиции.

Но дальнейшее наблюдение показало, что в выходные на посту находится только пара дежурных — поэтому кражу назначили на один из летних выходных. К началу августа план был полностью готов: пробив общую с жилым домом стену на третьем этаже, Феликс должен был попасть в комнату отдыха сотрудников.

Оттуда через просверленную в полу дыру вор собирался проникнуть в хранилище с деньгами

Братья Калачян продумали все до мелочей, вплоть до трех бутылок минералки для Феликса — на улице стояла сильная жара, и жажда могла помешать плану. Кроме того, в этой воде преступники планировали охлаждать сверла.

Важная роль отводилась обычному зонтику: по задумке Николая, Феликс должен был просверлить сначала маленькую дырку в полу, просунуть в нее зонт, открыть его и после этого продолжить работать ручной дрелью. Таким образом куски штукатурки и цемента падали бы на зонт, что сводило к минимуму шум.

Также братья подобрали идеальное время для дела — ночь на субботу, 5 августа, чтобы отправившиеся на выходные сотрудники банка хватились денег как можно позже

Но за неделю до намеченной даты кражи Николай, который ехал в такси по городу Цахкадзору, попал в ДТП и был госпитализирован.

Посоветовавшись с Феликсом, который пришел его навестить, Калачян решил не отменять ограбление и стал координировать действия брата прямо с больничной койки. В назначенный день тот отправился на дело: с собой он взял большой походный рюкзак, в котором лежали ручная дрель, сверла, веревка, лом, ножовка, зубило, молоток, фонарь и зонт.

Поднявшись на третий этаж жилого дома, Калачян начал сверлить стену: он проработал всю ночь, но пробить перегородку так и не смог. Феликс покинул здание под утро и вернулся туда вечером. К этому моменту он понял, что проделать дыру в столь толстой стене ему не удастся, и начал продумывать «план Б» прямо на месте.

Феликс поднялся на крышу жилого дома и, осмотревшись, увидел, что на окне комнаты отдыха для сотрудников Госбанка нет решетки и оно даже не закрыто. Дело в том, что в помещении в то время проходил ремонт. Для того чтобы запах краски быстрее выветрился, рабочие оставили створки открытыми, слегка затянув проем полиэтиленовой пленкой. А завхоз банка просто забыл закрыть это окно.

Охота на сторублевки

Сначала Феликс попытался закинуть в окно веревку с закрепленным на конце грузом, однако попасть в створку ему раз за разом не удавалось. Тогда Калачян решился на рискованный трюк: он разбежался и прыгнул с крыши, к счастью, попав прямо в оконный проем третьего этажа.

Вторая часть плана прошла гладко: пробив в полу отверстие диаметром 34 сантиметра, Феликс по закрепленной на куске арматуры веревке проник в хранилище и забрал оттуда два мешка с деньгами на сумму 1,5 миллиона рублей — это эквивалент 100 миллионов рублей в наши дни.

Наличные вор аккуратно упаковал в рюкзак, вес которого в итоге составил около 32 килограммов, а все инструменты бросил на месте. Прикрыв дыру в полу зонтиком, Феликс при помощи веревки выбрался через окно комнаты отдыха утром в воскресенье — к этому моменту на улице уже начинало светать.

Путь Феликса лежал в больницу к брату: Николай на радостях в тот же день покинул свою палату. Калачяны отправились на заранее снятую квартиру, где припрятали добычу. Рассматривая ее, Николай обратил внимание, что практически все сторублевые купюры (а их было большинство) имели одну серию — АИ.

Сообразив, что для следователей это станет хорошей зацепкой, Калачян сказал брату и Завену Багдасаряну пока не трогать сторублевые купюры. Расчет Николая был верным: узнав о дерзкой краже, сам генсек Леонид Брежнев взял дело под свой контроль и приказал отслеживать оборот купюр серии АИ номиналом в 100 рублей. Во все сберкассы страны были разосланы директивы с требованием сообщать в милицию о каждой попытке использования таких банкнот.

Были и курьезные случаи: зампредседателя Совета министров нашего задержали в Москве, когда он пошел менять сторублевую купюру

из воспоминаний бывшего министра внутренних дел Армянской ССР Евгения Потапова

К расследованию резонансной кражи привлекли первых лиц правоохранительных органов как Армянской ССР, так и всего Советского Союза.

В Ереван прибыла представительная делегация в составе заместителя министра внутренних дел СССР Шумилина (он курировал угрозыск страны), заместителя начальника Управления уголовного розыска СССР Волкова и других следователей УУР МВД Союза. Чуть позже туда же прибыл и сам начальник УУР Карпец

из книги Федора Раззакова «Бандиты времен социализма»

«Мой любимый — вор»

Способ, каким вор проник в здание банка, следствие установило довольно быстро: трюк с прыжком в окно, под которым для подстраховки растянули брезент, повторили сами оперативники. Однако после этого дело забуксовало.

Обратившись к знаменитому армянскому вору в законе Рафаэлю Багдасаряну (Раф Сво) и прошерстив практически весь криминальный мир Армянской ССР, сыщики убедились, что уголовники отношения к этому преступлению не имеют. Под подозрение в пособничестве преступникам попали все сотрудники банка (161 человек) — в их числе оказался и Завен Багдасарян.

Меня тоже несколько раз допрашивали. Но чтобы за мной следили — я не замечал

из воспоминаний Завена Багдасаряна

Вскоре на висящей над дырой в полу лампочке нашли отпечатки пальцев, которые принадлежали завхозу банка Гаврилову. Мужчину задержали и приступили к допросам: испуганный завхоз путался в своих показаниях, чем лишь усилил подозрения сыщиков. Но позже выяснилось, что помощником грабителей Гаврилов не был.

Николай Калачян (в центре)

Николай Калачян (в центре)

Фото: Центр поддержки русско-армянских стратегических и общественных инициатив

Оказалось, что завхоз вкрутил лампочку и первым нашел прикрытую зонтом дыру, но, боясь ответственности за халатность с окном, решил умолчать о своей находке и покинул комнату отдыха, забрав с собой зонт. Получив важную улику, сыщики надеялись найти на зонтике отпечатки преступника, но тщетно — следов Феликс не оставил.

К тому моменту братья Калачян перебрались в Краснопресненский район Москвы. Там Николай завел любовницу — Людмилу Аксенову, которой не стал говорить, что в Ереване его дожидается невеста Наринэ, дочь одного из крупных местных начальников. Людмила знала, что ее молодой человек богат, но наличие у него крупных денег Николай объяснил выигрышем в казино.

Я действительно его полюбила. Мы договаривались о том, чтобы повенчаться. Именно хотели венчаться, а не просто расписаться в ЗАГСе. И потом не могла поверить, что это он. Просто не могла поверить, что мой любимый человек — вор

из воспоминаний Людмилы Аксеновой

При помощи Аксеновой Николай перевез большую часть денег из Еревана в Москву: девушка приехала к возлюбленному в гости, а в день отъезда невесты в столицу Калачян забил ее чемодан украденными наличными. На вокзале к Людмиле с требованием открыть чемодан подошел милиционер, но спешно подскочивший к ним Николай быстро решил этот вопрос. Перед этим он рискнул и разменял приметную сторублевку в кассе вокзала.

Николай дал милиционеру то ли 10 рублей, то ли пятерку. Очень незначительную сумму, и тот не стал открывать чемодан

из воспоминаний Людмилы Аксеновой

Роковая сделка

Калачяны довольно быстро потратили все мелкие купюры и стали думать, что им делать со 110 пачками сторублевок. Выход нашел Николай: он предложил скупать на них облигации трехпроцентного государственного займа, за которые затем можно было выручить уже «нормальные» деньги. Однако воры не собирались сами ходить по сберкассам.

Об этой услуге Николай попросил столичного таксиста Владимира Кузнецова — брата своей любовницы Аксеновой. Калачян рассказал таксисту, что легализовать сторублевки ему якобы нужно потому, что он боится уголовного преследования за участие в азартных играх, а «отмытые» наличные он пустит на организацию пышной свадьбы с Людмилой.

Кузнецов согласился помочь будущему родственнику. Первую партию ценных бумаг он купил в несколько ходок в Ташкенте, потратив около 24 тысяч рублей. На радость преступников Владимиру попались невнимательные сотрудницы сберкасс. Из-за этого сотрудники угрозыска не сразу узнали, что купюры серии АИ всплыли в Узбекской ССР.

А когда оперативники прибыли в Ташкент, Кузнецов уже уехал оттуда. Между тем Калачяны решили переехать в Сочи — за 13 тысяч рублей Николай приобрел на рынке около Южного речного порта в Москве подержанные «Жигули» (по другим данным — «Москвич») зеленого цвета и в целях конспирации оформил машину на Людмилу.

Немногим позже он переделал запасное колесо под тайник, в котором планировал вывезти из столицы все деньги

Успех в Ташкенте воодушевил сообщников: решив не тратить время на переезды, таксист Кузнецов отправился покупать облигации в московские сберкассы.

Сначала он приобретал по одной-две облигации в день, а потом решил закупить ценных бумаг сразу на шесть тысяч рублей. Сотрудницу сберкассы на Чертановской улице насторожила столь крупная сумма: женщина приняла шесть тысяч, а затем сказала, что у нее осталось облигаций лишь на три тысячи рублей, а за остальными нужно идти в хранилище.

Под этим предлогом женщина отправилась звонить в милицию

Долгое отсутствие кассирши, которая через 10 минут так и не появилась на рабочем месте, насторожило Владимира — он сбежал, забыв про оставшиеся облигации. Между тем сыщикам крупно повезло: у кассирши оказалась прекрасная память.

Она сообщила, что сбежавший мужчина подъехал к зданию сберкассы на зеленых «Жигулях», и сумела составить точный фоторобот подозрительного незнакомца. Вскоре милиции удалось установить данные таксиста Кузнецова, его домашний адрес и место работы.

В поисках зеленых «Жигулей»

Одновременно с работой по поиску «подпольного миллионера» стражи порядка проверяли всех столичных владельцев зеленых «Жигулей». В один из дней конца весны 1978 года участковый дома по Ленинскому проспекту обратил внимание на припаркованные зеленые «Жигули», в которые села и уехала компания из трех человек.

Вскоре милиционер выяснил, что двое из незнакомцев — ими были братья Калачян — снимали комнату у местной жительницы по фамилии Яблонская, но на днях съехали к невесте Николая.

Жили они у нее около месяца. Естественно, о краже она ничего не знала, но знала, что денег у них очень много

Сергей Журавлевбывший инспектор МУРа

По просьбе сыщиков Яблонская связалась с Калачянами, сообщила им, что они забыли у нее сверток, и попросила приехать за ним. За вещами в ночь на 7 июня 1978 года к Яблонской прибыл Николай: он не ожидал милицейской засады, но сопротивляться при задержании не стал.

Постучавшись в квартиру Людмилы Аксеновой, оперативники задержали там Феликса, а немногим позже — и таксиста Кузнецова. К тому моменту браться Калачян успели потратить 600 тысяч рублей из 1,5 миллиона.

В размонтированном колесе было найдено более 800 тысяч рублей из похищенных в Ереванском банке. Остальные 100 тысяч рублей преступники закопали под домом в Ленинакане

из книги Федора Раззакова «Бандиты времен социализма»

Помилованы посмертно

Николай отпираться не стал и рассказал следователям даже про ограбление магазина аудиотехники. Феликс же посвятил сыщиков в подробности ограбления Госбанка, согласившись на участие во всех следственных экспериментах. Калачян показал следователям, как именно смог пробраться в хранилище с деньгами через маленькую дыру в полу.

Одной рукой вниз, а одной рукой вверх. Это дало Феликсу возможность сузить плечи, и он пролез через это отверстие

Эдуард Аствацатарянбывший руководитель следственной группы прокуратуры Армянской ССР
Феликс Калачян (в центре)

Феликс Калачян (в центре)

Кадр: Сибирские Гвозди / YouTube

Иллюзий по поводу своей дальнейшей судьбы младший Калачян не питал: в своем последнем слове он обратился к находившейся в зале суда жене Маруш и попросил ее вырастить детей хорошими и честными людьми. Предчувствия Феликса не обманули: приговором суда, изучившего 40 томов уголовного дела, ему и Николаю была назначена высшая мера наказания с конфискацией имущества.

Судья сказал Феликсу, что ему очень жаль, что такой приговор по этой статье. Но он ничего не может с этим сделать

из воспоминаний жены Феликса Маруш Калачян

С трудом пережившая смерть мужа мать Николая не дотянула до приговора суда: узнав, в чем обвиняется ее сын, женщина слегла и вскоре умерла. Завен Багдасарян получил 11 лет колонии строгого режима, Владимир Кузнецов, непосредственно не имевший отношения к самой краже века, отделался более коротким сроком.

Но смертная казнь для двух молодых мужчин, один из которых был отцом двоих детей, показалась председателю Президиума Верховного Совета Армянской ССР Бабкену Саркисову чрезмерным наказанием. С прошением о помиловании братьев чиновник обратился в Верховный Совет СССР: там сочли доводы Саркисова резонными и просьбу удовлетворили.

Вот только спасительные для Калачянов бумаги появились в Ереване с фатальным опозданием: перевозивший срочный пакет автомобиль забуксовал по дороге. А когда документ все-таки прибыл в тюрьму, выяснилось — днем ранее Феликс и Николай были расстреляны.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»:

Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru
Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.