Вылечить или покалечить

Повысив ставки кредитов, ЦБ рискует нанести ущерб экономике

Яков Миркин доктор экономических наук, профессор, заведующий отделом международных рынков капиталов ИМЭМО РАН

Судя по недавним заявлениям представителей ЦБ, сегодня на своем заседании Банк России может вновь принять решение о повышении ключевой ставки. Налоги и кредиты — два основных инструмента, с помощью которых осуществляется экономическая политика. С их помощью можно стимулировать или, наоборот сдерживать те или иные сектора экономики, влиять на уровень денежной массы и рост цен. Отвечают за умелое и своевременное использование этих инструментов два важных регулирующих органа.

Банк России способен как оздоровить экономику, так и покалечить ее. Когда за окном кризисные холода, он может увеличить процент, под который кредитует коммерческие банки. А те, в свою очередь, сделают дороже свои кредиты. А дальше простая формула: выше цена денег — меньше кредитов — меньше производим — меньше покупаем — еще ближе к кризису. Не спасение, а сокрушение.

Так и делает сегодня ЦБР. Банк России в 2014 году уже трижды поднимал свою ключевую ставку. Она выросла с 5,5 процента до 8 процентов. Для экономики — это сильное давление вниз. В такой же размерности вырос процент по межбанковским ссудам, по кредитам хозяйству. Там, где было 10 процентов, стало 12-13 процентов. Там, где было 15 процентов, стало 17-18 процентов.

— Но зачем поднимать процент? — спросите вы. — Всюду санкции, красные знаки, потерян бизнес на Украине, у экономики нулевой рост. Нам перекрывают внешние источники финансирования. Зачем делать кредит еще дороже и недоступнее?
— А, чтоб не убегал капитал! — раздастся в ответ.

В этой точке нужно недоуменно пожимать плечами. Рост ключевой ставки ЦБ не может остановить бегства капитала. Потому что у бегства другие причины. И того, кто решил вывезти деньги из России, процент сегодня даже не притормозит. В чем еще «высшая сила» Банка России? Когда экономике плохо, он может запустить печатный станок и пролить на нее благодатный денежный дождь. Влить в нее деньги, как физиологический раствор, чтобы не умирала.

А может и по-другому. С начала года ЦБ проводит жесткую, холодную денежную политику. Индикатор «Отношение денежной массы к валовому внутреннему продукту» стал даже падать. Денежная масса — и наличная, и безналичная (так называемая М2) к ВВП составляла в августе 2012 года — 39,5 процента, в августе 2013 года — 43 процента, в августе 2014 года, по оценке, — 42 процента (на начало месяца).

И еще один индикатор — денежная база. Это исходник для денежной массы, создаваемый ЦБ. Денежная база в августе 2012 года — 13,2 процента ВВП, в августе 2013 года — 13,3 процента, в августе 2014 года, по оценке — 13,2 процента.

Вывод все тот же. Вместо роста — замораживание. Давление в кровеносной (денежной) системе экономики не растет. Это жесткая денежная политика (сдерживание денежной массы и уменьшение монетизации экономики).

— А чтобы не убегал капитал! — опять раздастся в ответ из уютного особняка ЦБР на Неглинной. — И чтобы бороться с инфляцией!

С инфляцией и с вывозом капиталов в России Центральному банку можно и дальше бороться до посинения, и ничего не случится, потому что в них очень сильна немонетарная часть. Собственно, этой беззаветной борьбе уже четверть века, и кажется, что Банк России собирается делать это и в XXII веке, притормаживая экономический рост. Инфляция растет за счет увеличения цен и тарифов, регулируемых государством. В этом году — еще и за счет падения рубля, который долгие годы был переоценен. Вывоз капиталов — отражение тяжелых налогов, высоких регулятивных и политических рисков. Все 20 последних лет (за исключением 2006-2007 годов) в России был чистый вывоз капиталов.

Как написал в своем хокку замечательный поэт Александр Задерака:
«На индикаторы рынка смотрю
И меч самурайский точу
Момент не хочу упустить».

Можно ли представить себе иной Банк России? Да, конечно. Это что-то вроде Федеральной резервной системы, которая еще в 2008 году не постеснялась запустить печатный станок, чтобы спасти экономику США. Это Центральный банк, который пытается балансировать между своими обычными задачами — стабилизация цен и валютного курса и целями помощи хозяйству, когда ему плохо, а также поддержки стабильного экономического роста и модернизации, чтобы они случились хотя бы при жизни работающих поколений. Хитрый банк, умный банк.

Что делать? Добиваться смягчения денежной политики, снижения ключевой ставки ЦБ, селективного регулирования кредита и процента, как это делали в странах «экономического чуда». Сверхосторожно снижая курс рубля с тем, чтобы не обострить инфляцию.

Но все это — мечты, а пока экономика застряла между Минфином и Банком России с их ограничительной политикой.
Пока, конечно, спасает обесценение рубля. От него лучше экспортерам и бюджету, но хуже импортерам и тем, кто вывозит капитал. Это реальный стимул, подстегивающий экономику при падающих ценах на нефть и газ (цена черного золота уже находится в коридоре 84-86 долларов за баррель).

Но этот «стимул» опасен. Это тяжелый наркотик, который потихоньку, по мере того как рубль будет срываться все ниже, может подталкивать к гиперинфляции. Наша экономика постепенно запутывается — в санкциях, в утрате бизнеса на Украине, в военных расходах, в политических рисках, в бегстве капитала, во взрывном росте регулятивных издержек.

В экономике слишком много ограничений. Она в прокрустовом ложе налогов, регулятивных издержек, завышенного процента, низкой монетизации и пока еще слишком тяжелого рубля.

В ней слишком мало послаблений и острый дефицит хороших новостей. Осенняя погода.
«Падают золотые листья.
И все остальное в придачу,
А мозги уже давно отключили» (Александр Задерака).

Поэтому прогноз — нас ждет движение от осени к зиме. Впереди до 2-3 лет относительной устойчивости, а дальше, если не изменится экономическая политика, может начаться сильная нестабильность. Наш самолет пока летит, находится в сильной турбулентности, но может свалиться в штопор.

Что делать? Менять финансовую политику, но не только. Начать политику ослабления ограничений для российского бизнеса и среднего класса, мешающих им расти. «Умная либерализация» в экономике. Не в политике — во внутренней экономике.

Но это уже политическое решение, которое то ли будет, то ли нет — неизвестно. Возможно ли оно? Пока же ноябрь спешит на двор, а за ним придут трескучие морозы. Впереди — с высокой вероятностью — тяжелая зима российского хозяйства, шаткого, плохо утепленного, с щелями в деревянных стенах. Если что-то в нем не менять срочно.

подписатьсяОбсудить
08:55 Сегодня

Забалансовые схемы

АСВ и ЦБ столкнулись с новой схемой банковского мошенничества
Большой прыжок
Самые крутые прыжки на машинах. И рядом с ними
Скука, тестостерон и дешевый бензин
В чем смысл «арабского дрифта» и зачем его легализовали
Я вас не слышу
Чего не хватает новому Chevrolet Camaro: первый тест
Не отпускать и не сдаваться
Что происходило на одном из самых сумасшедших Гран-при сезона
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон