Оттолкнувшись от «Уралсиба»

Для чего Владимир Коган возвращается в банковский бизнес

Владимира Когана можно назвать самым чутким во всех смыслах российским бизнесменом. В середине 90-х он, согласно апокрифическим рассказам, утверждал: лучшая «крыша» — КГБ. И очень быстро превратился из торговца бытовой электроникой в банкира, приобретя Промышленно-строительный банк Санкт-Петербурга (ПСБ). Из бывших советских госбанков это был далеко не самый «звездный» — зато «тише поехав» Коган оказался гораздо дальше своих более «олигархичных» московских коллег.

Тем более что в начале нулевых титул «банкира Смольного» открывал двери в очень высокие столичные кабинеты. И неудивительно, что именно Коган гораздо раньше других олигархов доказал, что государство может быть хорошим покупателем, а не только продавцом. С перехода ПСБ под контроль Внешторгбанка фактически началась «бархатная национализация», ведь Роман Абрамович продал «Сибнефть» «Газпрому» годом позднее.

Абрамович и его партнеры выручили более десяти миллиардов долларов, а Коган — лишь несколько сотен миллионов, зато обзавелся еще и должностью в Минрегионразвития. Куратор строительства петербургской дамбы или даже руководитель Росстроя — конечно, не такая заметная фигура, как губернатор Чукотского АО.

Но одно дело — искать деньги (в том числе и в своем кармане) на социалку и инфраструктуру в полудепрессивном регионе, и совсем другое — распределять бюджетные потоки, направляемые на стройку.

Почти по Высоцкому, от прораба до министра оставался один шаг. Но произошел тот редкий случай, когда чутье и выдержка изменили Когану. В 2012-м из-за конфликта с новым начальником Игорем Слюняевым ему пришлось покинуть Минрегионразвития.

Опять же, иные олигархические фиаско были гораздо громче. А Владимир Коган, несмотря на досрочный и в известной степени принудительный уход с госслужбы, не производил впечатления лузера. Он даже расширил свои бизнес-владения, приобретя ряд промышленных активов. Для недавнего чиновника это было уже немало, хотя для бывшего питерского банкира, в чьем окружении еще в начале нулевых говорили «Теперь мы можем все», — не так уж и много. Слухи об интересе Когана к «Уралкалию» и банку «Возрождение» так и остались слухами. Зато «Уралсиб» все-таки стал когановским.

Причем ЦБ создал прецедент, позвав физлицо в качестве санатора, а Агентство по страхованию вкладов (АСВ) согласилось вложить в оздоровление «Уралсиба» более 80 миллиардов рублей. Тогда как сам новый владелец, по его словам, не собирается тратить на банк сопоставимую сумму.

Речь идет фактически о кредитованном выкупе. Использование заемных средств намного повышает прибыльность инвестиций. Правда, при условии, что бизнес выходит в плюс. А глава «Российского капитала» Михаил Кузовлев признавал в интервью «Ленте.ру», что отбить кредиты АСВ любому санатору крайне сложно. Чем хуже ситуация в экономике — тем меньше платежеспособных клиентов и тем ожесточеннее за них война.

Получается, Владимир Коган более десяти лет назад вышел из банковского бизнеса, когда тот становился весьма перспективным, чтобы вернуться, когда даже успешные банки работают на грани рентабельности. Не совсем логично. Если не предполагать, что бесследное растворение многомиллиардных кредитов АСВ предусмотрено изначально.

Но тогда неясно, зачем нужен эксперимент с приглашением физлица в качестве оздоровителя. На роль зиц-председателя Фунта Коган точно не тянет — совсем не тот калибр.

Возможно, разрешить этот парадокс позволят довольно неожиданные новости из российского правительства. По словам главы Росимущества Ольги Дергуновой, приватизация опять в повестке дня, и плохая конъюнктура чиновников уже не очень смущает. Как утверждает газета «Ведомости», многие из них рассматривают распродажу госактивов как институциональную меру, а не средство пополнения бюджета.

Но плохая конъюнктура сегодня — это не только низкие цены на нефть и, как следствие, низкая стоимость отечественных компаний. При таком раскладе для американских и европейских инвесторов Россия была бы страной очень больших возможностей, и «приватизация 2.0» прошла бы на ура. Если бы не санкции. Из-за них крайне привлекательные — в силу дешевизны — российские госактивы становятся запретными для большинства зарубежных инвесторов. А внутри страны как раз по этим двум причинам тоже практически не наблюдается своих «денежных мешков», способных поддержать либеральное начинание кабмина.

Тупик? Да. Не появись на финансовом горизонте новый старый банкир Владимир Коган с энным количеством миллиардов от АСВ.

Иногда в экономике тоже можно пятью хлебами насытить тысячи страждущих, и к чуду это будет иметь очень опосредованное отношение. Допустим, когановский «Уралсиб» поучаствует в очередной приватизации. Санационные деньги сыграют в два, а то и в три конца. Зато все будут довольны — и правительство, и АСВ, и сам Коган.

Кто-то, наверное, обнаружит сходство с пресловутыми залоговыми аукционами, которым в этом году как раз исполняется 20 лет. Ведь тогда будущие олигархи скупали у государства нефтяные и металлургические концерны на бюджетные средства, размещенные в их очень уполномоченных банках.

Но как «белый рыцарь» отличается от корпоративного захватчика, так умудренный чиновничьим опытом бизнесмен — совсем не то же самое, что вчерашний комсомолец или фарцовщик. Между ними колоссальная разница. По крайней мере с точки зрения того, кто продает.

Экономика00:01 3 сентября

На автомате

Смогут ли будущие российские пенсионеры победить роботов