Экономика Кудрина

Как ОПЕК расставляет акценты в президентском послании

Алексей Кудрин не зря отказался от поста министра экономического развития. Максима Орешкина, который в итоге получил эту должность, вполне можно считать достойным кудринским последователем.

Но важнее другое. Редкое президентское послание настолько резонировало с ключевыми кудринскими идеями, как то, что было зачитано Владимиром Путиным в минувший четверг. Низкие темпы инфляции — «хорошие предпосылки для того, чтобы на базе здоровой экономики добиться существенного роста». Его темпы должны быть выше мировых. А правительству необходимо обеспечить устойчивость бюджета «и исполнения всех наших обязательств вне зависимости от внешних факторов, включая цены на углеводороды».

«В послании президента сделан очевидный акцент на экономику, экономическая повестка выходит на первый план», — с понятным воодушевлением отреагировал экс-глава Минфина. Как будто нет «дела Улюкаева», на фоне которого многие наблюдатели — кто с опасением, а кто с нескрываемым злорадством — заговорили было о неизбежном, «антилиберальном» повороте и изгнании из власти всех гайдаровцев и чубайсовцев. Тем более что вопреки первоначальным «утечкам» и анонсам первый замглавы президентской администрации Сергей Кириенко и председатель Центризбиркома Элла Памфилова так и не приехали на Общероссийский гражданский форум, проходивший 19 ноября и считающийся основной кудринской площадкой.

Однако уже сам выбор улюкаевского преемника лишний раз доказал, что жизнь богаче схем. Нового главу Минэкономразвития никак не назовешь дирижистом. А взаимоотношения Орешкина с нефтяными лоббистами еще хуже, чем у его предшественника. Чего стоит хотя бы такой орешкинский пассаж годичной давности: «Американские нефтяные компании, попав в условия снижающихся цен на нефть, стали концентрироваться на тех проектах, которые приносят максимальную эффективность и повышают добычу, получаемую на каждую скважину. То есть они концентрируются на повышении эффективности. Что мы видим у нас? У нас нефтяные компании, в отличие от мировых трендов, наращивают инвестиции на 20 процентов в этом году. Но мы видим, что растут и операционные издержки. Нефтяные компании активно повышают заработные платы сотрудникам. Это в тот момент, когда в целом по экономике зарплаты в номинальном выражении растут на 3-4 процента». Вполне в кудринском стиле и сетования Орешкина, что госкомпании «иногда реализуют инвестиционные проекты с отрицательной нормой рентабельности».

Если рассматривать назначение нового министра экономического развития в контексте вполне либеральных тезисов президентского послания, получается, что демонтаж госкапитализма теперь должен проходить более активно, чем прежде.

О приватизации Путин на сей раз не сказал ни слова. Однако госзакупки и инфраструктурные проекты госкомпаний тоже остались за кадром. Не назывались и десятки миллиардов, которые бюджету надо выделить на поддержку тех или иных отраслей. Зато налоговую систему президент предлагает ориентировать «на стимулирование деловой активности».

Функционал государства, конечно, не сжимается до тех пределов, которые обозначил еще Адам Смит (защита от внешних врагов, обеспечение правопорядка, судопроизводство), но о левиафановских расходах на поддержание экономики и стимулирование ее роста речи тоже уже не идет. В эпоху дешевой нефти слишком велика опасность, что второй вариант обернется дальнейшим и еще более значительным обнищанием населения. Либо из-за гиперинфляции, либо из-за налогов.

Либеральная кудринская модель не имеет адекватной дирижистской альтернативы. Правда, по иронии судьбы, чтобы использовать рецепты экс-главы Минфина для избавления отечественной экономики от сырьевой зависимости, потребовалось сделать нефтяные котировки все-таки более предсказуемыми, чем прежде. Не случайно, знаковые экономические назначения и заявления были сделаны в Москве как раз в те дни, когда страны ОПЕК наконец-то договорились о сокращении нефтедобычи. Источники Reuters отмечают «решающую роль» Владимира Путина в подготовке этой сделки. По данным информагентства, именно благодаря переговорам, которые провел российский президент, удалось достичь компромисса между ключевыми участниками картеля и главными антагонистами — Ираном и Саудовской Аравии. Кроме того, не без путинского вмешательства отечественные нефтяники тоже согласились присоединиться к решению ОПЕК.

Но это, как минимум, означает, что, даже следуя заветам Кудрина, правительственным либералам все равно придется учитывать интересы пошедших на самоограничения нефтяных гигантов.