Правда по-пражски В Москве открылась выставка знаменитого чешского фотографа Йозефа Коуделки

25 фото

7 октября в московском Центре фотографии имени братьев Люмьер открылась выставка знаменитого чешского фотографа Йозефа Коуделки "Вторжение 68 Прага". Она посвящена событиям августа-сентября 1968 года, когда для подавления бунта в Чехословакию свои войска ввели страны Варшавского договора. Мероприятие продлится до 4 декабря.

"Я думаю, что с самого начала советской оккупации правда подавлялась".

"Я думаю, что с самого начала советской оккупации правда подавлялась".

"Я привез показать вам - что было моей правдой, что я видел"

"Я привез показать вам - что было моей правдой, что я видел"

"Для меня интересно то, что во всех странах мои фотографии публиковались, но в бывшем Советском Союзе и в России мои фотографии как репортаж о том, что случилось в Праге, никогда не публиковались".

"Для меня интересно то, что во всех странах мои фотографии публиковались, но в бывшем Советском Союзе и в России мои фотографии как репортаж о том, что случилось в Праге, никогда не публиковались".

"У меня в Чехословакии остались родители. И я не хотел подвергать их опасности. 20 лет я не мог вернуться в Чехословакию. Я не мог побывать даже на их похоронах".

"У меня в Чехословакии остались родители. И я не хотел подвергать их опасности. 20 лет я не мог вернуться в Чехословакию. Я не мог побывать даже на их похоронах".

Олег Табаков: "Шесть лет я уклонялся от того, чтобы быть посланным в Чехословакию и продемонстрировать солидарность интеллигенции этой страны. Другие гораздо более почтенные люди не удержались и поехали".

Олег Табаков: "Шесть лет я уклонялся от того, чтобы быть посланным в Чехословакию и продемонстрировать солидарность интеллигенции этой страны. Другие гораздо более почтенные люди не удержались и поехали".

"У меня есть такой опыт - я никогда ни от чего ничего не жду. И от этой выставки я тоже ничего не жду... Я сомневаюсь в силе фотографии. Но я верю в правду".

"У меня есть такой опыт - я никогда ни от чего ничего не жду. И от этой выставки я тоже ничего не жду... Я сомневаюсь в силе фотографии. Но я верю в правду".

"Я слушал по радио на улицах Праги о том, как чехословацкие граждане радуются, восторженно встречают советскую армию, обнимаются с солдатами".

"Я слушал по радио на улицах Праги о том, как чехословацкие граждане радуются, восторженно встречают советскую армию, обнимаются с солдатами".

"Я не надеялся, что когда-нибудь в жизни доживу до того, чтобы сделать эту выставку в Москве".

"Я не надеялся, что когда-нибудь в жизни доживу до того, чтобы сделать эту выставку в Москве".

"Каждый раз, когда я приезжал в Россию или Советский Союз, я всегда сталкивался с полным незнанием того, что тогда произошло".

"Каждый раз, когда я приезжал в Россию или Советский Союз, я всегда сталкивался с полным незнанием того, что тогда произошло".

"И я все еще не могу этому поверить... Вы, наверное, знаете, что я 16 лет не мог подписать своим именем эти фотографии".

"И я все еще не могу этому поверить... Вы, наверное, знаете, что я 16 лет не мог подписать своим именем эти фотографии".

Наталья Горбаневская, участница "демонстрации семерых" 25 августа 1968 на Красной площади: "Наша демонстрация просто стала знаменитой. На самом деле, по всему Советскому Союзу были люди, которые так или иначе протестовали. Люди, которые протестовали в одиночку, что, в общем, пострашнее. Люди, которые сели в тюрьмы, в лагеря."

Наталья Горбаневская, участница "демонстрации семерых" 25 августа 1968 на Красной площади: "Наша демонстрация просто стала знаменитой. На самом деле, по всему Советскому Союзу были люди, которые так или иначе протестовали. Люди, которые протестовали в одиночку, что, в общем, пострашнее. Люди, которые сели в тюрьмы, в лагеря."

Чрезвычайный и Полномочный Посол Чешской Республики в Российской Федерации  Петр Коларж: "Я был в возрасте шести лет. Я помню, когда бабушка и дедушка - это было в Остраве, в Северной Моравии - одной ночью меня разбудили, и мы сидели и смотрели на танки. И они плакали"

Чрезвычайный и Полномочный Посол Чешской Республики в Российской Федерации Петр Коларж: "Я был в возрасте шести лет. Я помню, когда бабушка и дедушка - это было в Остраве, в Северной Моравии - одной ночью меня разбудили, и мы сидели и смотрели на танки. И они плакали"

"Для меня есть одна важная вещь. И думаю, вы это поймете по этой выставке - что там нет ненависти. Нет ненависти к вашему народу и особенно нет ненависти к тем молодым солдатам, кто пришел в Чехословакию".

"Для меня есть одна важная вещь. И думаю, вы это поймете по этой выставке - что там нет ненависти. Нет ненависти к вашему народу и особенно нет ненависти к тем молодым солдатам, кто пришел в Чехословакию".

"Есть 5 или 10 фотографий, которые я считаю достаточно хорошими ... Это те фотографии, где неважно, кто этот солдат с оружием – поляк он, венгр, или он советский солдат, или он чех. Важно другое - что у одного есть оружие, а у другого оружия нет".

"Есть 5 или 10 фотографий, которые я считаю достаточно хорошими ... Это те фотографии, где неважно, кто этот солдат с оружием – поляк он, венгр, или он советский солдат, или он чех. Важно другое - что у одного есть оружие, а у другого оружия нет".

"Я был бы рад, чтобы наши народы - чехи и словаки - никогда не были оккупированы, и я бы желал, чтобы большой народ России никогда в истории больше не становился народом-оккупантом".

"Я был бы рад, чтобы наши народы - чехи и словаки - никогда не были оккупированы, и я бы желал, чтобы большой народ России никогда в истории больше не становился народом-оккупантом".

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.