Грязные мифы Дети-мутанты, одиночество и мучительная смерть на откровенных снимках

23 фото

В польском городе Лодзе проходит международный фотофестиваль, темой которого в этом году стала «Человеческая природа». Выставки раскрывают тему взаимодействия человека с окружающей средой, на фото представлены последствия экологических катастроф и бесчеловечных отношений между людьми. Десятки авторов со всего мира разоблачают ужасающее влияние производства, показывая на своих снимках безобразие свалок и уничтожение вымирающих видов. Лучшие кадры — в галерее «Ленты.ру».

В середине XVIII века в горах Нижнесилезского воеводства доктор Герман Бремер обнаружил целительную силу местного микроклимата. Здесь открылся первый в мире санаторий для лечения туберкулеза, сюда съезжались больные со всей Европы. Сегодня, когда лучшее время природного спа уже прошло, горы начали привлекать не больных, а здоровых.

Матеуш Ковалик. «Все еще далеко от рая» (Still far away from paradise)

Фото: Mateusz Kowalik

В середине XVIII века в горах Нижнесилезского воеводства доктор Герман Бремер обнаружил целительную силу местного микроклимата. Здесь открылся первый в мире санаторий для лечения туберкулеза, сюда съезжались больные со всей Европы. Сегодня, когда лучшее время природного спа уже прошло, горы начали привлекать не больных, а здоровых.

Чистый свежий воздух, стрекот кузнечиков вместо шума машин, близость природы и никакого общества потребления — условия для полной тишины. Но красивые пейзажи не обязательно означают беззаботную жизнь. У людей здесь больше работы, чем обычно.

Матеуш Ковалик. «Все еще далеко от рая» (Still far away from paradise)

Фото: Mateusz Kowalik

Чистый свежий воздух, стрекот кузнечиков вместо шума машин, близость природы и никакого общества потребления — условия для полной тишины. Но красивые пейзажи не обязательно означают беззаботную жизнь. У людей здесь больше работы, чем обычно.

Местные жители дружелюбны, но их драмы порой сложнее, чем у нас. Здесь то же одиночество и тоска по родственникам, оставшимся в других регионах страны, и нет сверстников, которые дружили бы с младшим сыном.

Матеуш Ковалик — документальный фотограф, который живет в Варшаве и в своих работах изучает феномен и проблемы современного общества.

Матеуш Ковалик. «Все еще далеко от рая» (Still far away from paradise)

Фото: Mateusz Kowalik

Местные жители дружелюбны, но их драмы порой сложнее, чем у нас. Здесь то же одиночество и тоска по родственникам, оставшимся в других регионах страны, и нет сверстников, которые дружили бы с младшим сыном. Матеуш Ковалик — документальный фотограф, который живет в Варшаве и в своих работах изучает феномен и проблемы современного общества.

Последние два года Роберт Чжао Рендуи посвятил изучению цепочки последствий, вызванных присутствием человека на острове Рождества. Фотографии, научные исследования, путевые записки и документальные факты в его произведениях переплетаются с элементами выдуманного мира.

Роберт Чжао Рендуи. «Остров Рождества, естественно» (Christmas Island, Naturally)

Фото: Robert Zhao Renhui

Последние два года Роберт Чжао Рендуи посвятил изучению цепочки последствий, вызванных присутствием человека на острове Рождества. Фотографии, научные исследования, путевые записки и документальные факты в его произведениях переплетаются с элементами выдуманного мира.

Со времен первых человеческих поселений в конце XIX века экосистема острова пережила драматические изменения. Многие биологические виды вымерли, и люди, несмотря на попытки остановить экологическую катастрофу, продолжают ставить ловушки для животных и загрязнять воду.

Роберт Чжао Рендуи. «Остров Рождества, естественно» (Christmas Island, Naturally)

Фото: Robert Zhao Renhui

Со времен первых человеческих поселений в конце XIX века экосистема острова пережила драматические изменения. Многие биологические виды вымерли, и люди, несмотря на попытки остановить экологическую катастрофу, продолжают ставить ловушки для животных и загрязнять воду.

Работу над репортажем о международной биотехнологической корпорации «Монсанто» Матье Асселин начал в 2012 году, его исследование продолжалось больше пяти лет. Сотни документов и фотографий автора разоблачают бесчеловечные практики компании. Начиная с деятельности «Монсанто» в США, Асселин представляет издержки производства инсектицидов и ужасающее воздействие корпорации на экологию городов и целых регионов Среднего Запада.

Матье Асселин. «Монсанто» (Monsanto)

Фото: Mathieu Asselin

Работу над репортажем о международной биотехнологической корпорации «Монсанто» Матье Асселин начал в 2012 году, его исследование продолжалось больше пяти лет. Сотни документов и фотографий автора разоблачают бесчеловечные практики компании. Начиная с деятельности «Монсанто» в США, Асселин представляет издержки производства инсектицидов и ужасающее воздействие корпорации на экологию городов и целых регионов Среднего Запада.

Расследование Асселина касается также роли «Монсанто» во Вьетнамской войне, когда корпорация стала одним из двух крупных производителей агента «оранж» — смеси дефолиантов и гербицидов синтетического происхождения, которая применялась вооруженными силами США в рамках программы по уничтожению тропических лесов и растительности. Агент стал причиной инвалидности, генетических заболеваний и рака не менее чем у трех миллионов людей.

Матье Асселин. «Монсанто» (Monsanto)

Фото: Mathieu Asselin

Расследование Асселина касается также роли «Монсанто» во Вьетнамской войне, когда корпорация стала одним из двух крупных производителей агента «оранж» — смеси дефолиантов и гербицидов синтетического происхождения, которая применялась вооруженными силами США в рамках программы по уничтожению тропических лесов и растительности. Агент стал причиной инвалидности, генетических заболеваний и рака не менее чем у трех миллионов людей.

С помощью серии «Град», которая состоит из четырех частей, Гарретт Хансен подчеркивает тот факт, что в Америке достаточно оружия, чтобы вооружить каждого мужчину, женщину и ребенка в стране.

Гарретт Хансен. «Град» ('HAIL')

Фото: Garrett Hansen

С помощью серии «Град», которая состоит из четырех частей, Гарретт Хансен подчеркивает тот факт, что в Америке достаточно оружия, чтобы вооружить каждого мужчину, женщину и ребенка в стране.

Изображения, вошедшие в цикл «Пустота», созданы из отверстий от пуль. В цикле «Силуэты» представлены копии картонных фигур, которые используются в качестве мишеней в тирах. В третьей части серии — сами пули, собранные на стрельбищах. Последняя часть проекта называется «Мемориал». Работы этого раздела — документы, фиксирующие смерть от огнестрельных ранений.

Гарретт Хансен. «Град» ('HAIL')

Фото: Garrett Hansen

Изображения, вошедшие в цикл «Пустота», созданы из отверстий от пуль. В цикле «Силуэты» представлены копии картонных фигур, которые используются в качестве мишеней в тирах. В третьей части серии — сами пули, собранные на стрельбищах. Последняя часть проекта называется «Мемориал». Работы этого раздела — документы, фиксирующие смерть от огнестрельных ранений.

«Платформы» — серия, исследующая уникальную архитектуру нью-йоркской подземки и людей, которые через нее проходят. Платформы метро глазами пассажира с путей напротив представляют вуайеристский опыт, рассеченный архитектурой пространства.

Натан Двир. «Платформы» (Platforms)

Фото: Natan Dvir

«Платформы» — серия, исследующая уникальную архитектуру нью-йоркской подземки и людей, которые через нее проходят. Платформы метро глазами пассажира с путей напротив представляют вуайеристский опыт, рассеченный архитектурой пространства.

Фотографии Натана Двира визуально напоминают кинопленку. Колонны делят пространство на «кадры», каждый из которых рисует свою историю. Платформа становится сценой, где актеры выступают до тех пор, пока не придет поезд и не наступит следующий акт.

Натан Двир. «Платформы» (Platforms)

Фото: Natan Dvir

Фотографии Натана Двира визуально напоминают кинопленку. Колонны делят пространство на «кадры», каждый из которых рисует свою историю. Платформа становится сценой, где актеры выступают до тех пор, пока не придет поезд и не наступит следующий акт.

«Центр для живых предметов» — это исследовательский институт, основанный в 2016 году художницей Дианой Лелонек для того, чтобы собирать и популяризировать знания о новых формах жизни. Все объекты в коллекции — выброшенные предметы, использованные и больше ненужные отходы человеческого перепроизводства, ставшие средой обитания для многих живых организмов.

Диана Лелонек. «Центр для живых предметов» (Center for the Living Things)

Фото: Diana Lelonek

«Центр для живых предметов» — это исследовательский институт, основанный в 2016 году художницей Дианой Лелонек для того, чтобы собирать и популяризировать знания о новых формах жизни. Все объекты в коллекции — выброшенные предметы, использованные и больше ненужные отходы человеческого перепроизводства, ставшие средой обитания для многих живых организмов.

Все объекты были найдены на нелегальных свалках, где произошла трансгрессия отходов и растительных тканей. Эти гибриды цветов и вещей сложно классифицировать, потому что они одновременно живые и неживые.

Диана Лелонек. «Центр для живых предметов» (Center for the Living Things)

Фото: Diana Lelonek

Все объекты были найдены на нелегальных свалках, где произошла трансгрессия отходов и растительных тканей. Эти гибриды цветов и вещей сложно классифицировать, потому что они одновременно живые и неживые.

Главная тема «Состояния природы» — то, насколько защита от природных катастроф стала частью европейского пейзажа. Клаудиус Шульце проехал по Европе 50 тысяч километров, фотографируя то, что на первый взгляд кажется красивым видом. На самом деле у всех этих идиллических пейзажей есть свои недостатки: альпийские снега обезображены навесами от лавины, побережье Северного моря изрезано волноломами.

Клаудиус Шульце. «Состояние природы» (State of Nature)

Фото: Claudius Schulze

Главная тема «Состояния природы» — то, насколько защита от природных катастроф стала частью европейского пейзажа. Клаудиус Шульце проехал по Европе 50 тысяч километров, фотографируя то, что на первый взгляд кажется красивым видом. На самом деле у всех этих идиллических пейзажей есть свои недостатки: альпийские снега обезображены навесами от лавины, побережье Северного моря изрезано волноломами.

Протагонистами фотосерии стали члены меньшинств, которые родились, выросли и получили образование в Германии. Изображения исследуют социальную пропасть, созданную предрассудками и стереотипами.

Александра Полина. «Маски, мифы и субъекты» (Masks, Myths and Subjects)

Фото: Alexandra Polina

Протагонистами фотосерии стали члены меньшинств, которые родились, выросли и получили образование в Германии. Изображения исследуют социальную пропасть, созданную предрассудками и стереотипами.

В результате получился коллаж из индивидуальных историй, отвечающий на один вопрос: каково это, когда в родной стране тебя принимают как чужого из-за твоего внешнего вида.

Александра Полина. «Маски, мифы и субъекты» (Masks, Myths and Subjects)

Фото: Alexandra Polina

В результате получился коллаж из индивидуальных историй, отвечающий на один вопрос: каково это, когда в родной стране тебя принимают как чужого из-за твоего внешнего вида.

Проект Фаршида Тигехсаза посвящен страхам и последствиям Исламской революции в Иране, а также влиянию восьми лет войны, которая будет отдаваться эхом на протяжении жизни многих будущих поколений.

Фаршид Тигехсаз. «Из лабиринта» (From Labyrinth)

Фото: Farshid Tighehsaz

Проект Фаршида Тигехсаза посвящен страхам и последствиям Исламской революции в Иране, а также влиянию восьми лет войны, которая будет отдаваться эхом на протяжении жизни многих будущих поколений.

Быть молодым в Иране означает терпеть ограничения, когда религия оказывает существенное влияние на политику, искусство, культуру, экономику, образование, одежду, речь, поведение, отношения и жизнь.

Фаршид Тигехсаз. «Из лабиринта» (From Labyrinth)

Фото: Farshid Tighehsaz

Быть молодым в Иране означает терпеть ограничения, когда религия оказывает существенное влияние на политику, искусство, культуру, экономику, образование, одежду, речь, поведение, отношения и жизнь.

Как часто говорят друзья фотографа, «мы поколение после революции и после войны». Отпечаток этих событий всегда будет ощущаться на их жизнях. В этом проекте фотограф ищет доказательства растущего отчаяния его поколения.

Фаршид Тигехсаз. «Из лабиринта» (From Labyrinth)

Фото: Farshid Tighehsaz

Как часто говорят друзья фотографа, «мы поколение после революции и после войны». Отпечаток этих событий всегда будет ощущаться на их жизнях. В этом проекте фотограф ищет доказательства растущего отчаяния его поколения.

Джон Маклин посетил 25 городов и деревень по всему миру, изучая среду, в которой росли повлиявшие на него художники: Василий Кандинский, Джеймс Таррелл, Рэйчел Уайтрид, Уильям Эглстон, Габриель Ороско, Роберт Франк, Ли Миллер и Бриджет Райли.

Джон Маклин. «Родные города» (Hometowns)

Фото: John MacLean

Джон Маклин посетил 25 городов и деревень по всему миру, изучая среду, в которой росли повлиявшие на него художники: Василий Кандинский, Джеймс Таррелл, Рэйчел Уайтрид, Уильям Эглстон, Габриель Ороско, Роберт Франк, Ли Миллер и Бриджет Райли.

«Родные города» — фотооммаж из 65 кадров, прослеживающий истоки творчества каждого деятеля. Маклин признает «тревогу влияния», раскрывая пути, которые связывают его личный опыт с опытом его героев.

Джон Маклин. «Родные города» (Hometowns)

Фото: John MacLean

«Родные города» — фотооммаж из 65 кадров, прослеживающий истоки творчества каждого деятеля. Маклин признает «тревогу влияния», раскрывая пути, которые связывают его личный опыт с опытом его героев.

Проект запечатлел особое меньшинство — альбиносов, которые сталкиваются с дискриминацией из-за своего внешнего вида. В целом работы ставят под вопрос то, как люди строят свою реальность, и то, как рождаются предрассудки.

Миия Аутио. «Оттенки белого» (Variation of White)

Фото: Miia Autio

Проект запечатлел особое меньшинство — альбиносов, которые сталкиваются с дискриминацией из-за своего внешнего вида. В целом работы ставят под вопрос то, как люди строят свою реальность, и то, как рождаются предрассудки.

Дворец Наций в Женеве — европейская штаб-квартира ООН. В здании осталось много вещей, которые возвращают посетителя в прошлое, в 1930-е или 1970-е. В 2023 году здание впервые будет полностью обновлено и, скорее всего, лишится элементов «авторитарного» декора.

Франсуа Вермо. «Дворец Наций» (Palais des Nations)

Фото: François Vermot

Дворец Наций в Женеве — европейская штаб-квартира ООН. В здании осталось много вещей, которые возвращают посетителя в прошлое, в 1930-е или 1970-е. В 2023 году здание впервые будет полностью обновлено и, скорее всего, лишится элементов «авторитарного» декора.

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.
Бонусы за ваши реакции на Lenta.ru
Как это работает?
Читайте
Погружайтесь в увлекательные статьи, новости и материалы на Lenta.ru
Оценивайте
Выражайте свои эмоции к материалам с помощью реакций
Получайте бонусы
Накапливайте их и обменивайте на скидки до 99%
Узнать больше