Новости партнеров

Palme d'Or 2004 — "Убить Квентина"

Тарантино затмил собой все официальные мероприятия и лидеров Каннского фестиваля

"Я превратился в имя прилагательное раньше, чем предполагал". (К. Тарантино)

Можно сколько угодно спорить о достоинствах европейской школы кино и ее отличиях от азиатской. Можно выпить бесчисленное количество спиртного, пытаясь обосновать "само собой разумеющееся" превосходство мятущейся европейской киномысли над прилизанной и кастрированной американской. Можно, в конце концов, дойти до умопомрачения и признать, что "Троя" Вольфганга Петерсена - это почти "Бен Гур", а документалист Майкл Мур - агент Демократической партии США. Но все это не отразит главной интриги Каннского фестиваля образца 2004 года. Пожалуй впервые, несмотря на необычайно разнообразные и действительно качественные фильмы, претендующие на Пальмовую ветвь, внимание публики отвлекает другое - одиозная фигура главного судьи фестиваля, Квентина Тарантино.

Действительно, какой нормальный человек может всерьез раздумывать над дилеммой: получит ли золотую пальму фильм китайского режиссера с мучительным именем Вонг Кар-Вай, или ее отдадут латиноамериканцу Вальтеру Саллесу за биографический эпик о юном Че Геваре.... В этом месте особенно ретивым киноманам надо взять паузу, выпить валерьянки и, набрав побольше воздуха, выдохнуть: "А Кустурица?!".... Да, конечно, Кустурица. Да, две каннские пальмы 1985 и 1995 года выпуска дают ему полное право на откровение в стиле "как я ненавижу Голливуд". Да, в его родном Сараево в честь его 50-летия, которое, кстати, будет отмечаться в ноябре, его могут отлить из бронзы даже в конном варианте и водрузить на главной площади. Но произнесите его имя в российской провинции, и единственная ассоциация, возникшая у тамошнего жителя, будет связана с Джорджем Бушем и то лишь после того, как кинозритель вспомнит, что Буш переводится как Кустарник.

С Тарантино все иначе. Это уже бренд не требующий никаких комментариев. Вроде Гагарина, Кеннеди или автомата Калашникова. Свой для всех. Как для братвы всех мастей и цветов кожи, старающейся походить на героев его фильмов, так и для рефлексирующей русской интеллигенции, умиляющейся от того, как изящно и смешно, оказывается, можно снести голову самурайским мечом или выстрелом из пистолета 45-го калибра.

Чем руководствовались организаторы фестиваля, пригласив на столь ответственный пост именно Тарантино, остается загадкой, однако совершенно очевидно, что с точки зрения маркетинга решение безупречно, ибо оно привлекло внимания больше, нежели солидный десант голливудских звезд на красную ковровую дорожку. Ежегодному каннскому действу требовалась некая живительная встряска, что было совершенно невозможно в годы царствования уважаемых, но слегка нафталиновых Дэвида Линча или Мартина Скорсезе.

Именно присутствие Тарантино делало практически невозможными любые прогнозы относительно победителей, и, возможно, именно поэтому был изменен устоявшийся десятилетиями график фестиваля: впервые Пальмовая ветвь вручается не в последнее воскресенье, а в субботу, и впервые большому жюри предстояло аргументировать свой выбор на специальной пресс-конференции. Злые языки утверждают, что перенос торжественной церемонии объясняется вполне прозаически: к вечеру последнего дня, дескать, многих персонажей уже можно только тихо отнести на шинельке в отель "Ритц-Карлтон", до вручения пальмы доживают сильнейшие и заинтересованные. Однако будем верить в хорошее - мужчинам хочется послушать байку в неповторимом тарантиновском стиле, женщинам с торжеством оценить увядающую красоту еще одной строгой присяжной, Эммануэлль Беар, и всем вместе впасть в летаргический сон при виде некогда блистательной Кэтлин Тернер.

La Commune

Фестиваль начался во вполне тарантиновском стиле. Беспорядки, которые устроили в городе бастующие актеры-почасовики, едва не стали Парижской коммуной и не сорвали сам кинофорум в принципе. Столкновения с полицией на Круазетт, захват и драматическая осада киноцентра "Звезда", угроза блокировать все кинотеатры, где будут проходить конкурсные просмотры. Десятки раненых, разбитые витрины и Майкл Мур вызвавший восхищение демонстрантов сакраментальной фразой "Каждый человек имеет право на работу". Однако профсоюзным боссам так и не удалось стать новыми коммунарами, чему в немалой степени способствовали умелые действия специальных отрядов жандармерии и посулы хозяев фестиваля сесть за стол переговоров сразу после его завершения.

Allie

Что касается сослуживцев Тарантино по голливудскому цеху, то их в этом году прибыло до отвращения много: Том Хэнкс, Брэд Питт, Дженнифер Анистон, Эрик Бана, Орландо Блум, Майк Майерс, Антонио Бандерас, Эдди Мерфи, Кэмерон Диаз и, конечно же, открытие последнего "Оскара" София Коппола. С талантливой дочерью мистера Фрэнсиса Форда Копполы Тарантино связывают не только "дружеские" отношения, но далеко идущие "творческие" планы.

Среди перечисленных деятелей культуры особо стоит выделить четверку - Диаз, Мерфи, Майерс, Бандерас. Хотя бы потому, что они привезли в Канны один из самых ожидаемых фильмов года - "Шрек 2". Событие это тем более примечательное, что история о зеленом людоеде стала пока единственным сиквелом, включенным в конкурсную программу фестиваля. В 2001 году за золотую пальму боролась первая часть шедевра кинокомпании Dream Works. Рассчитывать на серьезные награды Шреку явно не приходится, но толпы зрителей, штурмовавшие кинотеатр в день официальной премьеры, и признание в любви от имени хозяина фестиваля Тьерри Фремо многого стоят.

Троица - Блум, Питт, Бана, кроме восторгов женской аудитории, собравшейся у кромки красного ковра, вряд ли стоит детального упоминания. Их общий фильм "Троя" в изложении Вольфганга Петерсена, безусловно, разделит аудиторию на яростных критиков, осуждающих попрание оригинального гомеровского текста, и восторженных поклонников, подкупленных динамизмом, масштабом и хорошей актерской игрой. Фильм вернет потраченные на него 160 с лишним миллионов долларов, но, наверняка, не войдет в золотую коллекцию шедевров мировой кинематографии.

Том Хэнкс остается Томом Хэнксом. Не совсем удачный, по мнению критиков, фильм братьев Коэнов, в котором он исполнил роль виртуозного грабителя, ничего не убавит, но и не добавит к его репутации теневого директора Голливуда и одного из самых титулованных актеров современности.

Distribuer des recompenses

И все же. Не упомянуть несколько поблекших на фоне Тарантино номинантов, шансы которых оценивались особенно высоко, было бы, по крайней мере, невежливо. Тем более, что столь любимая режиссером азиатская школа, очевидно, смогла потеснить маститую европейскую, да и американскую тоже.

Прежде всего, речь шла о картине уже упоминавшегося всуе китайца Вонга Кар-Вая - "2046". Практически все критики сходились во мнении, что фильм, монтаж которого закончился уже после старта фестиваля, не имеет реальных конкурентов. Кроме него, вполне достойно смотрелись творения корейского режиссера Пак Чен Вука ("Старик") и японца Хирокадзу Кориэды - ("Никто не знает"). Рассматривались также и кандидатуры француженки Аньес Жауи ("Как на картинке") и бразильского режиссера Вальтера Саллеса ("Дневник мотоциклиста"), но лишь до премьеры "2046". Кустурица отступил еще раньше. Приз за лучшую женскую роль прочили китайской актрисе Гун Ли, сыгравшей у Кар-Вая, за лучшую мужскую - мексиканскому актеру Гаэлю Гарсиа Берналю, воплотившему на экране образ молодого Че Гевары в "Дневнике мотоциклиста".

Однако первый весомый приз удалось все же "отхватить" самому Тарантино. Французский министр культуры Рено Доннедье де Вабр лично прибыл в Канны, чтобы торжественно вручить ему орден офицера изящных искусств и литературы. Новоявленный офицер-орденоносец был столь растроган, что "впервые не нашел слов, чтобы выразить свои чувства".

Palme d'Or 2004

Тарантино не был бы Тарантино, если бы не устроил маленькую революцию даже в таком, казалось бы тривиальном для него деле. Вечером 22 мая присяжные во главе с ним преподнесли ожидавшийся, но, тем не менее, большой человеческий сюрприз.

Ни один из явных фаворитов фестиваля не был удостоен награды. Впервые за последние 50 лет Пальмовую ветвь получила документальная лента слегка поднадоевшего своими политическими откровениями Майкла Мура. Все те же злые языки тут же предположили, что это решение - реверанс Тарантино в сторону бунтарской кинокомпании Miramax, у истоков могущества которой стоял он сам. Именно Miramax выпустила почти все фильмы самого Тарантино и во многом благодаря ему она теперь может так вольно обращаться со своим хозяином - компанией Walt Disney, выпуская в прокат фильмы, которые вызывают приступ желудочных колик у добропорядочных диснеевских боссов. Но злые языки, скорее всего, не правы. Обладая сомнительной культурной ценностью, "Фаренгейт 9/11", безусловно, является одним из самых заметных кинособытий сезона. Вероятнее всего, мы стали свидетелями некоего "бунта на корабле". Каннские присяжные решили облегчить нелегкую прокатную судьбу картины в США. Американской администрации, равно как и администрации Disney, будет теперь крайне затруднительно препятствовать выходу на большие экраны обладателя Золотой Пальмы.

Кроме этого Муру была вручена и еще одна почетная награда. Его картина удостоилась премии Международной федерации кинокритиков (FIPRESCI).

Гран-при фестиваля получила корейская картина "Старик", которая хоть и была благосклонно встречена критикой, не фигурировала даже в первой пятерке основных претендентов. Приз за лучшую женскую роль достался китаянке Мегги Чонг за фильм "Чистая", лучшим актером признан японец Ягира Уйяа, сыгравший в фильме "Никто не знает". Приз за режиссуру был вручен Тони Гатлифу за фильм "Изгнанники". Лучший сценарий присяжные обнаружили во французском фильме "Как на картинке". Награду получили Аньес Жауи и Жан-Пьер Бакри.

Таким образом, Тарантино в очередной раз подтвердил свою репутацию человека неуправляемого, непредсказуемого, тонко чувствующего настроение публики, но не упускающего шанса разрушить какой-нибудь особенно устойчивый стереотип. Да здравствует азиатское кино!

Amour de la patrie

Что касается российского кинематографа, то в этом году ему осталось лишь порадоваться за Никиту Сергеевича Михалкова, удостоенного чести возглавить жюри короткометражных фильмов. Любители интриг и кулуарных сплетен заранее потирали руки: "заклятые друзья" снова встретились! Ведь именно Тарантино с его "Криминальным чтивом" ровно десять лет назад вырвал из державных рук Никиты Сергеевича Пальмовую ветвь. И вновь он оказался "выше" в судейской иерархии. Но встреча титанов прошла на удивление мирно, если не сказать душевно. По признанию Никиты Сергеевича, Тарантино поцеловал ему руку. Разве могло быть иначе?! "Я вижу, - прокомментировал Михалков, - он может и Чехова ставить, и Тургенева, и Достоевского". После такой похвалы председатель главного каннского жюри может с чистой совестью считать свою творческую карьеру полностью реализованной.

Единственным призом, доставшимся российской продукции, стала награда в номинации "Открытие". Премия жюри присуждена ленте Михаила Калатозова "Я, Куба". Эта картина была восстановлена по архивным материалам два года назад и впервые была показана в полной версии на прошлом Каннском фестивале. В этот раз премия "Открытие" присуждена за цифровую версию фильма, вышедшую на DVD диске.

По утверждению отечественной прессы, заметным событием последнего дня показа фильмов официальной программы стала демонстрация документальной ленты Георгия Параджанова "Я умер в детстве" о выдающемся режиссере Сергее Параджанове. Однако заметным это событие можно считать лишь либо обладая чрезмерной самовлюбленностью, либо пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре. Фильм племянника Параджанова о своем дяде, основанный на документальных материалах, наглядно продемонстрировал только одно - сколь драматична была в Советском Союзе судьба творца с нетрадиционной сексуальной ориентацией.

A la fin

Скорее всего, организаторы Каннского фестиваля больше никогда не позовут в судьи Квентина Тарантино. При всей его несомненной коммерческой привлекательности и мефистофелевской внешности никому не нужен человек, способный если не разозлить, то огорчить вождей на американском Капитолийском холме. Того и глядишь, в Вашингтоне снова начнут переименовывать картофель фри и с рыданиями отказываться от употребления французских вин. Однако все остальные Homo, которые хоть немного Sapiens, отправятся в скором времени в ближайшие кинотеатры, чтобы уточнить, каким именно способом Черная Мамба расправится c несчастным Биллом, или просто возьмут с полки DVD, чтобы увидеть Винсента Вега и услышать Girl You'll Be A Woman Soon.

Андрей Воронцов

Другие материалы