Французские талибы бесследно исчезли

Практикуемые во Франции методы борьбы с терроризмом не всегда находят понимание даже у союзников

Американская газета The Washington Post опубликовала во вторник href=" http://www.washingtonpost.com/ac2/wp-dyn/A17082-2004Nov1?language=printer" target="_blank"> обширный комментарий , посвященный принятой во Франции практике борьбы с терроризмом. Причиной появления этого материала стала судьба четырех французских граждан, освобожденных минувшим летом из американской военной тюрьмы на военной базе Гуантанамо. По прибытию во Францию эти люди были арестованы, об их дальшейшей судьбе никакой информации нет. Между тем, по французским законам, они могут находиться в заключении до трех лет, пока власти решат, стоит их судить или нет.

В Испании, Великобритании или Дании талибы - граждане этих стран, освобожденные из заключения в тюрьме на военной базе Гуантанамо, - подробно рассказывают о мучениях, которые им пришлось пережить в узилище. Правительство Швеции готово помочь "своему" узнику Гуантанамо организовать юридическое преследование американских властей за причиненный ему ущерб.

Во Франции же ситуация кардинально иная. Эта страна имеет самое строгое антитеррористическое законодательство среди европейских государств. Оно позволяет властям проводить агрессивную политику по отношению ко всем лицам, которые, по мнению властей, представляют террористическую угрозу. В то время как другие страны Запада пытаются соблюдать баланс между безопасностью страны и соблюдением прав своих граждан, Франция совершает действия, которые в США да и во многих других странах сочли бы если не противозаконными, то как минимум противоречивыми.

Например, французы без долгих раздумий выслали из страны десятки исламистов, в том числе имама, утверждавшего, что мусульмане не участвовали в терактах 11 сентября 2001 года в США. Вообще французские борцы с терроризмом убеждены, что именно превентивные удары позволяют им предотвращать теракты и препятствовать образованию террористических сетей в стране. Они активно пользуются услугами информаторов, которые помогли сорвать нападения на посольство США в Париже, французские туристические объекты на острове Реюньон в Индийском океане и на другие цели. Спецслужбы практикуют аресты подозреваемых и принуждают их становиться информаторами. Они активно используют внедрение арабоговорящих агентов в радикальные исламистские группы. Законодательство страны позволяет подолгу допрашивать подозреваемых в терроризме в отсутствие адвоката.

Французы убеждены, что в стране под прикрытием ислама идет пропаганда жестокости и непримиримости. "Это реальность, и с этим надо бороться всеми средствами", - считает министр внутренних дел Франции Доминик де Вильпен.

По данным The Washington Post, французы берут на себя неблагодарный труд разбираться с "чужими" подозреваемыми, если в странах, где они живут, законодательство к ним излишне снисходительно. Нужны лишь минимальные юридические зацепки.

Например, гражданин Германии Кристиан Ганчарски, подозреваемый в принадлежности к "Аль-Каеде" и участии в теракте на тунисском острове Джерба в апреле 2002 года (там в результате взрыва синагоги погиб 21 человек, в том числе граждане Германии и Франции), был выдан Саудовской Аравией именно Франции, поскольку по германскому законодательству для заключения его под стражу не хватало доказательств. Ганчарски сидит уже семнадцать месяцев. Известны и другие случаи. Отметим также, что последние теракты во Франции, связанные с человеческими жертвами, имели место в 1996 году.

Почему же Франция ведет себя именно так, а не как другие страны Запада?

Ответ прост. Дело не в "наследии наполеоновских времен", а в стремлении победить террор, с которым Франция столкнулась раньше своих европейских соседей. Сначала это был террор политический, затем террор левацкий, а в восьмидесятые и девяностые годы - террор исламистский. Причем это был терроризм в таких масштабах и формах, с которыми в Европе, кроме французов, не сталкивался никто.

Борьба с ОАС

Потеря африканской колонии Алжир в начале шестидесятых годов вызвала во Франции волну националистических выступлений. В армейской среде зрел заговор против президента страны, генерала Шарля де Голля, которого враги независимого Алжира считали главным виновником происшедшего.

В 1960 году под давлением Национального фронта освобождения Алжира, развернувшего вооруженную борьбу против колонизаторов, Франция готовилась предоставить независимость своему форпосту в Северной Африке. В начале марта 1961 года в Швейцарии в условиях конспирации состоялся съезд офицеров французской армии, спецслужб и гражданских "ультра", недовольных алжирской политикой генерала де Голля. Была создана "Секретная вооруженная организация" (ОАС), которую возглавил генерал Салан. Основным методом ее борьбы с правительством стал индивидуальный и массовый террор. Своей главной мишенью боевики ОАС избрали генерала де Голля.

ОАС распространила свою деятельность не только на Францию и Алжир. В Бельгии подпольщиками ОАС были организованы склады оружия и взрывчатки. В Италии функционировали учебные центры ОАС и изготавливались поддельные документы. Подпольная сеть ОАС существовала в Германии и Испании. К осени 1961 года в "Секретной вооруженной организации" состояло до 4 тысяч военных, сотрудников спецслужб, правых радикалов, бывших фашистов. Основные силы располагались в Алжире и опирались на так называемых "черноногих" - французов, родившихся в этой колонии.

С начала 1962 года ОАС перешла к "тотальному террору". На территории Алжира были убиты сотни людей, во Франции - совершены покушения на 9 сенаторов, 38 депутатов Национального собрания, 12 журналистов. Были убиты несколько высокопоставленных полицейских, поддерживавших де Голля. Но президент оставался непреклонен в своем решении прекратить войну. 18 марта 1962 года в Эвиане были подписаны соглашения между Францией и Алжиром о прекращении огня и основах будущих франко-алжирских отношений.

В ответ на эвианские соглашения ОАС еще больше усилила террор. По данным на 12 апреля 1962 года, только в Алжире было совершено 12290 покушений, более полутора тысяч человек убито и 4 тысячи ранено. Но после ареста Салана в "Секретной вооруженной организации" произошел раскол. Часть оставшихся на свободе руководителей ОАС выступила за заключение мира с правительством. Несмотря на продолжавшиеся эксцессы, к началу июля 1962 года последние подразделения ОАС покинули Алжир. Краху ОАС способствовала достаточно эффективная работа французских спецслужб, прежде всего по внедрению агентуры в структуры ОАС вплоть до высшего руководства, и перевербовка ее членов. Но ястребы в руководстве ОАС не собирались складывать оружие.

После признания независимости Алжира на де Голля началась настоящая охота. В мае 1961 года на шоссе под Парижем в машину президента бросили бомбу. Еще одна бомба сработала в Бурбонском дворце. В сентябре на дороге, по которой ехал президентский кортеж, взрывается очередная бомба. Во время посещения де Голлем центральных провинций Франции в мае 1962 года на президента готовится покушение с использованием снайпера. На обратном пути генерала в Париж ОАС планирует взорвать железнодорожный переезд, затем - убить де Голля из снайперской винтовки при встрече с президентом Мавритании. В июле 1962 года ОАС готовит очередное покушение, рассчитывая устроить взрыв на железной дороге или использовать собак-подрывников во время поездки президента на восток Франции.

22 августа 1962 года произошло самое громкое покушение. 15 боевиков ОАС во главе с подполковником Жаном Бастьеном-Тьери, используя информацию от агента в Елисейском дворце, на парижской улице из засады обстреляли автомобиль де Голля. Из-за ошибок террористов в автомобиль попало только шесть пуль, и никто не пострадал. Большинство участников покушения были арестованы и осуждены на длительные сроки лишения свободы, а его организатор Бастьен-Тьери расстрелян.

15 февраля 1963 года новый глава оперативного штаба ОАС Антуан Арго, соратник де Голля по "Свободной Франции", готовит очередное покушение. Террорист Жорж Ваттен должен был выстрелить в президента из снайперской винтовки с крыши военной академии. У входа в академию на Марсовом поле планировалось выступление де Голля. Но один из охранников академии, участвовавший в заговоре, рассказал обо всем полиции. Трое организаторов покушения были арестованы. Ваттен, заочно приговоренный к смерти, бежал в Швейцарию. Швейцарская полиция не стала выдавать террориста Франции, а выслала его в Испанию, откуда тот уехал в Южную Америку. Умер Ваттен в Парагвае в 1994 году.

Спецслужбы по приказу де Голля организовали "охоту на охотников". Часть руководителей ОАС погибла при невыясненных обстоятельствах. Другие сбежали за границу. 25 февраля 1963 года из мюнхенского отеля "Эден-Вольф" спецслужбы похитили Антуана Арго и конспиративно вывезли его на территорию Франции. Эта классическая спецоперация ознаменовала закат терроризма ОАС.

Action Direct

В конце семидесятых и восьмидесятых годах на Францию наводили ужас террористы из группы Action Direct (Прямое действие). Она была создана в 1979 году. Члены Action Direct придерживались идей коммунизма, анархизма и маоизма, симпатизировали антиимпериалистической борьбе стран третьего мира. Сначала группа занималась экспроприациями (иначе говоря - грабежами). С 1979 по 1981 годы доход от экспроприаций составил 100 миллионов франков.

Затем группа перешла к террору. На ее счету - более восьмидесяти терактов. Action Direct проводит взрывы и вооруженные нападения на объекты, символизирующие капитализм - офисы ассоциации работодателей, офисы крупных фирм. Нападениям подвергаются общественные объекты: полицейские участки, суды, военные объекты, правительственные учреждения, комитеты политических партий, профсоюзов. Action Direct осуществила 12 покушений на политических деятелей страны. В 1986-1987 годах было арестовано 20 членов группы, большинство из которых приговорены к пожизненному заключению.

Ильич Рамирес Санчес (Шакал)

Этот знаменитый террорист также попортил немало крови французским спецслужбам. В 1974 году он организовал захват посольства Франции в Нидерландах, взрыв в аптеке в Париже и убийство уругвайского военного атташе во Франции полковника Рамона Тробаля. В 1975 году Карлос лично застрелил двух французских агентов, которые расследовали дело о взрыве в аптеке. В 1981 году Шакал организовал убийство посла Франции в Ливане. В 1982-1983 годах он провел серию диверсий в различных французских городах, в результате которых тринадцать человек погибло и сто пятьдесят было ранено. Конечно, Карлос наследил во многих европейских странах и на Ближнем Востоке. Но арестовали его французские спецслужбы и осужден он был французским судом. И отбывает Ильич пожизненное заключение также во французской тюрьме.

Ближневосточный и исламский терроризм

В сентябре 1986 года Париж снова стал мишенью для террористов. В результате серии взрывов погибли 13 человек, в большинстве своем обычных людей. Бомбы и гранаты рвались в ресторанах на Елисейских Полях, у входа в знаменитый универмаг "Галери Лафайетт". По различным данным, теракты организовали спецслужбы Сирии и Ирана.

Еще одну волну терактов принесло во Францию в 90-х годах обострение противостояния в Алжире между исламскими радикалами и правительством, опиравшимся на армию, которому, по мнению исламистов, Париж оказывал политическую и военную поддержку. Самой впечатляющей операцией этого времени стал захват самолета авиакомпании "Эр Франс" в декабре 1994 года исламистами, собиравшимися, как потом выяснило следствие, направить его на Эйфелеву башню. Если бы отряд французских спецслужб, организовавших в Марселе успешный штурм захваченного самолета, не сорвал этот план, то патент на превращение гражданских лайнеров в летающие бомбы принадлежал бы не "Аль-Каеде" и бин Ладену, а алжирским террористам-самоубийцам.

За захватом самолета последовали и другие теракты, организованные уже не залетными, а собственными исламистами-радикалами, и не в небе, а на земле. В сентябре 1995 года взорвалась начиненная динамитом машина на парижской улице перед еврейской школой. Затем последовала целая серия терактов в парижской подземке на станциях "Бульвар Сен-Мишель", "Музей Орсэ" и "Порт-Руаяль".

Основываясь на своем богатом опыте, французы поняли, что нынешние исламисты - это совсем не то, с чем Европа сталкивалась до сих пор. Спецслужбы Франции начали борьбу с исламистским подпольем задолго до 11 сентября 2001 года. Они пришли к выводу, что "Аль-Каеда" представляет собой лишь ядро организации, базирующейся на территории Афганистана и Пакистана, отчасти в Саудовской Аравии и Йемене. Никаких особых структур во Франции у нее не было, но в этой стране существовало мощное исламское подполье, которое в основном состояло из уроженцев стран Северной Африки: алжирцев, марокканцев, тунисцев.

У этого подполья, состоявшего из многочисленных групп, не было прямой организационной связи с "Аль-Каедой". Они лишь имели с ней общую цель. Эти отдельные ячейки были лишены единого командования, иерархии, оставались почти полностью автономными, действовали без связи друг с другом, опираясь лишь на контакты с базами в Афганистане и Пакистане. Отдельные группы этого подполья постоянно меняли форму, состав, цели для нападений. Одни члены в группе обеспечивали финансирование, другие готовили поддельные документы, третьи приобретали взрывчатку, четвертые непосредственно осуществляли теракты. Каждая группа получала материальную поддержку из единого центра, от "Аль-Каеды", но сама выбирала время и место предполагаемого удара. Выявить и обезвредить такую сеть крайне сложно.

По мнению Жана-Луи Брюгьера, члена Суда высшей инстанции, координатора всех расследований, связанных с борьбой против международного терроризма на территории Франции, переговоры - подобные тем, которые ведутся, например, с Ирландской Республиканской Армией или с палестинскими террористическими организациями, - с "Аль-Каедой" невозможны. Фанатики из "Аль-Каеды" ведут с Западом тотальную войну на уничтожение. Они исходят из определенных теологических концепций, представляющих мир ареной борьбы добра и зла, где зло - это все, кто не привержен исламу.

На такой базе никакие переговоры невозможны. В этом - кардинальное отличие групп, входящих в "Аль-Каеду", от организаций типа баскской ЭТА, ирландской ИРА или даже палестинских террористов. Все они добиваются того или иного политического решения проблем своих народов. Идеология же "Аль-Каеды" - это религиозная философия, далекая от всякого реализма. Она построена на принципе предопределения. Поэтому единственный способ решения проблемы "Аль-Каеды" - использование силы. Эти люди понимают только этот язык. Вести с ними какие бы то ни было переговоры бессмысленно.

Михаил Витебский

Другие материалы
Мир00:01Сегодня

Американский папа

Этот человек сделал Корею другом США. Он был страшнее Ким Ир Сена