Новости партнеров

Последний оптимист Колумбии

80 лет Габриелю Гарсиа Маркесу

6 марта 2007 года Габриелю Гарсиа Маркесу, колумбийскому писателю, лауреату Нобелевской премии по литературе исполняется 80 лет. Хотя автор "Ста лет одиночества" и "Полковнику никто не пишет" отложил перо два года назад, его книги по-прежнему вызывают живейший интерес, а влияние Габо, как его называют друзья, на общественное мнение в Латинской Америке трудно переоценить.

Маркес родился в 1927 году в небольшом городе Аракатака, центре банановой провинции. Раннее детство он провел с дедушкой, бабушкой и тетей. Все трое были прирожденными рассказчиками и знатоками местного фольклора, любовь к которому Маркес унаследовал в полной мере. В девять лет его забрали к себе родители: отец будущего писателя был странствующим гомеопатом. Кстати, бурная история любви отца и матери Габо послужила основой для его позднего романа "Любовь во время чумы".

Пятнадцатилетним подростком Габо был отправлен в интернат, расположенный недалеко от Боготы: отец хотел, чтобы сын получил хорошее образование и подготовился к университету. Там Габриель открыл в себе способности и страсть к писательству. В студенческие годы Маркес изучал право в университетах Боготы и Картахены. Впрочем, журналистика влекла его больше, чем юриспруденция, и он бросил учебу, чтобы стать репортером. Он переехал из Картахены в Баранкилью, поселился в комнатке при борделе и начал работать в газете. О "грустных шлюхах", встреченных им в юности в этом портовом мегаполисе на берегу большой реки Магдалена, он никогда не забывал.

В 1954 году молодой журналист вернулся в столицу, чтобы работать в газете El Espectador. Колумбия в это время была погружена в полномасштабную гражданскую войну. Маркес сблизился с местными коммунистами, но их лидер посоветовал молодому человеку не подвергать себя опасности, если он не собирается вступать в партию (вот такой местный вариант отношений Пушкина и кружка "Зеленая лампа"). Габо послушался и перестал посещать подпольные собрания, но левых деятелей латиноамериканского розлива продолжал всячески поддерживать.

В середине 1950-х редакция El Espectador отправила Маркеса в Европу в качестве корреспондента, и он прекрасно провел время в Париже и Риме, попутешествовал по Восточной Европе, посетил СССР и в пятнадцатый раз переписал роман "Осень патриарха". Дебютная повесть Маркеса "Палая листва" была уже опубликована, но прошла почти незамеченной. Издание "Осени" он отложил на семнадцать лет.

В начале 1960-х Габо подружился с аргентинским журналистом Хорхе Рикардо Масетти, протеже Че Гевары, и стал корреспондентом кубинского агентства Prensa Latina. Благодаря этой работе Маркес получил возможность работать в Нью-Йорке. Заодно он смог отправиться в путешествие по югу США, чтобы своими глазами увидеть Йокнапатофу - несуществующий на карте край, единственным владельцем которого был и остается Уильям Фолкнер. Свой собственный вымышленный мир - Макондо и окрестности - Маркес создал после этой поучительной поездки. В 1966 году, чтобы отправить рукопись "Ста лет одиночества" своему аргентинскому издателю по почте, Мерседес, жена Габо, отнесла в ломбард фен и нагреватель: у Маркесов совсем не было денег. Пробный восьмитысячный тираж романа разошелся в Буэнос-Айресе за неделю. Латиноамериканская критика единодушно назвала книгу шедевром, и последующий успех "Ста лет" в испаноязычных странах оказался оглушительным. 39-летний писатель вознесся на вершину литературного Олимпа и стал самым знаменитым уроженцем Колумбии (последним ее оптимистом, как он любил себя называть). К 1982 году, когда Маркес получил Нобелевскую премию, роман был переведен на два десятка языков, а к 2007-му - на тридцать.

В семидесятые Маркес немало времени провел на Кубе, где подружился с Фиделем Кастро. Отношения харизматичных писателя и политика можно считать образцом латиноамериканской непоследовательности. На словах Маркес поддерживал коммунистический режим на Острове Свободы, но одновременно содействовал обустройству политических беженцев с Кубы в США. Писателя часто упрекали в одержимости политикой, а он неизменно отвечал, что любит наблюдать, как жажда власти одолевает людей: это такая богатая почва для романов.

В восьмидесятые Маркес оставался важнейшей, панамериканского значения, фигурой культурного истэблишмента. В следующее десятилетие он публиковался все реже, но всерьез взялся поддерживать молодых журналистов. В 2002 году он выпустил долгожданную книгу мемуаров "Жить, чтобы рассказать", оговорив, что это - первый том из трех. Однако работа над второй и заключительной книгами застопорилась.

Культ Маркеса тем временем набрал силу до такой степени, что в 2004 году пираты ухитрились выкрасть рукопись его маленького (всего 104 страницы) романа "Воспоминания о моих грустных шлюхах" и издали книгу нелегально. Скандал вышел преогромный. Впрочем, и раньше вокруг Маркеса происходили трагикомические истории: так, в 2000 году перуанская газета La Republica сообщила о смерти писателя и опубликовала его прощальное стихотворение. Оно, как и новость, оказались подделкой, сфабрикованной мексиканским чревовещателем (!).

В 2006-м Маркес сделал неожиданное признание испанской газете La Vanguardia: он рассказал, что больше не в силах взяться за перо. Болезнь ли послужила тому причиной (еще в 1999 году у него диагностировали рак лимфатических узлов), или усталость, неизвестно. Возможно, он просто устал от постоянных расспросов, чем он занят. Некогда он так объяснил успех своих приемов магического реализма: "Видите ли, если сообщить, что слоны летят по небу, то люди вам точно не поверят. А вот если сказать, что летят 425 слонов, то они наверняка поднимут головы". Так что на самом деле никто не знает, забросил ли Маркес литературу. Может быть, это был удачный отвлекающий маневр.

Маркес тем временем не оставил ни политику, ни благотворительность, ни просто жизнь. Он ведь не остается подолгу в одном месте, а регулярно переезжает из одного своего дома в другой - из Картахены в Барранкилью, или в Мехико, или в Париж, или в Барселону. У этого старого человека большие крылья.

Юлия Штутина

Культура00:03Сегодня
Том Йорк

«Я страшный зануда, знаю»

Фронтмен Radiohead Том Йорк о саундтреке «Суспирии», славе и смерти жены