Новости партнеров

Выход Хосе

Испанский певец красиво попрощался с оперой

За неделю до того, как Хосе Каррерас получит британскую премию Classical Brits с формулировкой "за вклад в музыку", британская газета The Times взяла у прославленного уроженца Барселоны интервью. В нем Каррерас констатировал: с оперой покончено, он сосредоточится впредь на более легком репертуаре. Строго говоря, это - не новость: тенор давно уже не выходит на подмостки. Но та прямота и легкость, с которыми он говорит о переменах в жизни, вызывает восхищение.

Хосе Каррерасу сейчас 62 года. Он выступает на публике с 8 лет. Его изумительные вокальные данные раскрылись еще в 1970-х, а к середине 1980-х он без сомнений занимал одно из первых мест на певческом Олимпе, и так бы все оно и шло своим триумфальным чередом, если бы не лейкемия. Диагноз ему поставили в 1987 году, после того как он упал в обморок в парижской студии звукозаписи. Его шансы на выживание оценили как 1 к 10. За 10 месяцев Каррерас перенес несколько курсов лучевой терапии и химиотерапии и очень болезненные манипуляции по изъятию костного мозга и его возвращению. Дело в том, что певец, несмотря на мрачные прогнозы, не собирался проигрывать свою войну: в надежде не только выжить, но и уберечь связки, он отказался проходить эту процедуру под общим наркозом. Верил в себя не только он, но и его поклонники: за время болезни он получил 100 тысяч писем поддержки и 10 тысяч телеграмм.

Каррерас выжил, его голос сохранился, и настоящий триумф ждал его в 1988-м, когда он отправился в первое после болезни турне. Ему рукоплескали вдвое сильнее - и как великому певцу, и как мужественному человеку. Он основал фонд, который финансирует исследования лейкемии, и многие его концерты стали способом для сбора средств для фонда. Часть доходов от всех дисков Каррераса идет на эти же цели: помимо музыки и семьи (у него пятеро детей от двух браков) у певца есть очень важное дело в жизни.

Отказ от выступлений в оперных постановках, точнее от ангажементов, означает, что певец отныне будет щадить связки: на обычных концертах, которых у него бывает по 50 штук в год, он может пользоваться микрофоном. В интервью The Times Каррерас признает, что с его закалкой легкий репертуар - очень легкая добыча. В то же время он не скрывает, что для подвигов, на которые способен его старший друг Пласидо Доминго (в 2010 году тот будет петь и тенором, и баритоном), у него уже не осталось достаточно сил.

Каррерас не видит ничего зазорного в том, что он много сил уделяет легкому репертуару: в конце концов, сам великий Карузо не брезговал популярными песнями своего времени. Имя Карузо много значит для любого тенора, но для Каррераса оно звучит по-особенному. Он уверяет, что окончательно и бесповоротно решил стать певцом, когда посмотрел невероятно популярный в 1950-х фильм "Великий Карузо", главную роль в котором играл Марио Ланца.

Каррерас провел на оперной сцене без малого тридцать лет. Его дарование заметила еще в 1970-м не кто-нибудь, а Монсеррат Кабалье. Вместе с ней Каррерас выступал по крайней мере в 15 операх, и до середины 1990-х у них был общий импресарио - Карлос Кабалье, брат певицы. В 1971-м Каррерас впервые выступил в Лондоне, в 1972-м он вышел на сцену в Нью-Йорке, в Сити Опера. В тот год его сочли многообещающим певцом, а уже в 1973-м американские критики называли его лучшим голосом для итальянских партий. А ведь в это время уже в полную силу пели и Доминго, и Паваротти. До болезни Каррерас выступал в среднем 80 раз в год и иронизировал, что получал по 365 предложений: "Значит, я отказываю чуть ли 300 раз". Его одновременно звали к себе Клаудио Аббадо, Джемс Ливайн и Риккардо Мути. С ним пели все гранд-дамы оперы: Кири Те Канава, Тереза Стратас, Биргит Нильсон, Агнесс Бальтса, Фредерика фон Штаде. С Катей Риччарелли он проработал 13 лет. Судьбоносной он и по сей день почитает встречу с Гербертом фон Караяном. "Он формировал меня как кусок глины", - говорит Каррерас. Их сотрудничество длилось десять плодотворных лет.

Каррерас в компании Пласидо Доминго и Лучано Паваротти оказался самым маленьким и хрупким, к тому же самым скромным. В одной телевизионной комедии герои регулярно пытались вспомнить, как же зовут "третьего тенора". Это не совсем справедливо, потому что ставший легендарным римский концерт 1990 года "Трех теноров" - Паваротти, Каррераса, Доминго - был задуман ради Каррераса. Все средства от этого выступления пошли в его лейкемический фонд. Не будь "третьего тенора", не было бы и всего этого головокружительного оперного прорыва в мир популярной музыки.

Каррерас уверен, что уже выросло новое, блестящее поколение оперных певцов, и называет имена перуанца Хуана Диего Флореса и немца Йонаса Кауфмана. Удастся ли им стать новыми "тремя тенорами"? "Надо, чтобы они сами этого хотели, и между ними должна быть "химия". Наконец, нужен кто-то, кто возьмется собрать их вместе. Поживем, увидим", - говорит Хосе Каррерас. Ему все интересно, он никуда не ушел, мы непременно его еще услышим.