Оторвались от коллектива

Узбекистан и Белоруссия дистанцировались от армии ОДКБ

В выходные НАТО получило неожиданный подарок. От проекта "Коллективные силы оперативного реагирования (КСОР)", которые, по замыслу создателей, должны были стать для сил альянса как минимум равным конкурентом на пространстве бывшего СССР, отмежевались двое участников. Соглашение о создание КСОР не подписали Белоруссия и Узбекистан.

Демарш Минска и Ташкента продемонстрировал, насколько уязвимым является очередной интеграционный проект на постсоветском пространстве (в данном случае, создание совместных вооруженных сил странами ОДКБ), в условиях, когда у потенциальных участников накопилось большое количество взаимных претензий. Силы КСОР, конечно, могут быть созданы и без участия Белоруссии и Узбекистана (основную часть боевого потенциала объединенных сил в любом случае обеспечит Россия). Но эффект "нашего ответа НАТО" был бы в таком случае испорчен.

Россия, как инициатор создания "армии ОДКБ", может еще уговорить партнеров одуматься (президент РФ Дмитрий Медведев, выступая на саммите в Москве, выразил надежду, что Узбекистан и Белоруссия все же изменят свое решение). Однако в результате может получиться, что КСОР только получили отсрочку. Едва ли можно гарантировать, что в случае, если военному союзу России и более-менее лояльных ей государств придется проходить серьезную проверку на прочность (например, в случае регионального конфликта в ближнем зарубежье), один или несколько участников не решат остаться в стороне.

Коллективные силы ОДКБ планируется использовать в борьбе с терроризмом и международной преступностью (в том числе, наркобизнесом), а также локальных и региональных конфликтах. КСОР будут включать в себя военную составляющую (Россия, как сообщалось, выделит для группировки одну воздушно-десантную дивизию и одну десантно-штурмовую бригаду, по одной десантно-штурмовой бригаде выделят также Белоруссия, Казахстан и Таджикистан), а также силы специального назначения, которые будут состоять из сотрудников полиции, внутренних войск и спецслужб. По подсчетам "Независимой газеты", в объединенный военный контингент войдут 15-20 тысяч человек.

Узбекистан

К тому, чтобы отказаться от соглашения по КСОР, Узбекистан и Белоруссия пришли разными путями. Узбекистан, вступивший в ОДКБ в начале 1990-х годов, спустя несколько лет приостановил свое членство в этой организации, вернувшись только в 2006 году (процедура ратификации необходимых документов завершилась только в 2008 году). Однако в "коллектив", по сути, так и не влился.

О нежелании официального Ташкента присоединиться к проекту КСОР стало известно в начале июня. Источники "Интерфакса" сообщали, что Узбекистан не желает участвовать в объединенных силах ОДКБ на постоянной основе, а планирует только делегировать свои подразделения. Кроме того, узбекские власти (по информации того же "Интерфакса") выдвинули четыре условия: решения о применении КСОР должны приниматься только при согласии всех сторон (а не большинством голосов стран-участниц); подразделения КСОР не должны направляться в другие государства, если это противоречит национальным законодательствам; КСОР вообще не должны использоваться в конфликтах между странами ОДКБ; и, наконец, соглашение по КСОР должно вступить в силу после того, как будет ратифицировано всеми странами-участницами.

Президент Узбекистана Ислам Каримов, кстати, в отличие от своего белорусского коллеги на саммит в Москву приехал. Однако соглашение так и не подписал. Дмитрий Медведев, комментируя ситуацию, заявил, что у Узбекистана "есть ряд сомнений", и пообещал "вернуться к этой теме". Между тем, после того, что произошло в Москве, сомнения Ислама Каримова могут только усилиться.

Ему продемонстрировали, в частности, что консенсус в том, что касается коллективных сил, обязательным отнюдь не является. Соглашение было принято, несмотря на отказ двух участников его подписать (и физическое отсутствие на саммите одного из этих участников). В Белоруссии немедленно объявили документ нелегитимным, заявив, что легитимный статус он получит только после того, как с ним согласится белорусская сторона (при этом в Минске сослались как раз на то, что "основополагающим принципом ОДКБ является принцип консенсуса, который на практике гарантирует учет мнения всех без исключения членов организации"). В Москве ответили, что, мол, ничего подобного: решение, принятое на саммите "абсолютно легитимно". В российском МИДе заявили, что белорусской стороне следовало представить "официальные возражения". А без этого, дескать, все законно и справедливо.

Возможно, подобная казуистика кого-то и убедит. Скорее, впрочем, она демонстрирует, что решение, касающееся ОДКБ и КСОР, может быть принято вопреки мнению одной из стран (например, вопреки мнению Узбекистана). И те, кому это решение выгодно, без особого труда найдут оправдание.

Для Узбекистана, кстати, фоном для саммита ОДКБ стало обострение отношений с одной из участниц этой организации - Киргизией. Ташкент, напомним, выдвинул версию, согласно которой участники недавних вооруженных столкновений в Андижанской области пришли с территории соседней Киргизии. Лояльные узбекским властям СМИ заявляют даже, что киргизские власти заранее знали о готовящемся нападении и чуть ли не сами были причастны к его организации. В соответствии с версией об исходящей от Киргизии угрозе Узбекистан активно укрепляет границу (вдоль нее роются траншеи), а жители приграничных территорий отселяются вглубь страны. В подобной ситуации, в обстановке взаимного недоверия, как отмечает издание Uznews, членам ОДКБ стоило бы, скорее, заключить "договор о ненападении друг на друга".

Белоруссия

Что касается Белоруссии, то ее отказ от подписания договора по КСОР стал прямым продолжением "молочной войны" (конфликта, связанного с решением России запретить ввоз молочных продуктов из Белоруссии). В Минске этого и не скрывали. "Мы являемся свидетелями открытой экономической дискриминации со стороны одного из государств - членов ОДКБ против Беларуси по важной товарной группе, - заявил пресс-секретарь МИДа республики Андрей Попов. - Подобные действия объективно подрывают экономическую безопасность государства - члена организации, то есть основу основ комплексной безопасности".

Пресс-служба Александра Лукашенко попыталась вроде бы смягчить позицию Минска, заявив, что принципиальных возражений против КСОР у Белоруссии нет. Однако в целом заявление способствовало тому, что скандал разгорелся сильнее: в президентской пресс-службе прозрачно намекнули, что угроза безопасности Белоруссии исходит из… самой ОДКБ (а точнее от России). "Экономика служит фундаментом нашей общей безопасности. Однако если ближайший союзник Беларуси по ОДКБ пытается, вполне осознавая происходящее, уничтожить эту основу, фактически поставить белорусов на колени - как в такой ситуации можно говорить об укреплении коллективной безопасности?", - заявил официальный Минск.

Кстати, в конце прошлой недели "молочная война" вроде бы стихла. Российский премьер Владимир Путин объявил, что стороны в целом достигли соглашения: Белоруссия, по его словам, согласилась снизить поставки сухого молока, увеличив при этом поставки творога и сыра (15 июня в Минсельхозе РФ заявили, что Белоруссия пошла на еще большие уступки - якобы она готова вообще прекратить поставки сухого молока во втором и третьем кварталах 2009 года). Ясность в происходящее, очевидно, внесут переговоры по ввозу молока, которые 15 июня проходят в Москве.

Между тем надежды на завершение "торговой войны" могут быть разрушены, если Лукашенко, уже обвинявший российское правительство в саботировании договоренностей, достигнутых на высшем уровне, решит, что его опять водят за нос. Собственно, нечто подобное, по информации белорусских СМИ, и произошло накануне саммита, 13 июня. На заседании правительства президенту доложили, что "несмотря на все усилия белорусской стороны по выходу из кризисной ситуации, российская сторона демонстрирует неготовность к разрешению проблемы". После этого вылет президента в Москву был сначала отложен, а затем и вообще отменен.

В Минске уже дали понять, что готовы "воевать" дальше. В парламенте Белоруссии, который и так без конца откладывает обсуждение статуса Абхазии и Южной Осетии, пригрозили, что признания этих республик Россия может не дождаться вовсе. "Предпринимаемые Россией действия никак не способствуют принятию решения, которого она так ждет", - заявил глава парламентской комиссии по международным делам Сергей Маскевич. В свою очередь, в администрации белорусского президента, как сообщал "Интерфакс-Запад", заявили, что Лукашенко уже дал указание усилить таможенный и пограничный контроль на границе с Россией (по аналогии с тем порядком, который действует с российской стороны).

Ответные меры российской стороны могут оказаться гораздо сильнее. Не прекращая "молочную войну", российские власти могут пойти в наступление еще по двум фронтам: "газовому" (предъявить республике иск в связи с неполной оплатой газа) и "рыбному" (как сообщают "Белорусские новости" со ссылкой на источник, близкий к российскому правительству, Россия недовольна ростом экспорта рыбной продукции из Белоруссии, который мешает развитию собственной рыбоперерабатывающей отрасли). Между тем главная угроза, пусть даже и завуалированная, прозвучала из Кремля. "У нас нет особого расстройства по поводу поведения Белоруссии, - заявил "Коммерсанту" высокопоставленный сотрудник администрации президента РФ. - Видимо, кое-кому просто надоело быть президентом этой страны".

Такие вот союзники…