Последний уход Лафонтена

Немецкие "Левые" остались без лидера

Лидер немецкой партии "Левые", 66-летний Оскар Лафонтен, на состоявшемся 23 января заседании правления партии заявил, что уходит с поста председателя и отказывается от депутатского мандата в бундестаге. Причиной стала болезнь: в прошлом году у Лафонтена обнаружили рак предстательной железы, в ноябре он перенес успешную операцию, однако для возвращения в большую политику сил, видимо, уже не осталось. Оскар Лафонтен оставил за собой лишь пост председателя фракции "Левых" в ландтаге Саара: он возвратился туда, откуда начал свою блестящую, но крайне противоречивую политическую картеру в 1970 году.

Без преувеличения можно сказать, что с Лафонтеном уходит целая эпоха. Он как никто другой повлиял на немецкую политику последних десятилетий и в особенности на судьбу социал-демократической партии Германии (СДПГ), которую одно время возглавлял, а потом, хлопнув дверью, покинул, спровоцировав раскол, так и не изжитый до сих пор. Лафонтен возвращается в Саар, и не исключено, что со временем все вернется на круги своя: "Левые" и социал-демократы объединят усилия. После поражения на сентябрьских выборах в СДПГ произошли серьезные перестановки: в руководстве партии "центристов" - людей Шредера - частично потеснили представители левого крыла, среди них бывшая протеже Лафонтена Андреа Налес (Andrea Nahles), занявшая пост генерального секретаря.

Разумеется, все это из области предположений. "Левым" еще предстоит определиться с новым руководством: партия оказалась без явного лидера. Второй председатель партии Лотар Биски (Lothar Bisky) - у "Левых" их два: один от Западной другой от Восточной Германии - был избран депутатом Европарламента и вряд ли сможет одинаково продуктивно работать на европейской и национальной политической сцене. Кроме того, в январе о своей отставке заявил ответственный секретарь "Левых" Дитмар Бартч (Dietmar Bartsch), которого обвинили в отсутствии лояльности к партии. Социал-демократам также предстоит немало сделать, чтобы выработать тактику, которая помогла бы вернуть партии оригинальное лицо, стершееся за время сотрудничества с консерваторами.

Все будет по-новому, и как именно, еще неизвестно, но с учетом последних событий над СДПГ и "Левыми" все меньше будут нависать две громадные тени - Оскара Лафонтена и Герхарда Шредера. Можно сказать, что с уходом Лафонтена из федеральной политики подведена некая черта. Итоги отчасти трагичны: Лафонтен, считавшийся одно время душой и сердцем СДПГ, которого сам Вилли Брандт в 1987 году назвал своим политическим наследником, так и не вступил в наследство. Вместо него партию принял прагматик Шредер, провозгласивший "третий путь" - адаптацию традиционных социал-демократических идеалов к рыночной экономике, который постепенно привел к тому, что к 2009 году многие избиратели перестали видеть разницу между СДПГ и ХДС/ХСС.

Оскар Лафонтен, можно сказать, навсегда остался в оппозиции, сделав это своим политическим амплуа. Многие критики, в том числе Шредер, считали эту "оппозиционность", или бескомпромиссность, Лафонтена свойством его эгоцентричной, стремящейся к власти натуры, за что он даже получил прозвище "Наполеон из Саара". Все признавали Лафонтена блестящим полемистом, легко завоевывающим сторонников, однако при этом его зачастую обвиняли в демагогии, отсутствии основательности и популизме. Однако помимо личных свойств не в меньшей степени его оппозиционность объясняется политическими событиями последних трех десятилетий. Читая биографию Лафонтена, не перестаешь задаваться вопросом, какой бы стала ФРГ, окажись он у власти.

Оскар Лафонтен родился в 1943 году. Его отец, по профессии пекарь, погиб на Второй мировой войне. В 1969 году Лафонтен окончил институт, защитив диплом на тему о выращивании монокристаллов титанита бария. В 1966 году он вступил в СДПГ, а уже через два года был избран членом совета земельной организации партии, в 1977 году стал председателем саарской СДПГ и оставался на этом посту до 1996 года. С 1970 по 1975 год Лафонтен был депутатом ландтага. В 1985 году он стал первым за историю Саара премьер-министром - социал-демократом, а затем еще дважды, в 1990 и 1994 году, повторил свой успех и оставил это пост лишь в 1998-м.

В 1987 году Вилли Брандт официально предложил кандидатуру Оскара Лафонтена в качестве своего преемника на посту председателя СДПГ. Лафонтен отказался, однако стал одним из заместителей нового председателя Ханса-Йохана Фогеля (Hans-Jochen Vogel), представляя левое крыло партии. В это же время Лафонтен возглавил комиссию, занимавшуюся разработкой новой политической программы социал-демократов, которая и была принята на берлинском съезде партии в 1989 году. Среди прочего, в программе СДПГ говорилось о необходимости прилагать все усилия к делу разоружения, что в ту пору являлось очень своевременным шагом.

Стоит отметить, что Лафонтен и раньше выступал за разоружение: в частности, в конце 70-х - начале 80-х он высказался резко против так называемого "двойного решения" НАТО, которое предусматривало размещение в Европе американских ракет среднего радиуса действия "Першинг-2" и крылатых ракет, и даже потребовал выхода ФРГ из НАТО. Вместе с Эрхардом Эпплером (Erhard Eppler) он возглавил внутрипартийную оппозицию "двойному решению". В 1982 году Лафонтену и Эпплеру удалось привлечь на свою сторону большинство членов СДПГ, что привело к падению коалиционного правительства социал-демократа Гельмута Шмидта и либералов. Это событие само по себе очень примечательно, потому что показывает, что Лафонтен готов был лишить власти собственную партию ради отстаивания своих политических убеждений.

Некоторые критики уже тогда говорили, что Лафонтен как никто другой умеет обострять противоречия и разрушать единство, однако это не помешало ему стать кандидатом в канцлеры от СДПГ на выборах в бундестаг в 1990 году. Выборы 90-го года разворачивались под знаком предстоящего объединения Германии, и Лафонтен выдвинул свою концепцию этого процесса. В частности, он высказался против валютного союза ФРГ и ГДР, так как считал, что тем самым восточнонемецкая промышленность и сельское хозяйство окажутся неконкурентоспособными, что приведет к появлению миллионов безработных и ухудшит социальное положение по всей Германии. Лафонтен требовал пошагового реформирования экономики ГДР, чтобы постепенно адаптировать ее к рынку.

В целом Лафонтен, как и многие социал-демократы, полагал, что восточным немцам нужно предоставить возможность самим, без давления Запада, провести у себя политические и экономические реформы, а уже потом на равных думать об объединении. Он опирался на традицию социал-демократического интернационализма, заявляя, что национальное единство должно стать результатом, а не условием выравнивания уровня жизни. В принципе, Лафонтен считал, что в условиях европейской интеграции, когда Европа превращается в общий дом, создание единого немецкого государства может быть даже излишне, а то и вызовет ненужное беспокойство у соседей. И он еще раз дал понять, что объединенная Германия не должна быть членом НАТО, назвав подобные предложения "исторической чушью".

Сложно сказать, как прошло бы объединение Германии, если бы Оскар Лафонтен смог продолжить предвыборную борьбу. Но он не смог: 25 апреля во время предвыборного выступления в Кельне на него напала психически неуравновешенная Адельхайда Штрайдель (Adelheid Streidel) и тяжело ранила его, ударив ножом в шею и едва не повредив политику сонную артерию. За то время, пока Лафонтен выздоравливал, СДПГ отклонилась от предложенного им курса, правительство Гельмута Коля провело закон о валютном, экономическом и социальном союзе, а 20 и 21 сентября 1990 года бундестаг и бундесрат, в том числе и депутаты от СДПГ, одобрили Договор об объединении, которое официально состоялось 3 октября. Альтернативная концепция Лафонтена уже была никому не нужна, и не удивительно, что на прошедших в декабре 1990 года первых общих для ФРГ и ГДР парламентских выборах СДПГ потерпела сокрушительное поражение, набрав лишь 33,5 процента голосов.

Лафонтен остался в оппозиции. Ему удалось заблокировать в бундестаге и бундесрате несколько важных законодательных инициатив правительства Коля. Перед парламентскими выборами в бундестаг 1994 года Лафонтен вместе со Шредером и Рудольфом Шарпингом входил в так называемую "тройку" главных политических лидеров СДПГ. Потом между Шарпингом и Лафонтеном разгорелась нешуточная борьба: Шарпинг выступил за то, чтобы разрешить бундесверу участвовать в операциях НАТО за границами "зоны ответственности" Североатлантического альянса (тогда как раз разворачивалась война на Балканах), однако Лафонтен произнес на партийном съезде в Мангейме патетическую речь: в итоге в 1995 году Шарпинг был вынужден уйти с поста председателя СДПГ, а его место досталось Лафонтену.

К выборам 1998 года Оскар Лафонтен был снова на коне, однако уступил место кандидата в канцлеры Герхарду Шредеру. Причем по не очень понятным причинам. Шредер в своих мемуарах вспоминает, что Лафонтен считался звездой социал-демократов, в то время как сам Шредер слыл за сухого прагматика и технократа, "неспособного согреть душу партии". Вместе они составляли своеобразный тандем сердца и головы, но и это не объясняет в достаточной мере действия Лафонтена. Политики условились, что если Шредер выиграет выборы в Нижней Саксонии, то станет кандидатом в канцлеры. Так и произошло, однако сам Шредер считает, что Лафонтен фактически отказался от канцлерства из-за непреодолимого страха перед новым покушением.

Можно, однако, с не меньшим основанием предположить, что Лафонтен совсем не собирался отказываться от лидерства и намеревался играть первую скрипку, став в 1998 году во главе одного из ключевых министерств - министерства финансов. Постепенно в правительстве сложились два полюса власти - Шредер и Лафонтен, что фактически парализовало его работу. Положение осложнялось тем, что Герхард Шредер, следуя концепции "третьего пути", намеревался провести ряд либеральных реформ, а представляющий левое крыло Лафонтен, напротив, предлагал повысить налогообложение более состоятельных слоев общества. Прагматик Шредер прямо заявил на заседании правительства, что "управлять государством вопреки экономике нельзя" и что "так дальше продолжаться не может".

Потом из службы канцлера была организована утечка, что из-за конфликтов с Лафонтеном Шредер планирует уйти в отставку. И хотя пресс-служба все опровергла, в этом трудно было не заметить попытку давления на председателя СДПГ, а то и вовсе шантаж, ибо с уходом Шредера уходил весь кабинет. Лафонтен, вероятно, понял, что силы сложились не в его пользу. В марте 1999 году он в один день ушел сразу с поста министра, с поста председателя СДПГ, сложил свои депутатские полномочия и вернулся в Саар. Попытки Шредера связаться с Лафонтеном по телефону ничем не увенчались. Сам Лафонтен позднее, в приватном разговоре, заявил: "У меня была альтернатива убить тирана или уйти".

В дальнейшем Лафонтен, находясь во внутрипартийной оппозиции, не стеснялся критиковать социальную политику правительства, в особенности инициированную в 2003 году программу либеральных реформ "Повестка дня - 2010", за отход от социал-демократических ценностей в пользу неолиберализма. Однако его фронда приводила лишь к росту изоляции внутри партии. В 2005 году бывший преемник Вилли Брандта окончательно порвал с СДПГ, вступив в "Избирательную инициативу за труд и социальную справедливость" (WASG), которая в 2007 году, объединившись с Партией демократического социализма (ПДС) - наследницей правившей в ГДР коммунистической СЕПГ, превратилась в партию "Левые". Новая партия привлекла в свои ряды левых социал-демократов, а также оттянула часть электората СДПГ.

На нескольких состоявшихся в 2009 году земельных выборах "Левые" неожиданно для многих показали высокие результаты. В родном для Лафонтена Сааре с 2,3 процента в 2004 году "Левые" скакнули до 21,3 процента, заняв второе место. Аналогичная ситуация сложилась в Тюрингии, где на земельных выборах партия набрала 27,4 процента голосов. Успех также способствовал левым в Бранденбурге. Подъем "Левых" проходил на фоне спада популярности социал-демократов, которые ожидаемо проиграли выборы в бундестаг. Казалось, что Лафонтен наконец-то выиграл у центристов Шредера заочную борьбу за СДПГ - по крайней мере, в ФРГ стал активно обсуждаться вопрос о создании "красно-красных" правительственных коалиций на земельном уровне, а в Бранденбурге такой кабинет был сформирован. И вот на волне успеха Лафонтен вновь уходит, на этот раз из-за болезни. Так и не дождавшись обещанного наследства Брандта.

Алексей Демьянов