Кровавый Рубинчик

Бунтующие школьники привлекли внимание к новому детскому омбудсмену

Вечером 31 января двенадцать воспитанников ижевского интерната номер два перерезали себе вены. Хотя никому из детей даже не потребовалась госпитализация, им удалось привлечь к себе внимание всей России. Новый уполномоченный по правам ребенка в РФ жестко прокомментировал ситуацию и направил в Ижевск своего представителя.

В муниципальном образовательном учреждении для детей, оставшихся без попечения родителей, и детей-сирот "Школа-интернат номер два" проживают и учатся 180 несовершеннолетних. 40 из них являются круглыми сиротами, судьбы остальных также непросты. Однако даже с учетом этого атмосфера в интернате выглядит слишком неблагополучной. В 2006 году один из воспитанников выколол другому глаз шприцем, чуть позже старших воспитанников уличили в изнасиловании, совершенном прямо в здании школы. А недавно двое педагогов были осуждены за жестокое обращение с детьми, но по неизвестным прессе причинам один из них продолжил работать в интернате.

Поэтому бунт, устроенный школьниками в последнее воскресенье января, сначала не особенно удивил сотрудников интерната. Пока воспитанники били окна и ломали мебель, педагоги пытались урегулировать ситуацию своими силами. Только когда двенадцать мальчишек в возрасте от 10 до 17 лет продемонстрировали окровавленные запястья, персонал решил вызвать милицию и медиков. Детей доставили в больницу, где им оказали первую помощь и отпустили обратно в интернат. Из-за инцидента даже не стали отменять школьные занятия.

Утром 1 февраля СМИ описывали случившееся как забавную историю из мальчишеской жизни. Журналистам стало известно, что 17-летний неформальный лидер ижевских воспитанников по кличке Рубинчик (по одним данным, его зовут Артур Рубинчиков, по другим данным - Артур Рубчиков) предложил друзьям "доказать свою смелость". Для этого следовало нанести себе очень сильно кровоточащие, но в целом не опасные раны на предплечьях. Несколько воспитанников интерната смогли "показать свое мужество" самостоятельно, еще нескольким порезать вены помог сам Артур. Себе он тоже нанес несколько порезов. Обычная подростковая "шалость".

Однако уже к вечеру понедельника сообщения СМИ, посвященные инциденту, стали приобретать весьма мрачный оттенок. Было объявлено, что действия детей являлись акцией протеста против сложившейся в интернате обстановки. Чего именно добивались протестующие, точно пока не установлено. Наиболее полюбившийся журналистам вариант трактовки событий - требование отставки директора интерната Дмитрия Гаврикова. Якобы воспитанники видели именно в этом человеке виновника неблагополучия своей альма-матер. Правоохранительные органы сочли эту версию достойной внимания - Гаврикова временно отстранили от должности.

Однако газете "Комсомольская правда" стало известно, что все не так однозначно. Гавриков работает в интернате лишь с 2008 года, а до этого он возглавлял школу рукопашного боя и традиционного каратэ, где находился в очень хороших отношениях с учениками. Как стало известно журналистам, перед назначением Гаврикова интернат номер два хотели закрыть как неблагополучный, но новый директор смог спасти заведение. Каратист поставил перед собой цель навести в интернате порядок.

Таким образом, можно предположить, что если воспитанники и проявляли недовольство директором, то это недовольство было неправомерным. Проще говоря, детям не нравилось не то, что интернат неблагополучен, а то, что новый директор пытается сделать его иным. Ну а другой вариант - дети вообще бунтовали не против Гаврикова, а против чего-то еще.

В частности, в СМИ появились предположения, согласно которым воспитанники пытались добиться отставки вышеупомянутого педагога, осужденного за жестокость. К сожалению, подробностей о личности этого человека в прессе нет.

Ну а социальный педагог интерната Ольга Ашихмина в беседе с журналистами "Комсомольской правды" вообще заявила, что считает протест детей не столько "административным", сколько психологическим. По мнению педагога, причины инцидента следует искать прежде всего в психике Артура Рубинчикова.

По словам Ашихминой, Артур родился в тюрьме, его отец неизвестен. Мать мальчика умерла, когда ему было 11 лет. Когда-то Рубинчиков был токсикоманом, но ему удалось полностью избавиться от вредной привычки. В последнее время подростка ловили лишь на питье пива. Недавно он серьезно увлекся боксом и решил поступить в Удмуртский госуниверситет на факультет физической культуры. Спортивные устремления воспитанника всячески поддерживал директор интерната.

Однако через две недели Рубинчикову исполнится 18 лет. После этого он потеряет право оставаться в интернате и должен будет начать самостоятельную жизнь. По мнению Ашихминой, именно страх перед уходом из родного заведения заставил юношу устроить бунт. Педагог считает, что таким образом Артур хотел привлечь внимание прежде всего к своим проблемам.

Надо сказать, что тут он достиг успеха. По крайней мере, пока именно Рубинчиков является единственным человеком, в отношении которого после событий в интернате было возбуждено уголовное дело. Как ожидается, подростку предъявят обвинения по 116-й статье УК РФ ("Побои"). В этой статье помимо собственно побоев упоминается "совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий". Именно так следователи квалифицировали действия Рубинчикова. Статья 110 ("Доведение до самоубийства") в деле не упомянута: видимо, следователи признали, что поверхностные ранения предплечий "не тянут" даже на неудавшуюся попытку суицида.

Сам Артур утверждает, что никого ни к чему не принуждал. По его словам, решение порезать вены было принято сообща.

Интересно, что уже ко 2 февраля главным героем многих публикаций об инциденте в Ижевске стал не Рубинчиков, не директор интерната и не осужденный за жестокость педагог. На первый план в материалах СМИ начал выдвигаться Павел Астахов, недавно назначенный уполномоченным по правам ребенка при президенте РФ.

Должность детского омбудсмена федерального значения была введена президентом РФ Дмитрием Медведевым в сентябре 2009 года. Первым эту должность занял Алексей Головань, который до этого был уполномоченным по правам московских детей. Особой активностью на новом посту Головань не отличился и через четыре месяца уволился по собственному желанию. Бывший ведущий телепередачи "Час суда", адвокат Павел Астахов занял его место в конце января 2010 года. Он сразу же отметился громким заявлением, вызвавшим жаркие споры в прессе и блогосфере. Правозащитник заявил, что категорически не приемлет телесные наказания.

Происшествие в ижевском интернате стало для нового детского омбудсмена первым важным делом на этом посту. Комментируя данный инцидент перед журналистами, Астахов показал большую осведомленность в делах заведения, после чего развернуто выразил возмущение в связи с тем, что до сих пор власти обращали на проблемный интернат слишком мало внимания. Правозащитник заявил, что намерен провести независимое расследование произошедшего, и в подтверждение своих слов направил в Ижевск своего представителя.

Затем, двигаясь от частного к общему, Астахов в беседе с корреспондентом "Российской газеты" объявил о намерении создать собственный "спецназ". Проще говоря, омбудсмен пообещал в будущем оперативно высылать на помощь обиженным детям не одного сотрудника, а целую спецкоманду психологов, педагогов и юристов. Ну а под конец разговора с журналистом правительственного издания правозащитник обозначил уже совсем глобальные цели. Из его слов следовало, что отныне и впредь все должностные лица, уличенные в дурном присмотре за детьми, будут либо увольняться, либо переобучаться.

Днем 2 февраля Дмитрий Медведев обратил внимание на деятельность, которую развил его новый уполномоченный. Президент поручил Астахову вместе с Генпрокуратурой тщательно расследовать инцидент в Ижевске.

Таким образом, "кровавый демарш" юного хулигана Артура Рубинчикова привлек внимание всей страны, вплоть до президента, не только к отдельно взятому ижевскому интернату, но и к новому уполномоченному по правам ребенка и его далеко идущим планам. То, что Астахову удалось заставить всю Россию задуматься о правах детей, - это, конечно, хорошо. Настораживает только то, что случай, выбранный правозащитником для "раскрутки" темы, далеко не прозрачен. Пока еще совершенно неясно, исключительно ли пострадавшей стороной являются в данной ситуации несовершеннолетние. А ведь заботиться о детях не означает в любой ситуации автоматически вставать на их сторону и звать на помощь Генпрокуратуру. Запретить родителям телесные наказания, уволить руководство интерната по требованию воспитанников... Чего тут больше - заботы о благе подрастающего поколения или громких слов?

Татьяна Ефременко