Только важное и интересное — в нашем Twitter
Новости партнеров

Сенна

В Москве показали фильм о легендарном автогонщике

Снимать документальное кино для любого режиссера рискованно - слишком велик шанс провалиться в прокате и быть понятым лишь узким кругом специалистов. Снимать документальное кино о спортсмене рискованно вдвойне - болельщики, несомненно, заинтересуются, а вот обычный зритель, скорее всего, фильм проигнорирует. Однако британский режиссер Азиф Кападия, задумав фильм о погибшем в 1994 году бразильском чемпионе Формулы-1 Айртоне Сенне, решил рискнуть. И не прогадал.

- Многие известные люди хотели снять фильм об Айртоне Сенне, но каждый раз его семья отвечала отказом. Я думаю, все они пытались снять фильм о его смерти. Мы же хотели показать его жизнь.

Азиф Кападия, представивший свой фильм на Московском международном кинофестивале, много и с удовольствием рассказывал о том, как снимался "Сенна". После того как эта картина завоевала британский прокат (совсем недавно был побит национальный рекорд по сборам для документальных фильмов), Кападия почувствовал облегчение. Конечно, документальные фильмы об одном из самых популярных автогонщиков в истории Формулы-1 снимали и до него. Но таких, как "Сенна", еще не было.

Карьера и личная жизнь Айртона уже давно исследована вдоль и поперек. Сотни гонок, десятки тысяч интервью, сотни тысяч статей - обладая таким материалом, снять очередную версию а ля "жизнь и удивительные приключения чемпиона" кажется легкой задачей. К тому же Сенна - идеальный драматический герой. Он прожил короткую жизнь, разбившись в 34 года, но за это время завоевал не только три чемпионских титула, но и сердца болельщиков всего мира. Погибнув во время Гран-при Сан-Марино 1994 года, Сенна примирил своих фанатов и недоброжелателей - последних благодаря жесткому стилю вождения у него было не меньше, чем почитателей. Еще при жизни Айртон был автогоночной иконой. После смерти для многих, особенно в Бразилии, он стал почти богом.


Однако в этом и состоит главная проблема для любого биографа Сенны - после смерти его слишком легко идеализировать, несмотря на то, что идеалом его отнюдь не назовешь. К тому же обладая гигантским материалом, выбрать что-то новое действительно сложно. Еще сложнее не удариться в фатализм, на протяжение всего фильма шепча зрителю: "Смотрите, все указывало на то, что он должен был погибнуть".

К счастью, Кападия понял это еще до того, как начал снимать "Сенну". Заручившись поддержкой семьи и владельца коммерческих прав на Формулу-1 Берни Экклстоуна, режиссер получил доступ к уникальным видеоматериалам. Помимо архивных кадров, многие из которых либо никогда не демонстрировались, либо были напрочь забыты, в распоряжении Кападии оказалось домашнее видео семьи Сенны. Неудивительно, что любительские кадры, снятые во время отдыха Айртона в Бразилии, говорят о нем как о человеке не меньше, чем самые полные интервью.

Интервью, а точнее их отсутствие, стало другой находкой режиссера. Кападия решил отказаться от закадрового комментатора и от съемок людей, связанных с Сенной. Абсолютно весь видеоряд картины состоит из старых записей, а воспоминания об Айртоне звучат на их фоне, что лишь усиливает драматический эффект фильма.

Это кино действительно снято как драма - недаром для Кападии "Сенна" стал дебютом в документальном кино. Человеческий конфликт Айртона со своей средой связывает фильм от первого кадра и до последнего, разворачиваясь в полноценный сюжет, причем, учитывая публичную жизнь Сенны, сюжет беспроигрышный. Здесь и его бесконечное противостояние с автоспортивными властями, и превратившаяся в ненависть вражда с главным соперником Аленом Простом, и физическая боль от автогонок, без которых Сенна не представлял свое существование. Режиссеру даже не пришлось ничего выдумывать и подгонять под свой замысел - гораздо сложнее было выбрать из обилия материалов наиболее яркие и красноречивые эпизоды.

- Первая версия фильма длилась семь часов. Затем мы сократили его до пяти часов, затем до трех, затем до двух и из этих двух часов вырезали еще четверть часа, чтобы достичь ста минут. Было очень сложно сокращать монтаж, поскольку мы чувствовали, что фильм очень эмоционально сильный. Это все равно, что уложить в 90 минут большой русский роман.

Фанаты автогонок, конечно же, заметят, что в "Сенне" отсутствуют многие важные эпизоды его карьеры, однако главной задачей, которая стояла перед Кападией - сделать фильм интересным и для болельщиков, которые знают каждую минуту биографии Айртона, и для широкого зрителя, который о Сенне никогда не слышал. В этом и главная причина его успеха - отсутствие многих известных деталей компенсируется напряжением, которым пронизан весь фильм. И это не абстрактное умозаключение - достаточно посмотреть на прокатный успех "Сенны" среди британцев, далеко не все из которых являются рьяными фанатами автогонок.

Нарастающее напряжение фильма - от прославившей Сенну гонки в Монако в его дебютном сезоне 1984 года до удара о бетонную стену в Сан-Марино спустя десять лет - формируется не только видеорядом. Кападия умело использует реплики телевизионных комментаторов того времени, причем не столько британских, сколько бразильских, воспринимавших Сенну как то немногое, что еще осталось светлого у измученной бедностью и преступностью Бразилии. Добавив к этому музыку, написанную специально для фильма бразильским композитором Антониу Пинту, режиссер добился яркого эффекта, показав, что не только Сенна очень многое значил для Бразилии - Бразилия для Сенны была главной опорой на протяжение всей его карьеры в Европе.

Единственное, что даже не пытался сделать Кападия - это показать Сенну беспристрастно. За это его сложно судить, да и не нужно этого делать вовсе - эмоциональность картины тому лучшее подтверждение. Эмоции - это вообще самое главное и самое сильное, что есть в фильме - то, что держит зрителя в напряжении до последних кадров, неважно, знает он о трагической концовке великого гонщика или лишь подозревает о ней. Кападия заставляет зрителя переживать каждую показанную в фильме гонку, каждый обгон и каждый конфликт Сенны. Вооружившись всего лишь километрами кинопленки и ножницами, режиссер делает так, чтобы зрительный зал смеялся именно там, где он хочет, и вздыхал именно там, где это требуется.

В современном документальном кино сделать это не так-то просто. В документальном кино про спортсмена - тем более. И несмотря на то, что со дня гибели Айртона прошло уже 17 лет, на последних кадрах к горлу все равно подкатывает комок. Точно так же, как у миллионов болельщиков по всему миру, услышавших 1 мая 1994 года историческую фразу диктора новостей: "Айртона Сенны больше нет".

Культура00:0216 октября
Спектакль «Далеко отсюда» театра LiquidTheatre

Как большие

Эти российские театры делают вид, что они современны и независимы. Почему это не так?