Машина Роднянского

Российский продюсер рассказал о новом проекте Билли Боба Торнтона

Алескандр Роднянский на съемочной площадке "Машины Джейн Мэнсфилд". Фото пресс-службы AR Films

В середине июня 2011 года стало известно, что российский продюсер Александр Роднянский спродюсирует фильм "Машина Джейн Мэнсфилд", режиссером, сценаристом и исполнителем одной из главных ролей в котором является Билли Боб Торнтон. На тот момент о фильме было известно немного - действие его должно было разворачиваться в американской глубинке в 1969 году. "Лента.Ру" побеседовала с Роднянским о новом проекте, актерском ансамбле, необычайной атмосфере на площадке и отличиях отечественного кинопроизводства от заокеанского.

"Лента.ру": Ну, во-первых, как получилось так, что этот сценарий попал к вам? С чего вы им заинтересовались? Как вы решились снимать в Америке?

Александр Роднянский: Я последние полгода, даже чуть больше, занимался формированием стратегии развития своей компании AR Films. Я выстраиваю международную компанию с сильным дистрибуционным ядром в Центральной и Восточной Европе и производственными возможностями в России и США. Говоря проще, компанию, которая способна производить и прокатывать картины на территории всей Центральной и Восточной Европы. Поэтому я очень много читал и читаю сценариев - за последние полгода прочитал как минимум 200 штук. Среди них есть и американские проекты, причем те, которые совсем без продюсеров, и те, где продюсеры ищут партнеров. В общем, я был открыт для поисков, и тут мой сотрудник принес мне сценарий, о котором ему рассказала наша общая с Билли Бобом знакомая. Оказалось, что Торнтон ищет продюсера.

А вот такой вопрос: голливудские продюсеры так и работают, исключительно по знакомству?

Александр Роднянский (крайний слева) и Билли Боб Торнтон (крайний справа) на съемочной площадке
Александр Роднянский (крайний слева) и Билли Боб Торнтон (крайний справа) на съемочной площадке "Машины Джейн Мэнсфилд"

Нет-нет, я же сказал, помимо агентов. У меня есть агенты, конечно, как российские, так и иностранные: они мне присылают в день два-три сценария как минимум, это без преувеличения. С трудом успевал читать, а сейчас вот почти совсем не успеваю, хотя для этого у меня есть профессиональные "ридеры". Вчера вечером после съемок вот прочитал два сценария. Их же ведь не просто прочесть надо, а еще как-то оценить, поэтому после прочтения каждого пишешь так называемые coverage - в общем, более-менее внятно сформулированное мнение о прочитанном.

Так вот, сценарий пришел не от агента, агент появился чуть позже. Этот сценарий для Торнтона был очень важен, но на тот момент находился в таком замороженном, что ли, состоянии, причем уже достаточно давно. Я прочитал и, честно говоря, он произвел на меня очень сильное впечатление. Это при том, что, объективности ради скажу, я очень опасливо реагирую на стратегию, связанную с поиском единичных фильмов, и с самого начала пытался сформировать скорее пакет фильмов.

Но вот этот сценарий произвел на меня очень сильное впечатление: это такая настоящая литература для кино с очень неожиданными, сильными, объемными характерами, очень мощной историей, сочетающей в себе очень разные эмоции: и слезы, и смех - и в этом смысле, конечно, очень американская история и очень универсальная в то же время. Она мне понравилась, и мы встретились с Билли Бобом. И как-то у нас завязались сразу же очень хорошие отношения, мы с самого начала друг друга поняли. Пообщались, повстречались, решили двинуться дальше и двинулись, надо сказать, очень быстро. Для производства этого фильма я открыл в США компанию Rodnyansky Production (дочерняя компания AR-Films – примечание "Ленты.ру"), это укладывается в стратегию развития. В компании работают очень известные в индустрии люди, например Джим Брубейкер, который много лет руководил производством на студии Universal Pictures. Благодаря качеству сценария и личности Торнтона удалось очень быстро собрать актерский состав, причем совершенно замечательный. С некоторыми актерами, например Робертом Дювалем, уже была предварительная договоренность - роль писалась специально для него.

Вообще, все остальное в нашем фильме - классическая американская производственная модель, которая невероятно впечатляет своей необычайной эффективностью. Я только и успеваю, что сравнивать свой опыт работы в России и Европе (я все-таки достаточно много работал в Европе, с немцами, французами) - это, конечно, совершенно другая история. Здесь все необычайно эффективно, мы сейчас уже практически заканчиваем съемки. Подготовительный период занял у нас восемь с половиной недель, а съемки - шесть. Для двухчасового фильма, действие которого происходит в 1969-м году в Алабаме (period drama), - да еще с большим количеством действующих лиц, и такой, знаете, многофигурной историей, композицией, непростым сценарием  - это, конечно, очень мало, скажу честно. А по нашим меркам, так это и вообще ничтожно мало.

Вот вы упомянули Роберта Дюваля. А кто еще снимается у вас в фильме?

По сюжету у нас две семьи, одна американская семья, которая живет в Алабаме, настоящие южане. Во главе семьи отец, патриарх, которого, собственно, и играет Роберт Дюваль. У него три сына: старшего играет Кевин Бейкон, среднего - Билли Боб Торнтон (он себе великолепную роль написал, если честно, просто великолепную), а третьего сына - Роберт Патрик. Кроме этого у героя Дюваля есть дочь - ее играет Кэтрин Ланаса, которая в меньшей степени известна широкому зрителю (в Голливуде, правда, она известна, в прошлом была балериной, танцовщицей и женой Денниса Хоппера).

Я забыл сказать, что история, рассказанная в фильме, она очень важная для Торнтона, очень личностная, в ней все выстроено очень тонко на необычайном знании фактуры, знании всех особенностей патриархальной жизни на Юге. Вообще Билли Боб очень одаренный литератор, у него не случайно номинация на "Оскар" за сценарий мною безумно любимого фильма "Отточенное лезвие" (Sling Blade). Так вот, он написал историю, в которой южане играют южан, и Ланаса, которая родом из Луизианы, - южанка, способная легко и свободно оперировать южным диалектом.

Потом у кого-то из этой семьи есть, в свою очередь, свои семьи. Например, у персонажа Роберта Патрика жену играет Шоуни Смит - главная героиня франшизы "Пила", она играла там Аманду Янг. У них есть сын, которого играет тоже очень популярный сейчас молодой актер Маршалл Эллман, он играл в заметных сериалах Prison Break и True Blood. У старшего сына, героя Кевина Бейкона, в свою очередь, есть сын, которого играет Джон Патрик Амедори, тоже молодой, очень талантливый парень, игравший мальчишкой еще в "Эффекте бабочки" и потом тоже в Gossip Girl. Кроме этого, героиня Кэтрин Ланасы, то есть дочь старика, замужем за очень шумным и якобы остроумным персонажем, которого играет знаменитый и очень популярный в Америке техасский комик Рон Уайт.

Есть еще вторая семья, с которой, собственно, первая сталкивается в силу разных обстоятельств, - семья, приехавшая из Великобритании, аристократы, говорящие на изысканном британском английском. Главу английской семьи играет Джон Херт, замечательный артист, сыгравший 120 разных ролей, начиная с "Полночного экспресса" и "Человека-слона" и заканчивая ролями в "Гарри Поттере" и "Хеллбое". Его сына играет Рэй Стивенсон, такой блестящий красавец-артист, многим известный раньше по главной роли в сериале "Рим", он играл там Тита Пулло. А недавно сыграл в "Торе" и скоро появится на экранах в образе Портоса в новой версии "Трех мушкетеров". Недавно его  утвердили на роль во втором "Броске кобры", он сейчас параллельно в свободное от наших съемок время тренируется.

Его сестру играет Фрэнсис О’Коннор, известная по фильму Спилберга "Искусственный разум" и сериалу "Кашемировая мафия". Основных персонажей я назвал, но кроме них в фильме заняты еще достаточно известные в американском кино люди.

Ну и как вам работать с актерами такого уровня?

Билли Боб Торнтон. Фото (c)AFP
Билли Боб Торнтон. Фото (c)AFP

Должен сказать, что даже при моем опыте я видел буквально некоторое, считанное количество раз в своей жизни такую фантастическую атмосферу на площадке. Билли Боб написал блистательный сценарий, он его писал шесть лет, и в голове у него уже, конечно, фильм сложился, он удивительно спокойным и тонким образом управляет всем процессом и вызывает этим и у меня, и у группы абсолютное восхищение.

Все говорят, и коллеги мои, и те, кто работает в группе, что в Голливуде такое встретишь чрезвычайно редко, это абсолютно братская атмосфера, артисты, не занятые в сегодняшних эпизодах, приходят на съемки просто поддержать товарищей, сидят у мониторов, смотрят, потом обмениваются впечатлениями. И, конечно, все внутренне поддерживают друг друга, и в этом смысле, конечно, такое классическое производство американского independent, воодушевленного мощной историей.

Ваш проект очевидно относится к независимому кино. Как вы планируете его продвигать?  Sundance, Southwest?

Конечно, к независимому. Но независимым же сейчас называется любой фильм, который сделан не в студии. Сегодня студии производят все меньше и меньше фильмов, чем раньше, и, что самое важное, эти фильмы в массе своей - это разнообразные фантастические или фэнтезийные франшизы, которые можно в случае успеха продолжать выстраивать и зарабатывать на них миллиарды.

А вот комедии, драмы - все, что раньше составляло основную массу производства мейджоров, - все это сдвинулось в независимый сегмент. Со мной разговаривало несколько студий, которые знакомы со сценарием, у них есть интерес, они считают что проект "интригующий". Но поскольку мы уже снимаем, мы заинтересованы в том, чтобы снять и показать готовый фильм, потому что в Америке чем на более позднем этапе ты показываешь картину (если она удачная, конечно), тем успешнее протекают переговоры.

В России, наверное, не так, да?

В России совсем другая система. В России, к сожалению, трудно назвать систему рыночной. У нас продюсер, в отличие от голливудской традиции, где это независимый предприниматель с активной творческой экспертизой, берущий на себя всю полноту ответственности, скорее просто посредник между деньгами, часто государственными, и режиссером. Поэтому авторы, как правило, не слишком уважают продюсеров и, по возможности, с ними не слишком считаются, что, в общем, и небезосновательно. Так что конкуренция у нас отсутствует.

Поэтому сопоставлять… Поймите, я сейчас говорю чрезвычайно общо, политкорректно, для того чтобы не обижать многих моих замечательных коллег, но в России очень трудно существовать, если ты полагаешь возможным для себя коммерческую конкурентную схему. А в Америке это конкурентная схема - основная. Например, все работающие при такой схеме люди относятся с уважением к твоему продюсерскому риску, а если ты еще и неровно к проекту дышишь, так и к твоим чувствам. Поскольку я люблю сценарий, все окружающие меня люди это чувствуют. Так как им сценарий тоже нравится, то это нас объединяет.

Так вот, возвращаясь к вашему вопросу. Да, конечно, либо мы договариваемся со студией или с кем-то из больших дистрибьюторов, либо уже едем на Sundance с группой актеров, устраиваем встречу с дистрибьютерами, рекламируем свое кино одним словом. А дальше для подобного рода фильмов вариант только один: нужно становиться тем, что по-английски называется artistic darling, то есть любимцем искушенной аудитории, критиков, зарабатывать себе хорошую репутацию и таким образом входить в прокат. Примерам нет числа, что называется, их очень много…

То есть, бывают такие случаи, когда независимый фильм выстреливает сам по себе?

Их очень много, каждый год, каждый год.

Я просто к тому, что когда вы так рассуждаете, то вы рассказываете сценарий-минимум, правильно же? Вы, я думаю, надеетесь, верите, что этот фильм может вот так вот выстрелить?

Вы знаете, если бы я не верил, я бы, безусловно, им не занимался. За этим фильмом такое количество человеческой страсти, так много талантливых людей, которые верят в него! Мы вчера вечером возвращались со съемки с оператором. Оператор, к слову, блистательный, тот же, который снимал и "Отточенное лезвие", и All the Pretty Horses ("Неукротимые сердца" - примечание "Ленты.ру") - Барри Марковиц. Так вот, мы едем, и он говорит, что фильм просто обязан получиться, потому что все, что мы делаем, мы делаем по максимуму - у нас 41 градус жары при 91 проценте влажности, а вся группа работает по 14 часов в сутки, и после дублей бывают аплодисменты. Ну и артисты на самом деле просто выдающимся образом работают. Вот пройдет перед камерой с палочкой Джон Херт или Дюваль скажет какой-то монолог на две страницы - и люди хлопают искренне, причем именно актерам. Я, честно говоря, не так часто это вижу.

Так что я тоже верю, хотя я уже, так сказать, битый, пусть не в Голливуде, у меня разный опыт был - и успешный, и не совсем. Поэтому я стараюсь говорить осторожно. Да, каждый год появляются независимые фильмы, которые замечательно выстреливают, но еще больше независимых фильмов, которые остаются незамеченными. Поэтому я сделал, безусловно, все для того, чтобы нас заметили. У нас же для этого есть все основания, интерес к фильму очень большой. Надо понимать, что Билли Боб десять лет не снимал фильмы сам, со времен All the Pretty Horses. Тогда студия фильм безжалостно порезала, выкинули час. И Билли Боб, несмотря на то, что он очень талантливый режиссер, решил больше не снимать. Вот прошло 10 лет, из которых шесть лет он писал сценарий.

Роберт Дюваль. Фото (c)AFP
Роберт Дюваль. Фото (c)AFP

Это такая история… я вообще, должен признаться, очень часто слышу вокруг разговоры о фильме, об истории, о характерах, о том, что волнует этого героя или другого. На самом деле, люди, работающие над фильмом, легко могут затеять дискуссию о персонажах, о том, как и что с ними происходит в данной конкретной ситуации, эпизоде. Причем здесь за несколько месяцев я слышал эти разговоры чаще, чем за несколько лет в России при обсуждении проекта. У нас в последнее время как-то все больше обсуждают скорее условную бизнес-составляющую, деловую.

Вам не кажется парадоксальным, что бизнес-схемы в России нет, а все обсуждают бизнес-составляющую проекта?

Для меня это представляется бесконечно парадоксальным! Потому что здесь, в Америке, это логично, это конкуренция, и в рамках конкуренции может выиграть только тот, кто привлечет зрителей, кто заставит их переживать. В нашем же случае речь идет не о блокбастере с невероятными спецэффектами, а о фильме про людей, о драме. Здесь американские коллеги говорят ровно так, как говорю я и ряд моих близких друзей, что хочется сделать фильм про людей, а не про роботов. Так что здесь я нахожусь в мире, в котором качество фильма и качество творческих решений, безусловно, на первом месте. И когда я сажусь в обеденном перерыве, а мы обедаем всей группой вместе: и звезды, и механики-осветители, каждый раз вперемешку, и садимся рядом с какими-то ребятами, а они между собой обсуждают какое-то кино, спрашивают тебя: "Ты видел такой-то фильм?" - "Да, видел". - "Ну правда, несчастная история? Эти особые отношения между отцом и сыном…" И вдруг я понимаю, что они говорят на языке, очень непривычном для аналогичной нашей среды. То ли я отвык, то ли я не прав, но отношение к кино - прежде всего как к сильной, эмоциональной и хорошо придуманной, сильно сыгранной и внятно отрежиссированной истории - у нас почти пропало.

А в Америке, стало быть, не пропало?

У меня просто создается впечатление, что в Америке профессионалы не стесняются того, что кино рассказывает истории, а у нас очень часто подходят совершенно формально. И часто складывается такое впечатление, что имитация формы заменяет содержание: люди забыли, что кино должно не только удивлять визуальным стилем, но и рассказывать какую-то историю.

В любом случае, вы знаете, я всегда боюсь судить наших, потому что я сам принадлежу к тем, кого можно смело судить. Я могу лишь восхититься тем, до какой степени американцы в этом смысле правильно устроены. Вы правы, они действительно говорят о человеческих отношениях. Они в самом деле хотят рассказывать о людях, в самом деле полны сочувствия к людям и ищут необычные человеческие судьбы в самых обычных обстоятельствах. Они рассказывают истории о том, как люди ищут друг друга, про несчастливые семьи, разрушенные браки, о борьбе характеров, о родителях и детях. В общем, это, как правило, истории о поиске человеческого взаимопонимания, о способности любить - то, что на самом деле было характерно и для нашего кино, например, 60-х, 70-х и даже частично 80-х годов.

Наше старшее поколение режиссеров, почти последнее, пожалуй, поколение режиссеров, с которым можно говорить о людских судьбах - например, с Павлом Григорьевичем Чухраем: он точно так же мыслит историями, говорит о героях. Или Андрей Сергеевич Смирнов. В общем понятно, какое поколение, долго всех перечислять. Из нового поколения, безусловно, такой Андрей Звягинцев. Но вместе с тем у нас на сегодняшний день восторжествовала якобы деловая риторика. А деловая риторика в условиях отсутствия бизнеса его как бы имитирует, подменяет. Такое, понятное дело, ни к чему хорошему не приведет.

Понятное дело, что я сейчас восхищаюсь только американским независимым кинематографом, в котором работают люди, интересующиеся авторскими фильмами. И они существуют точно так же, во внутреннем артикулированном протесте против кинематографа машинного, то есть кинематографа комиксов, спецэффектов и рекламных слоганов. Они пытаются вернуться к классическому американскому кинематографу, построенному на литературе для кино, с очень мощной историей, блистательным актерским исполнением, внятной режиссурой и объемным амбивалентным (по-английски мы называем ambiguous) месседжем, то есть содержанием. Вот к этому вот они стараются вернуться.

Проект уже привлек внимание какой-нибудь иностранной прессы?

А мы их не пускаем.

Не пускаете?

Мы никого не пускаем, хотя рвутся очень многие. Знаете, есть же разные стратегии, и Билли сам по себе такой человек, что ему комфортно, когда нет прессы, он вообще никогда на нее не реагировал хорошо. Поэтом мы и решили сейчас никого не пускать, хотя все время, каждый день какие-то вопросы: то журналы, то какие-то газеты, то вот мы всю прошлую неделю от съемочных групп двух главных каналов американских отбивались.

Когда, кстати, можно ожидать трейлер?

Роберт Патрик. Фото Chad J. McNeeley
Роберт Патрик. Фото Chad J. McNeeley

Я надеюсь, если все будет в порядке, то мы его представим в Торонто, где у нас, по всей вероятности, начнутся первые иностранные продажи. Фильм будет продавать одна крупная сэйлерская компания международного уровня, я вам сейчас ее не назову - мы договор еще не подписали, сегодня-завтра подпишем. А в Торонто я в любом случае буду, потому что у меня там "Елена" в главной программе. Там, я думаю и начнем раскрутку. У нас последний съемочный день как раз второго августа, поэтому к Торонто, я думаю, можно будет делать трейлер. Мы фильм закончим реально в этом году, потому что он снимается таким образом, что Билли его смонтирует буквально за 6-7 недель. Я с ним буду последние две недели монтажа - ну и посмотрим, что к чему. Если все будет в порядке, мы начнем показывать дальше каким-то дистрибьюторам. До этого показывать не будем.

Вы же снимаете кино в глубинке, правда?

Снимаем кино в глубинке, мы снимаем под Атлантой. У нас все аутентичное, снимаем в нескольких городках, которые вообще не изменились за последние сорок лет. Если надо, выстраиваем где-то декорации, машины тех годов собираем, много массовки. Что поразительно, в каждом таком городе Америки, в отличие даже от Европы, где кинематограф столицецентричен, то есть все находится в основном в столице, есть огромное количество профессионалов среднего звена. Именно их мы и нанимаем. У нас в Атланте большой очень офис, и специальный ангар. Там весь наш реквизит - костюмы, обувь, грим. Основная часть группы живет в гостиницах в Атланте. Час-полтора занимает дорога на съемку.

Я еще такой вопрос задам, можно сказать, даже неприличный: мы обсудили, какое кино будет хорошее, а бюджет примерный можете назвать?

Бюджет мы очень долго сгоняли, слава богу, опустили его с первичных двадцати миллионов до двенадцати с чем-то, что тоже очень показательно для американского кино, потому что здесь самое главное - кино сделать, здесь же живут от возможного успеха фильма, а не с бюджета. И поэтому очень многие трудятся по классической схеме независимого кино - например, Кристиан Бэйл в Fighter’е - это работа, когда получаешь минимум гонорара, нижнюю планку, но зато, в случае успеха, имеешь долю от сборов. У нас именно такая модель, все работают за минимальные гонорары, счастливы, живут все шесть недель полностью, весь актерский коллектив, как театральный, вместе. Живут, общаются, вечером, на ночь - выпили, поболтали, и спать. В субботу-воскресенье у нас есть какие-то свои развлечения. Например, в прошлую субботу нас всех собрал Торнтон и устроил концерт. Он же музыкант, если вы знаете, у него есть своя группа, называется The Boxmasters. Вот они нам и показали свой новый альбом. Это было очень крутое впечатление. Билли Боб неожиданный человек, очень универсальный, как, надо сказать, и очень многие в группе, потому что и у Кевина Бейкона есть своя музыкальная группа, и молодой артист Джон Патрик Амедори тоже музыкант, у Шони Смит довольно известная группа с актриссой Мисси Пайл - Smith and Pyle называется. Одни музыканты, в общем.

Обсудить
В Россию вернулся «Прогресс»
Кто виноват в падении «Прогресса» и почему это — приговор космической отрасли
Чужими молитвами
В Лос-Анджелесе наградили лучшие видеоигры и показали будущие бестселлеры
Дымящийся Пэктусан
Северокорейский супервулкан оказался источником смертельной опасности
«Вы приехали»
Длительный тест Toyota Camry с «Яндекс.Навигатором»
Безумные трюки грузовиков Volvo
Самые необычные видеоролики с грузовиками Volvo
Выбираем лучший компактный седан
Длительный тест Octavia, Elantra, Corolla и Mazda3
Как полиция перехватывает машины
Полицейские лайфхаки или 8 инновационных способов остановить преступника
Конец близок
Уходящий 2016 год может стать последним для ипотеки
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Да он упоротый просто
Самые странные дома мира в фотографиях из Instagram
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить