Быть Кондолиззой Райс

Бывший госсекретарь США рассказала о встречах с мировыми лидерами

Кондолизза Райс. Фото (c)AFP

В конце 2011 года в США вышла в продажу книга бывшего госсекретаря США Кондолиззы Райс "Высшая честь" (No Higher Honor), в которой политик описывает годы, проведенные в администрации президента Джорджа Буша-младшего. Рассказывая о внутренней стороне американской дипломатии, Райс несколько страниц посвятила впечатлениям от встреч с мировыми лидерами. "Лента.ру" собрала наиболее интересные из них.

Уго Чавес, президент Венесуэлы (с 1999)

Уго Чавес уже вызывал беспокойство, но еще не был центральной фигурой в регионе. Когда мы встретили его на сессии Андских государств (III Американский саммит в Квебеке, прошедший в апреле 2001 года - прим. "Ленты.ру") на периферии саммита, он постоянно улыбался и всячески старался попасть на одну фотографию с президентом [Бушем]. Когда Джордж Буш вошел в зал, Чавес подлетел к нему, чуть ли не перепрыгнув через стол, и стал говорить об их общем увлечении бейсболом. Позже президент назвал Чавеса "уличной шпаной", которой не к лицу костюм национального лидера. Я же подумала, что он гораздо страшней - поводом к таким мыслям стала присущая Чавесу диковатая харизма.

Ариэль Шарон, лидер партии "Ликуд", премьер-министр Израиля (2001-2006)

Я встретилась с Шароном в маленьком офисе "Ликуда" на верхнем этаже страшно перегретого здания в Тель-Авиве. Мне сразу бросилось в глаза, что в ширину он был такой же, как и в высоту. У него был немного ленивый взгляд и довольно мясистое лицо, по-английски он говорил с сильным акцентом. Спустя годы я поняла, что Шарон относится к тому редкому типу людей, которые говорят по-английски лучше, чем понимают его на слух. Часто это вело к недопониманию, причем Шарон, бывало, повторял одну и ту же фразу по нескольку раз, и к месту и не к месту. Однако в момент нашей первой встречи я была под впечатлением от того, насколько он свободно говорил по-английски.

Я также знала, что за Шароном установилась репутация бескомпромиссного защитника Израиля. Знала я и об ужасной роли, которую он сыграл во время нападения на лагеря палестинских беженцев в Сабре и Шатиле во время Ливано-израильской войны 1982 года - тогда погибло множество невинных палестинцев. Среди арабов и многих либеральных израильтян и американцев он был самым ненавистным израильским лидером. Во время нашей первой встречи ничто не давало повода усомниться в его репутации жесткого и бескомпромиссного человека, однако меня все равно к нему притягивало. Казалось, он являл собой квинтэссенцию всего израильского, потому что, говоря по правде, без жесткости, упорства и даже безжалостности в таком враждебном окружении этой стране выжить бы не удалось.

Владимир Путин, президент РФ (2000-2008), Анатолий Собчак, мэр Санкт-Петербурга (1991-1996)

Когда Путин двинулся ему (Бушу) навстречу, я обратила внимание на его осанку. Российский лидер был не очень высокий, около 170 сантиметров, но широкоплечий, с легкой спортивной походкой. Казалось, он немного смущался, даже нервничал. Пожав ему руку и произнеся традиционное русское приветствие "очень приятно", я внезапно поняла, что мы уже встречались.

В 1992 году я поехала в Санкт-Петербург на встречу с мэром-реформистом, ныне покойным Анатолием Собчаком. В то время градоначальник готовил открытие в бывшей великой столице Российской империи Европейского университета, для чего решил посоветоваться с рядом стэнфордских профессоров. Вечером по приезду Собчак устроил для нас прием. Он и его жена были сторонниками монархии, они обожали дух XIX века и старались всячески воплотить великое прошлое Санкт-Петербурга в современной России. Зал был наполнен людьми в черном (в соответствии с модой европейской интеллигенции рубежа XX века). Кажется, среди них было много Толстых и Пушкиных - с семьями великих писателей и художников прошлого их связывали настоящие либо приобретенные связи. Был там еще один человек, чей вид сильно диссонировал с окружением: он был одет в костюм, которые обычно носили высокопоставленные советские чиновники. Мне его представили как вице-мэра Санкт-Петербурга Владимира Путина.

***
Во время встречи [с Джорджем Бушем] Путин рассказал сентиментальную историю про крест, подаренный ему матерью. Правда, Путин вспомнил ее не по собственной инициативе, а в ответ на вопрос увидевшего крест президента [Буша], который попытался установить более доверительные отношения. По-моему, он рассказывал про пожар, начавшийся у него на даче, и про то, как крест спасли рабочие, которые его и вернули. До сегодняшнего дня я так и не поняла, как расценивать этот рассказ: представить себе верующим Путина, в прошлом эдакого верного слугу атеистического коммунизма, мне очень сложно.
***
Президент [Буш] затем упомянул, что в спортивном зале на московской даче Путина видел балетный станок. "Да, - ответил Путин, - Людмила учится танцевать балет. Она танцует 'Лебединое озеро'. Конечно, если бы я попытался ее поднять, я был бы мертвым лебедем". Смеяться над довольно грубой шуткой о габаритах его жены было невежливо. Но всё равно все рассмеялись, даже Людмила, которой явно было неудобно.
***
Чаще всего мы с Путиным встречались в формате двое на двое, который с годами перерос в формат один на один. Мы обсуждали не так много вопросов, но со временем он стал использовать разговоры для изложения не столько того, что его "расстраивало" в американской политике, сколько собственного видения демократии. "Ты знаешь нас", - говорил он, имея в виду мое образование. Обычно с этой фразы начиналось подробное объяснение того, как Россия станет демократией: ей нужна сильная рука (его рука) и постепенное развитие "фракций" в его партии, которые будут выражать различные точки зрения… Он отмечал, что русские представляют собой разобщенное стадо, чьи многочисленные революции не приводили ни к чему хорошему. Им нужен лидер.

Сергей Иванов, министр обороны РФ (2001-2007)

Иванов, в прошлом, как и Путин, сотрудник КГБ, был человеком с невероятными лингвистическими способностями. Путина он напоминал и внешне, с такими же светлыми волосами и голубыми глазами, но не со столь резкими, как у начальника, чертами. По-английски Иванов говорил в совершенстве, с едва различимым акцентом. По его словам, для оттачивания произношения он слушал рок-музыку. Сергей был жестким и немного подозрительным по отношению к Соединенным Штатам, однако на него можно было положиться. Он никогда не обещал сделать того, что сделать не мог. Вне зависимости от должностей и званий Иванов оставался безотказным каналом связи с Путиным даже в самых деликатных ситуациях... В отношениях между Белым домом и Кремлем этот канал был самым важным и адекватным.

Иоанн Павел II, папа Римский (1978-2005)

Я никогда не забуду, как, будучи протестанткой, допустила бестактность. Когда Святой отец взял меня за руку, я сказала: "Да благослови вас Господь". И тут же поняла, что все должно было быть наоборот: Святого отца не благословляют, благословляет он сам. А он просто ответил: "Спасибо".

Барак Обама, сенатор от Иллинойса (2005-2008), президент США (с 2009)

В середине первого дня [слушаний в Сенате, посвященных назначению госсекретаря] речь взял поджарый сенатор из Иллинойса, которого только недавно избрали. Его вопросы были острыми, но не грубыми, и, похоже, что мои ответы были ему интересны. От разговора с ним, в ходе которого мы несколько раз меняли тему, я осталась под большим впечатлением. Это была моя первая встреча с тогда еще сенатором Обамой.

***

Передача (дел от администрации Джорджа Буша администрации Барака Обамы - прим. "Ленты.ру") прошла совершенно гладко. Тем не менее десять недель, остававшиеся после выборов до инаугурации, не обошлись без одного деликатного момента. Хотя в стране был действующий президент, необходимо было убедиться в том, что новый главнокомандующий находится в курсе всех разворачивающихся событий.

На тот момент у нас было несколько "горячих" дипломатических вопросов, и мы с президентом [Бушем] решили, что я буду обсуждать их напрямую с избранным главой государства. Встречаться с Хиллари [Клинтон] было не совсем уместно: Сенату не нравилось, когда еще не утвержденный член Кабинета начинал "исполнять обязанности". Барак Обама и я провели несколько встреч, во время которых мы обсудили переговоры с Северной Кореей, решение вопроса в Газе и, что наиболее важно, события, которые в конце ноября разворачивались в Южной Азии. Последний раз мы увиделись за несколько дней до инаугурации. "Господин избранный президент, - сказала я. - Вероятно, это наш последний разговор до момента, когда вы войдете в Овальный кабинет. Я горжусь вашим избранием. Удачи вам и помоги вам Господь".

Сергей Лавров, министр иностранных дел РФ (с 2004)

Раньше Лавров почти десять лет проработал постпредом при ООН. Его английский был утонченным, а его самого часто считали упрямым, но способным дипломатом. Он любил хорошее вино, вкусную еду и охоту на сибирских просторах. Что ж, в конце концов, он все-таки был русским. <…> Перед визитом в Москву, который состоялся в апреле 2005 года, вскоре после назначения госсекретарем, я встретилась с Лавровым в Турции. Почти целый час он перечислял российские претензии к американской политике. Я внимательно его выслушала, но позже попросила Билла Бернса, который тогда работал послом в России, передать ему, что взаимодействие должно улучшиться. В противном случае я просто не тратила бы времени на наши встречи. Я рассчитывала на обмен мнениями, а не на выслушивание монолога… Когда мы встретились с Лавровым в Москве, разговор пошел лучше, и со временем мы смогли начать действительно взаимодействовать, а не зачитывать друг другу свои списки.

Дзюнитиро Коидзуми, премьер-министр Японии (2001-2006)

Японцы известны своей сдержанностью во время контактов с иностранцами - они скрывают эмоции и облекают послания в непроницаемые формальности. К Коидзуми это не имело никакого отношения: он был столь же полным энергии, открытым и искренним собеседником, как и любой другой лидер, с которым нам приходилось иметь дело. Наша первая встреча состоялась, когда он приехал в Кэмп-Дэвид вскоре после начала первого срока президента [Буша]. Там он в открытую говорил о стагнации в Японии и о том, как он хотел бы реформировать экономику и общество - причем, по большей части он добился успеха. Еще он пел песни Элвиса Пресли, приводил цитаты из любимого фильма "Ровно в полдень" и в присутствии прессы перебрасывался с президентом баскетбольным мячом.

Омар аль-Башир, руководитель Судана (с 1989)

Пожимая ему руку и напоминая себе не улыбаться, я оглянулась и заметила, что кроме моей личной помощницы Лиз Лайнберри и личной охраны в помещении больше никого не было. Головорезы из службы безопасности Башира не пустили никого из моей делегации, в том числе посла. Я пришла в ярость и отказалась говорить с Баширом без своего сопровождения. Мы сидели и пристально смотрели друг на друга. Он был мне мерзок, причем я уверена, что и он был того же мнения обо мне.

Наконец в помещение вломились суданские охранники в черных костюмах и темных очках, которые толкали перед собой моих помощников. Я глубоко вдохнула и проговорила послание относительно наших ожиданий, что суданское правительство остановит насилие против населения и начнет сотрудничать с ООН. Однако у меня едва ли получалось концентрироваться на том, что я говорю. Башир отвечал медленно, двигая головой взад и вперед и из стороны в сторону. Он выглядел, будто был под воздействием наркотиков. Выглядело это поистине дико.

Муаммар Каддафи, лидер ливийской революции, глава Ливийской джамахирии (1969-2011)

Для этого (визита в Ливию - прим. "Ленты.ру") было две причины - одна из них была традиционной, в то время как другая, признаться, приводила меня в замешательство. Очевидно, что первый с 1953 года визит госсекретаря США должен был стать важной вехой на пути страны к международному признанию. Между тем Каддафи странным образом притягивало ко мне, и он спрашивал у своих гостей, почему его "африканская принцесса" не хочет ехать к нему.

Готовясь к встрече, я решила проигнорировать второй довод и сконцентрироваться на первом. Подготовка была непростой, учитывая массу требований со стороны ливийцев, в том числе, чтобы я встречалась с лидером в его палатке. Понятно, что я отклонила приглашение и провела встречу в его официальной резиденции.

По пути я остановилась в Португалии, где меня приняли мои друзья - посол Томас Стивенсон и его жена Барбара. Там я воспользовалась возможностью расспросить министра иностранных дел Луиша Амаду, который был хорошо знаком с Ливией и самим Каддафи, и он посоветовал начать беседу с обсуждения Африки. "И не удивляйтесь, если он вдруг скажет что-нибудь дикое, - предупредил министр. - Он придет в себя".

***
Через несколько часов нас вызвали в резиденцию, где под вспышками сотен камер я поприветствовала Каддафи и села. Каддафи произнес несколько абсолютно приличествующих случаю слов, я ответила тем же, после чего пресса удалилась. Как и советовал Амаду, мы начали разговор с Африки в целом и Судана в частности. Ливийский лидер пообещал, что его страна поможет с созданием альтернативных путей доставки гуманитарной помощи беженцам. "Пока все идет гладко, - подумала я. - Он вроде бы не похож на сумасшедшего". А затем, как Амаду и предсказывал, Каддафи внезапно замолчал и начал раскачивать головой вперед и назад. "Скажите президенту Бушу, чтобы прекратил разговоры о создании на Ближнем Востоке двух государств! - рявкнул он. - Государство должно быть одно! Израильтина!". Мой ответ, похоже, ему не понравился: одним махом Каддафи уволил сразу двух переводчиков. "Спокойно, - подумала я. - Это Каддафи".

Обсудить
«Среди нескольких тысяч рак найдут у одного»
Почему в России не работает система ранней диагностики онкозаболеваний
Включили аварийку
После закрытия свалки в Балашихе Путин приехал в удмуртский барак
Максим МарцинкевичДевять друзей Тесака
О судьбе общественно полезного националистического движения и его «знаменосца»
Застрявший между жизнью и смертью
Посещение спортивного магазина обернулось жуткой трагедией
Часть изображения была размыта, чтобы не нарушать законодательство Российской ФедерацииДжихад с пеленок
Мир не знает, что делать с детьми, воспитанными «Исламским государством»
Останки Карлоса КастаньоРоман с кокаином
В Колумбии ультраправые наркокартели невероятно жестоко расправляются с леваками
Дональд ТрампНесвобода вместо свободы
Что стоит за новым охлаждением отношений США и Кубы
Богемская рапсодия
Жертвоприношения, ритуалы и пьянство в самом закрытом мужском клубе США
Тест Lada Vesta против Hyundai Solaris
Главное автомобильное противостояние России
Самый странный Hyundai
Hyundai SLV: концепт-кар, который мог стать серийным, но не стал
Тест УАЗ Пикап, VW Amarok и Fiat Fullback
Маленький триумф больших машин, или странное путешествие к странному озеру
Тюнинг бюджетных тачек
У вас «Логан»? Не отчаивайтесь — и его можно сделать очень крутым
Вите надо выйти
Соседи несколько лет травят москвича, который отказывается переселяться
Без свидетелей
Дома для тех, кто ненавидит соседей
Москва за нами
Какие квартиры можно купить в пределах МКАД по цене до трех миллионов рублей
Классовая борьба
На смену дешевым квартирам в Москве пришел новый вид жилья
Да катитесь вы
Семейная пара отказалась от квартиры и поселилась в автобусе