Новости партнеров

Дети Абая

Чем сейчас занимаются самые яркие активисты лагеря на Чистых прудах

Лагерь #оккупайАбай на Чистопрудном бульваре около памятника Абаю Кунанбаеву уже вошел в историю антипутинского протеста. В начале мая к Абаю приходили практически все известные оппозиционеры и просто люди с активной гражданской позицией. Кроме того, что у Абая творилась настоящая уличная политика, здесь же проходила культурная жизнь: читали лекции, устраивали выставки, смотрели пьесу, поставленную актерами "Театр.Doc". После того как лагерь разогнали, оппозиционеры еще несколько дней собирались на "Баррикадной" и на Арбате, но вскоре "Оккупай" прекратился. "Лента.ру" выяснила, чем спустя два месяца занимаются самые яркие активисты #оккупайАбай. Кто-то ударился в партстроительство, кто-то занимается поддержкой задержанных по Болотному делу, кто-то пытается создать новое СМИ, медиа-агентство или самоуправляющийся театр, а кто-то до сих пор круглосуточно оккупирует Хамовнический суд.

1. Всеволод Чернозуб и партия "5 декабря"

"Надо думать, как создать новую структуру без манифестов и сотен писем в почтовом ящике. А пока что мы тут опять создаем партию Ленина! - говорит экспрессивная блондинка в коротком цветастом платье. Это знаменитая своими ногами и статусом обвиняемой в организации массовых беспорядков на Болотной площади Мария Баронова.

Она опоздала, поэтому стоит, прислонившись к заваленному настольными играми подоконнику. В затерявшемся во дворах за Сретенским бульваром кафе "Зеленая дверь" оппозиционеры заняли два десятка кресел. Развалившись в них, они создают организационную структуру партии "5 декабря", названной так в честь знаменитого митинга на Чистых прудах. В основном здесь собрались широко известные в узких кругах активисты "Солидарности", "Парнаса" и других окололиберальных организаций.

"У Ленина самая лучшая партия была", - достаточно громко комментирует речь Бароновой самоуверенный молодой парень. Это Константин Янкаускас, которому в марте удалось стать депутатом (правда, всего лишь муниципальным), а в феврале - произнести громкую речь на митинге на Новом Арбате. Теперь он не скрывает претензий на роль одного из лидеров зарождающейся партии. Из других относительно известных персонажей в "Зеленую дверь" пришли "солидаристы" Денис Билунов, Роман Доброхотов и Сергей Давидис.

"А Рыбаченко - наш Ленин", - доносится из угла комнаты вальяжный и насмешливый голос Всеволода Чернозуба. Смысл его шутки в том, что активистка Настя Рыбаченко как раз в день собрания заявила, что из-за угрозы ареста пока не планирует возвращаться на родину из Германии.

Сам Чернозуб (как, кстати, и Настя) вроде бы один из лидеров московской "Солидарности", часто участвует в уличных акциях, но попадает после них только в отделения милиции, а не в сводки новостей. Он часто кокетливо жалуется на свою безвестность, а коллеги-оппозиционеры подшучивают над его ленью.
Когда в "Зеленой двери" кто-то озвучивает идею создания в партии "5 декабря" отряда оперативного реагирования, Доброхотов под общий смех предлагает Чернозубу возглавить группу медленного реагирования.

"Это подтрунивание. И ошибки имиджа, конечно", - объясняет мне потом Чернозуб, немного похожий на Чеширского кота. Может быть, и подтрунивание, но ни одну рабочую группу в партии "5 декабря" он так и не возглавил. Его выдвигали в руководители группы по разработке программы и идеологии партии, но внушительную победу при голосовании одержал Давидис. "Меня специально выдвинули именно сюда, потому что знали, что Давидиса тут не победить", - обиделся Чернозуб.

При этом у Чернозуба есть серьезные амбиции, он давно и сознательно занимается политикой и искренне удивляется, когда я называю его неудачником. Он рассказывает, что состоял в оргкомитете "Стратегии-31", инициировал митинг 5 декабря ("я написал проект, провел его через политсовет, нашел организаторов и исполнителей"), был одним из ведущих политических дебатов в клубе ArteFaq. Надо сказать, что соорганизаторы дебатов попросили Чернозуба уйти, но, впрочем, мероприятие вскоре тихо угасло.

В лагере #оккупайАбай Чернозуб организовал "Белую школу" - уличный университет, в рамках которого ученые, политики, журналисты бесплатно читали лекции и проводили семинары для всех желающих. Сам он называет "Белую школу" самым успешным проектом лагеря, но многие ли слышали о нем?

"Активизм ведь довольно простая вещь, и нужно подбрасывать сложные темы, умных людей, провоцировать размышления. Иначе получается так: увидели фразу и хештег в твиттере, побежали, ура. Увидели другую фразу и другой тег - побежали в другую сторону", - объясняет смысл создания "Белой школы" Чернозуб.

Похоже, он чувствовал себя едва ли не демиургом #оккупайАбай (хотя едва ли кто-то это замечал). "Я здесь мог конструировать что хотел. Мог привести организатора гей-прайда Колю Баева, и уже весь "Оккупай" навсегда изменился. Я привел пару профессоров, и в активистском пространстве появился условный журнал "Логос", - хвастается Чернозуб.

Между тем просветителем ему становиться не хочется. Организовать бесплатный волонтерский университет вместо того, чтобы строить очередную партию, он не собирается. "Это бессмысленно. Они ни х*я не хотят знать, и даже те, кто участвуют, меня напрягают. Они тусовщики и первым делом обсуждают монетизацию проекта, но ни черта не делают. В активизме как? Ты пролежал на коленках няшной телочки половину "Оккупая" и уже чувствуешь себя как минимум Навальным, - шутит Чернозуб.

Он считает себя политиком ("Политика для меня больше чем личная жизнь, я семь лет в движухе и прое*ал нормальную жизнь"), а политик, уверен Чернозуб, не может существовать без партии - до "Солидарности" он был в молодежной Республиканской партии, создавал движение "Свободные радикалы". "Партия как семья политика, как тело", - говорит он.

Новое тело Чернозуба собирается не в сетевой кофейне или дружественном офисе, а в одном из расплодившихся в последнее время в Москве антикафе. Здесь посетители платят за проведенное время, и кроме чая, конфет и печенья поживиться в таких заведениях нечем. Зато можно посидеть в кресле с книжкой, поиграть с друзьями в "Активити" или X-Box, в конце концов, просто поговорить с живым человеком.

"Правильное место для собрания вы выбрали. Они же вечно затягиваются черт знает насколько, а тут время стоит денег", - говорит Билунову зашедший в зал бывший лидер "Обороны" Олег Козловский. В соседней комнате вот-вот начнется его лекция, а в партию "5 декабря" он вступать не хочет (как и большая часть "Солидарности", влившаяся в уже имеющую регистрацию Минюста Республиканскую партию Владимира Рыжкова).

Встреча в "Зеленой двери", действительно, продолжается всего лишь три часа - по партийным меркам, недолго. По ее итогам мне впервые в жизни приходится заплатить за посещение политического мероприятия деньги. 270 рублей это удовольствие, конечно, не стоит: встреча новых лидеров оппозиции прошла на удивление спокойно, если не сказать скучно.

Единственный конфликт случился, когда Баронова, разъяренная обсуждением вопроса о создании оперативного отряда, злобно спросила мужиков в креслах: "Вы издеваетесь? Вот только что произошла трагедия в Крымске! И что вы сделали? Поднимите руки, кто из вас помогал грузить фуры на Смотровой?" (вместе с фотографом Митей Алешковским она организовала там пункт сбора и отправки гуманитарной помощи).

Поднимают руки примерно пять-шесть человек.

"У меня нет времени! Я зарабатываю на свадьбу! Ты не имеешь право укорять людей этим!" - кричит Бароновой Янкаускас.

Та отвечает, что у нее маленький сын, уголовное и куча других дел, но она время помочь людям нашла. Склоку быстро купирует Билунов. Он вообще настроен серьезно и старается рулить процессом. Перед началом встречи он рассказал мне, что к октябрю партия "5 декабря" должна провести съезд. Главная проблема в поиске финансирования - пока что оргкомитет партии договорился скинуться по 50 тысяч рублей, а рядовых активистов обязали делать взносы минимум 100 рублей. Вопрос в том, где этих активистов искать.

Спорили члены партии "5 декабря" и об общей стратегии действий в краткосрочной перспективе. Янкаускас, целью которого является как минимум пост мэра Москвы, убеждал коллег, что задача - выиграть на выборах в Мосгордуму или как минимум сформировать там свою фракцию.

Ему активно оппонировал Доброхотов, с которым у муниципального депутата чуть ли не открытый конфликт. Во всяком случае, в ходе выступления Доброхотова, совмещающего политическую деятельность с работой журналиста в издании "Слон.Ру", депутат цокал языком, качал головой, а иногда отпускал в адрес товарища негромкие, но обидные реплики.

"Надо концентрироваться не на выборах, а на альтернативном будущем, заказать партийную программу ведущим экспертам страны, устраивать круглые столы с политологами и журналистами. Нам нужно сохранять стиль новых митингов, а не возвращаться к эстетике "Солидарности", к бабушкам Каспарова", - говорил под вздохи и ерзанья Янкаускаса лидер движения "Мы".

"Не видел ни одной бабушки Каспарова. Он просто хочет сделать из "5 декабря" движение "Мы", - иронизировал Чернозуб (оппозиционная тусовка обожает издеваться над Доброхотовым, утверждая, что кроме него в движении "Мы" никто не состоит).

Коллега Янкаускаса по муниципальному собранию района Зюзино Наталья Чернышева ожидаемо встает на его сторону: "Целью любой партии является захват власти, иначе это просто пиар и фан". Чернозуб наклоняется ко мне и весело шепчет: "Слушай, бросай пить, вступай в нашу партию! Видишь, как тут все серьезно - будем брать власть!"

Единственный, кто яростно выступает против очередной бюрократической структуры и традиционной партийной повестки - это Маша Баронова.

"Зачем создавать комитеты и подкомитеты? Давайте просто быстро реагировать! Любой организации нужны только бухгалтерия, юрист, группа логистики и IT-отдел", - убеждает Баронова.

"Нужна структура. Без нее у нас не получится управлять тысячей человек", - рассудительно и скучно разъясняет Бароновой азы партийной деятельности многоопытный Билунов.

"Баронова неэлекторальна, а я должен возглавлять список в Мосгордуму", - негромко комментирует Янкаускас.

"Она новый человек, но тут не срежешь черепушку Давидиса, не возьмешь оттуда три ложечки опыта и не вложишь в новую голову. Так что хорошо, что у нас многолидерная структура", - снисходительно замечает потом Чернозуб. Надо сказать, что многолидерной была и потерпевшая политический крах "Солидарность".

Чернозуб, который с одной стороны говорит, что у партии "5 декабря" есть лидеры с опытом и харизмой (Доброхотов и Янкаускас) и хорошие перспективы, сам же признает, что "партийные сюжеты во многом на руку власти, которая зачищая улицу новыми штрафами, делает партии, выборы и митинги на набережной ролевой игрой для мужчин и женщин, любящих деловую одежду".

"Революция сожрала меня живьем. Сейчас есть непонимание происходящего, исчерпанность цели. Ведь мы на стотысячные митинги работали много лет, и вот они пришли, все ништяк, куча классных людей, но чего теперь делать? Дополнительный облом, конечно, что какие-то мутные п***расы типа Пархоменко умудрились бездарно все пр**бать и вместо революции мы имеем неудавшийся переворот и репрессии", - говорит Чернозуб.

Но не заниматься политикой он не может. Тем более что о Чернозубе, наконец, узнают люди. Молодые независимые режиссеры сейчас заканчивают монтировать документальный фильм о событиях российской зимы 2011-2012 годов. Активист Чернозуб будет наряду с условными путинистом и пофигистом одним из трех главных героев фильма. "Вроде бы всю жизнь и до х** этим занимаюсь, а вот потолок - фильм", - печально заключает политик.

2. Павел Овчинников и ассамблея

Преподаватель Павел Овчинников похож на Достоевского с классического портрета кисти Перова. Только молодого и гиперактивного. На ассамблее у памятника Абаю Кунанбаеву он бегал, суетился и кричал громче всех и, кажется, в одиночку способен был справиться с ролью "живого микрофона" (это классическая техника OccupyWallStreet, когда несколько человек повторяют слова выступающего, чтобы его было слышно всем собравшимся в отсутствие звукоусилительной аппаратуры).

Едва ли Павел был таким же бодрым и деятельным, когда в августе 2010 года в Калининградском гематологическом центре ему диагностировали лейкемию. Павлу повезло - он вылечился, но из больницы вышел не "спящим и аполитичным человеком", а убежденным борцом с действующей российской властью (о причинах подобной метаморфозы Павел подробно написал в своем блоге).

После окончания лечения Павел отправился преподавать в школу, но и там его чувство справедливости оказалось ущемленным. "Если бы я к тому моменту знал про "Оккупай", то уверяю, что разбил бы палатку прямо там. Наплевав на мое мнение, они на моем же экзамене ставили тройки людям, которые не знают вообще ничего, а решения на педсовете принимали, как и "Единая Россия", единогласно”, - рассказывает Павел. Судя по всему, он до сих пор зол.

В декабре Павел сходил на Сахарова, а в мае оказался около памятнику Абая. Практически сразу в стихийно зародившемся лагере о себе как о главном источнике власти заявила ассамблея, созданная движением OccupyMoscow по образу и подобию OccupyWallStreet. На ней общим голосованием ежедневно решались жизненно важные для существования лагеря организационные вопросы.

На самом деле ассамблея - это едва ли не самое интересное и важное, что происходило в мае в лагере у памятника Абаю. Ее экстренное заседание в день, когда суд принял решение разогнать лагерь на Чистых прудах, казалось ключевым (если не историческим) моментом в жизни российской оппозиции. Я хорошо помню, как стоял в сгущавшихся сумерках за широкой спиной Бориса Немцова, которого толпа отказывалась пустить к микрофону. "Он не записывался! Пусть ждет своей очереди", - кричали в толпе. В результате отдельного голосования Борису Ефимовичу пришлось подождать.

Мы переглянулись с коллегой Бунтманом с "Эха Москвы" и восхищенно покачали головой - на наших глазах народ творил демократию, не испытывая никакого пиетета перед давно надоевшими, но все еще медийными, а потому необходимыми лидерами. Они - депутаты Илья Пономарев и Дмитрий Гудков, комендант лагеря (чье комендантство не признавал, по-моему, ни один регулярный посетитель #оккупайАбай) Илья Яшин - по очереди призывали обитателей лагеря покинуть лагерь рано утром до прихода ОМОНа. Но ассамблея, уважительно выслушав "самоназванных лидеров", решила стоять у Абая до первых задержаний и только потом разбегаться в разные стороны.

Пусть спецназ в нарушение достигнутых днем договоренностей разогнал #оккупайАбай ранним утром. Важно то, что под ногами казахского поэта в середине мая родилось действующее народное вече. Или это только так тогда казалось.

"Ассамблеи больше не собираются, потому что приходят 10 человек на пустые разговоры. В них нет надобности, это как мертвому делать припарки", - безжалостно описывает нынешнее положение вещей Павел. - Сам я еще верю, что это новая форма коммуникации, и она еще даст о себе знать, но тот сухой остаток людей, которые мы имеем сейчас, очень неконструктивен и непрофессионален".

То, что ассамблее конец, стало ясно 24 мая, когда на свободу из спецприемника вышел Алексей Навальный. Это именно он во многом "спровоцировал #оккупайАбай", признает Павел, и именно до его выхода из заключения предполагалось стоять лагерем у Абая. Вот только выйдя на волю, Навальный поехал не к Абаю, а на Арбат, где закрепилась часть активистов разогнанного лагеря. На ассамблею же, которая вновь стала собираться на Чистых прудах, пришло в тот день не больше 50 человек, в том числе бомжи, пьяные провокаторы и окрестные жильцы. Стало ясно, что ассамблея проиграла Навальному и его "хомячкам".

Но все равно следующие две недели Павел спал по три часа, "тонул в работе", организовывая ассамблеи. В начале июня на #ОккупайАбай прочитал лекцию о современной культуре философ Борис Гройс. У организаторов ассамблеи были большие планы. "Я думал тогда, что мы сумеем чуть ли не все Бульварное кольцо к концу лета превратить в открытую дискуссионную площадку. В моей голове все должно было работать так: тут школа с детьми, тут иностранцев русскому учат, тут Гройс, там Жижек, где-то концерт маленький, где-то политигра - и все это одновременно, - говорит Павел и сам же добавляет с горькой ухмылкой: - Мечтатель".

Примерно после "Марша миллионов" 12 июня начался отток активистов, и сейчас жизнь в группе ассамблеи на Facebook практически замерла. "Людей интересует свобода, гражданское общество и самообразование, только пока есть движуха, а когда ушла милиция, они вернулись в свой привычный мир потребления, семьи и работы в офисе", - сетует Павел.

Последняя его запись в группе на Facebook с расписанием лекций относится к 1-му июля, когда прошли мастер-класс гражданского журналиста Кирилла Михайлова и "Политигра-3". "Политигра, - объясняет Павел, - это, когда мы рисовали политический спектр мелом и просили людей встать в ту точку, с которой они себя отождествляют, а потом начинался спор". Четвертую игру Павел делать не стал, потому что каждый раз в ней участвовали одни и те же люди. "Представь себе какую-нибудь телеигру, в которой состав участников от передачи к передаче одинаковый. Это просто не интересно", - объясняет он.

Впрочем, пессимизм Павла - это не отчаяние, он намерен продолжать работать. "Я продвигаю идею "горизонтального" образования. У всех есть чем поделиться друг с другом - мы достаем из себя скрытое знание и работаем с ним. Важно, чтобы на равных были и дилетанты и эксперты”, - говорит он. Сейчас Павел ведет математику в так называемой "Открытой школе", которую организовали активисты #оккупайАбай. Уроки, в ней, конечно, проходят бесплатно.

"Люди еще воспрянут. Я думаю, власть все больше поводов давать будет. Массовый "Оккупай" спровоцирует что-то внешнее, но к этому времени мы должны предложить некоторый скелет", - уверен Павел. Мясом на таком скелете станут параллельные сообщества. "Свое образование, свои деньги, своя горизонтальная система управления, свои медиа. Если создать параллельное общество, то власть сама сдохнет, потому что останется одна", - рассказывает Павел.

А пока он хочет организовать "самоуправляющийся театр", в котором "коллективное тело ассамблеи будет говорить слаженно, как древнегреческий хор". Вот и Жижек тоже скоро приедет в Москву.

3. Изабель Магкоева и комитет 6 мая

Изабель Магкоевой чуть больше 20 лет, она брюнетка, убежденный марксист, вместо обязательной для современного российского оппозиционера белой ленты носит красную и этим же цветом ярко красит губы. Ее легко представить героиней фильма Бертолуччи "Мечтатели", хотя сама она, похоже, предпочла бы принять участие в революции на улицах Москвы, а не на съемочной площадке.

Зарабатывает на жизнь Изабель преподаванием японского (а почему-то не французского) языка, а в свободное время читает собрание сочинений Владимира Ленина и участвует в работе Комитета 6 мая, защищающего интересы фигурантов Болотного дела. К его деятельности есть много претензий, которые Изабель с возмущением отвергает: по ее словам, комитет старается привлечь внимание журналистов к Болотному делу и организует крупный митинг 26 июля.

Начинала Изабель как активист движения OccupyMoscow, возникшее прошлой осенью, вслед за рождением в США знаменитого ОссupyWallStreet. "Мы почти сразу начали делать свой "Оккупай", разрабатывали западные техники. Самой заметной стала акция, когда мы вывесили с моста баннер. Тогда нас вроде заметили, хотя не особенно", - признается Изабель.

10 декабря Изабель пошла на митинг на Болотной площади в ярко синем пальто и с плакатом "Революция, демократия, социализм", а на проспекте Сахарова "Оккупай" уже делал свой мини-митинг с "живым микрофоном", который впоследствии стал фирменным знаком лагеря на Чистых прудах. Главный опыт #оккупайАбай, по мнению Изабель, заключается в том, что люди смогли самоорганизоваться без лидеров. "Когда повязали Яшина, мы не оказались в растерянности, а продолжали выпускать газету, проводить лекции", - говорит Изабель. Смысл же ассамблеи в том, что в ней человек не делегирует свой голос "тому, кто забудет о нем завтра", а сам принимает решение. Делегировать свой голос Изабель не хочет никому. Активистка Российского социалистического движения вообще с удовольствием бы отменила парламентскую демократию. "Какого черта депутаты принимают законы за нас?! Почему, ну почему!" - она вдруг переходит практически на крик.

Вместо опостылевшей Госдумы Изабель предлагает нереализуемую модель электронной демократии. "Why not? - не соглашается она. - Каждый день ты можешь принимать решение, если хочешь. Мы живем в такое время, когда нам не нужна иерархия, есть более сложные системы, такие как "Википедия" или интернет, которые никому не принадлежат и в которых люди состоят сами по себе”.

Политические лидеры отвечают Изабель взаимностью. На последнем массовом митинге оппозиции 12 июня от #оккупайАбай должна была выступать именно Изабель, но на заседании оргкомитета митингов "За честные выборы" ее кандидатуру забраковали как никому неизвестную. В результате "Оккупай" на сцене представляла Алиса Образцова, которая толкнула пламенную речь в защиту Pussy Riot и против РПЦ. Сама Алиса потом говорила мне, что Изабель вспылила и убежала с заседания комитета, и ничего не оставалось, как согласиться занять ее место.

#Оккупай ответил оргкомитету жестким обращением, в котором задал несколько весьма уместных вопросов. "Кто выбирал членов Оргкомитета? Почему Оргкомитет общегражданских протестов закрыт и непрозрачен? Делегировали ли протестующие этим людям право решать, как будет развиваться протестное движение? Что сделал Оргкомитет для привлечения внимания к незаконным процессам против активистов по делу о беспорядках 6 мая?"

Ответа не последовало. Летом "Оккупай" практически заглох, а Изабель вошла в Комитет 6 мая, хотя вроде бы ненавидит комитеты и оргкомитеты. Мы сидим с Изабель в кофейне на Чистых прудах, и она последовательно критикует всех присутствующих в оппозиции политиков. "Нынешние лидеры могли бы быть посильнее и поумнее, писать нормальные тексты. Сравните героев революции 17-го года и нынешних лидеров. Тот же Сталин, которого я, конечно, считаю ужасным человеком, писал хорошие тексты и был реально умный, не говоря уже о Ленине или Троцком", - сетует Изабель.

Особый статус депутатов-справороссов Пономарева и Гудковых Изабель не признает: "Мне непонятно, почему мнение депутата Госдумы имеет больший авторитет, чем мое". На мой аргумент, что их так или иначе выбрали люди, Изабель с иронией спрашивает: "Люди? А я думала, что нужно какую-то сумму внести, чтобы стать депутатом. И разве сын Гудкова попал в Думу не потому, что он сын Гудкова-старшего? Путина избрали полстраны, но это же не значит, что мы должны к нему с уважением относиться!"

Впрочем, больше всего Изабель не любит либералов, с которыми сотрудничает только ради их медиаресурса. Сергей Пархоменко и его соратники, по словам Изабель, разделили общество на две части - на "хороших" - буржуазную интеллигенцию - и так называемое быдло. "Мне это кажется совершенно ужасным", - говорит молодая коммунистка. Не нравится ей и Алексей Навальный: "Каждый лидер должен обладать интеллектуальной базой, а не просто кричать "Да или нет".

"У нас в стране политический вакуум", - подытоживает Изабель, и похоже, что ей просто хочется самой поскорее стать настоящим лидером. Конечно, она говорит, что пока к этому не стремится, но признает, что с удовольствием выступает на митингах РСД и водит за собой колонны людей.

Изабель почти не улыбается, а рассмешить ее практически невозможно. Наверное, ей кажется, что иначе двадцатиоднолетнюю девушку просто не будут воспринимать всерьез, хотя у Изабель есть четкая система взглядов. "Я за коммунизм, - строго говорит Изабель. - Я, честно говоря, вообще не вижу минусов в левой идее. Я ни у одного даже самого пламенного либерала не встречала сильной критики левых идей. Я искренне считаю, что общество должно быть таким, чтобы у всех были равные возможности. Это единственное, за что стоит бороться”.

Строить коммунизм и свергать действующую власть Изабель собирается (конечно же) с помощью рабочего класса. "Пока мы не начнем говорить на том языке, пока мы не пойдем к ним, у нас ничего получится. Нужно вырабатывать новые технологии сопротивления, и самое эффективное - это, конечно, трудовые забастовки, но с разрушенными профсоюзами это невозможно. Остается расширять активистскую сеть", - рассказывает Изабель.

На июньском митинге на проспекте Сахарова активисты "Оккупая" объявили в любимый "живой микрофон" свою программу действий. По их словам, вышедшие 7 мая на улицы российских городов люди "заняли их раз и навсегда, чтобы освободить от насилия власти". Дальнейшими шагами "Оккупаи" объявили "создание своего телевидения", "формирование ячеек на местах, которые выстроят вокруг себя общество и станут районными советами" и "выход на улицы, чтобы вести агитационную работу, рассказывая о преступлениях режима и методах их предотвращения".

Впрочем, у Изабель есть и собственные оригинальные идеи, как решить проблемы рабочих. "Очень многие функции могут выполнять машины. В обществе ты по праву рождения получаешь еду, одежду и остальное", - рассказывает Изабель. "Это, конечно, супермегаутопия", - нехотя признает она, видя мою кривую ухмылку. Но, по-моему, все равно верит.

4. Артем Темиров и новые медиа

Почти все активные участники #оккупайАбай исповедовали левые взгляды (от социал-демократии до троцкизма) и жаловались на то, что подавляющее большинство СМИ транслируют исключительно либеральные идеи. Поэтому мечта влиять на неокрепшие умы молодежи и просто аполитичных сограждан через собственные медиа прочно засела в головах активистов.

Претворить мечту в жизнь решил еще один активист ассамблеи Артем Темиров. В отличие от своей подруги Изабель, преподающей японский язык, Артем - китаист, аспирант философского факультета МГУ. В прошлом году он вместе с однокурсником выпустил книгу "КНР: Китайская неизвестная реальность" и дал три видеокомментария порталу "Russia.Ru". Впрочем, все это было еще до зимы, когда в России внезапно проснулось гражданское общество.

Теперь на открытой сцене в институте "Стрелка" на Красном Октябре с микрофоном в руке сидит известная журналистка Светлана Рейтер. Она первая, кто прочтет лекцию в рамках Школы независимой журналистики (ШНЖ), которую вдвоем организовывают Артем и Изабель. Рейтер одета нарочито небрежно - в джинсы, черную худи, красные кроксы - и явно чувствует себя не в своей тарелке. Послушать ее рассказ о социальной журналистике пришли больше 50 человек.

Ни Артем, ни Изабель не пытаются представить ШНЖ как чисто образовательную идею - для них это прежде всего политический проект, направленный на борьбу с доминированием либеральных СМИ. "Это иллюзия, что СМИ может быть независимым от идеологии, СМИ всегда проводит ту или иную политическую идеологию. Даже если СМИ ничего не пропагандирует, выбор материалов, выбор героев - все это несет читателю послание об определенном образе жизни и мысли. Наши послания будут о самоорганизации, о солидарности, о взаимопомощи, об образе жизни, который предполагает активное преобразование мира", - объясняет Артем.

Свою лекцию о социальной журналистике Рейтер, пишущая для Esquire, "Большого города", Colta.Ru и других СМИ начинает так: "Первая моя лекция была абсолютно провальная, и вторая, думаю, будет примерно такой же. Я еще тот лектор, говорю плохо, вдобавок не очень понимаю, что такое социальная журналистика". Светлана, конечно, лукавит, зачем-то зачитывает определение, найденное в интернете, интересуется мнением собравшихся, но, наконец, делится с пришедшими нехитрым, но точным определением: "Социальная журналистика - это когда у вас есть тема, которая волнует вас и которая волнует вместе с вами всех остальных".

Послушать Рейтер пришли в основном студентки (парней практически нет) московских журфаков. При том, что сама она, закончив факультет журналистики, имеет к нему много претензий. "Нужен альтернативный журфак. Почему до сих пор вас не учат, как брать интервью, как одеваться? Вот меня, например, всю жизнь интересует вопрос: не смущают ли тех, кого я опрашиваю, три моих татуировки", - говорит Рейтер.

Артем как раз и придумал альтернативный журфак на летние каникулы (есть что-то логичное или даже симметричное в том, что журналистикой теперь занимаются активисты, ведь митинги уже давно организовывают журналисты). "Моя мотивация в данной ситуации связана с моим видением развития движения "Оккупай". И этот проект на мой взгляд, может помочь движению перейти на новый уровень, если нам удастся сделать и свое собственное СМИ", - добавляет Артем.

Примерно 200 человек (именно столько пришло заявок) будут ходить на лекции, которые им прочтут известные журналисты вроде Олега Кашина, Елены Костюченко или Юрия Сапрыкина. Из них 52 человека были отобраны для более глубокой личной работы с так называемыми "кураторами". Маститые журналисты возьмут над одним-двумя студентами шефство и устроят критический разбор их материалов. По словам Артема, будет устроен публичный разбор заметок одним из известных журналистов. Должны пройти и так называемые "воркшопы", где корреспонденты будут разбирать с посетителями школы свои конкретные заметки или интервью.

Светлану Рейтер, которая построила свою лекцию в наиболее выигрышном формате "вопрос - ответ" спрашивали, "как начать заниматься социальной журналистикой", "как общаться с убитыми горем людьми", "как писать заметки, кому звонить". Интересную историю Рейтер рассказала в ответ на вопрос о влиянии, которое могут оказать заметки на жизнь людей. "Года четыре назад в журнале Esquire появилось интервью с Галиной Чаликовой, директором фонда "Подари жизнь". Она очень трогательно рассказывала про то, что в России нет детского хосписа, нет отделения паллиативной медицины и дети в терминальной стадии рака умирают без обезболивания. А потом случилось какое-то невероятное чудо. Одна довольно обеспеченная женщина летела из Шереметьево куда-то там в Париж, купила по дороге журнал Esquire, прочла этот материал, поплакала. Прилетела в Россию и дала денег", - рассказала Рейтер и добавила, что больше таких примеров в ее жизни не было.

"Мы же все-таки "Оккупай", а значит, мы должны захватывать и освобождать пространства", - сказал собравшимся Артем после того, как лектор ушла. Вот и Рейтер планировала выступать на улице, в заброшенном амфитеатре на Рождественском бульваре, но в последний момент лекция была перенесена в "Институт Стрелки". В современной России любое публичное мероприятие на свежем воздухе могут признать несанкционированным митингом и впаять многотысячный штраф.

Конечная цель ШНЖ, по словам Артема, заключается в том, чтобы через три месяца ее студенты не захотели больше делать то, что они делали раньше, а поняли, что у них расширились горизонты и решили бы вместе создавать новое медиа.

Новое СМИ, конечно, должно быть левым. Сколько можно плодить рупоры либеральной пропаганды? Впрочем, Артем не соглашается, что будущее СМИ будет именно левым. "Вот скажем, активно освещать деятельность независимых профсоюзов и студенческих организаций - это вроде бы левая тема. Но при этом, это факт нашей реальности, а либеральные СМИ это практически не освещают. Если журналист пишет материал про реформу образования, то, естественно, у нас не может быть материала, который хвалит инициативы сделать его платным. В таком смысле, да, будет ориентир на левые ценности", - объясняет он.

Журналисты, которые будут читать лекции в ШНЖ, в основном придерживаются либеральных убеждений, но и они, конечно, разделяют курс на большую человечность. "Если ты журналист, пусть сторонний человек, но получилось так, что ты можешь помочь, тогда, конечно, ты должен помогать. Например, у одной семьи, с которой я общаюсь, детям постоянно нужен некий препарат. У меня есть возможность заказывать этот препарат по интернету и оплачивать, а у них нет. Что я им скажу? Извините, я журналистка, я сторонняя?", - говорит Рейтер.

В ближайшую неделю ряд журналистов и активистов запустят новое СМИ, которое будет одновременно писать о конкретных социальных проблемах, собирать для их решения деньги, гуманитарную помощь, максимально способствовать исправлению ситуации и следить за развитием событий.

5. Виталий Шушкевич и социальные сети

Второй номер четырехполосной цветной газеты "Добрый лагерь" около памятника Абаю Кунанбаеву раздавали 15 мая. Там была удобная карта лагеря с пиктограммами (не хватало только значка туалета, но две синие кабины за пару дней до разгона увез ОМОН) и наглядная схема управления лагерем. В ней "источником власти назывался твиттер и фейсбук, а Илья Яшин "символизировал Навального" (сам он читал эту газету на следующий день в лагере в сквере у высотки на "Баррикадной" и очень удивлялся своей новой роли).

На следующее утро после выхода газеты лагерь был уничтожен. Но на последней странице газеты уже была короткая заметка о том, что разгон неминуем, так как суд постановил убрать #оккупайАбай с бульвара. Содержание номера менялось на лету. "Разгон доброго мобильного лагеря - оксюморон, он ведь мобильный. Лагерь просуществует в центре еще месяц, до Марша миллионов 12-го июня", - говорилось в газете. Авторы выдавали желаемое за действительное, и до конца мая мобильные лагеря не дожили.

Выпуском газеты "Добрый лагерь" занимался активист Виталий Шушкевич, куда более известный под ником Бериллий. Вечно взъерошенного, полноватого Бериллия многие не любят, еще больше людей не принимают его всерьез, кто-то считает его ментовским информатором. Но именно он часто оказывается первым, кто начинает что-то делать, а не просто причитать в "твиттере". Например, именно он организовал пикеты у Петровки, 38 в поддержку журналиста Олега Кашина, когда того избили до полусмерти. Во всяком случае, именно Бериллий сделал самые прочные и яркие плакаты, в отличие от коллег, пришедших на пикет с листами бумаги A4.

8 мая, когда лагерь оппозиции закрепился на Чистых прудах, Бериллий решил, что надо "ложиться костьми и делать протест постоянным, раз не помог рост численности". "При любого рода институциализации последовательно возникают потребность и общая цель, затем стихийные правила и процедуры, и наконец формальные нормы и роли", - объясняет активист. Поэтому Бериллий пришел к Абаю и с помощью коробки конфет Rafaello убедил знакомых журналистов написать конституцию лагеря. Впрочем, она так и не была написана и в общем не понадобилась: "Благодаря аресту Навального на 15 суток, лагерь не распался в будние дни и без нашего сбора подписей. Активисты типа Маши Бароновой его вытащили на себе".

"Нам осталось только объяснять активистам мир, стратегически верно отвечать на их вопросы", - описывает свою роль на #оккупайАбай Бериллий. Похоже, что и он чувствует себя одним из демиургов лагеря у памятника Абаю Кунанбаеву. И наверняка таковым его никто из обитателей лагеря не считал и не считает. "У меня и моей команды была цель сделать лагерь такой диссипативной самоорганизующейся системой, которая разбрасывала бы вокруг себя зубы дракона, изменяла бы под себя Россию", - совершенно серьезно говорит он.

Главным элементом бериллиевской пропаганды ("Мы стремились подать собранные факты и мнения так, чтобы подача изменила бы расклад сил в сторону усиления, улучшения лагеря как самоорганизующейся структуры") и стала газета. Первый номер Бериллий напечатал в кредит, но на собранные через "яндекс-кошелек" деньги удалось его отбить и оплатить двойной тираж следующей газеты. Название "Добрый лагерь", которое позже использовалось и волонтерами в Крымске, ему подарил Навальный. Собственно хештег #оккупайАбай, под которым лагерь вошел в историю, придумал редактор "Ленты.ру" Султан Сулейманов. Бериллию это название не нравится, так как "из-за американского уличного движения оно ассоциируется со злыми немытыми людьми". В свою очередь газета Бериллия не нравилась активистам лагеря, поскольку, по их мнению, прославляла не лагерь, а лично Навального.

"Необходима экспансия. Ее можно осуществлять в двух направлениях: ростом материнского лагеря и созданием новых дочерних лагерей", - говорится на последней странице газеты "Добрый лагерь". Этого сделать не удалось, и кто как не Бериллий знает почему. "Надо было держаться хотя бы до июля. Надо было вытаскивать половину сотрудников из оппозиционных офисов на Таганке, в Каретном, на Покровке, на Пятницкой и сажать с WiFi-модемами на траву", - делится какими-то фантастическими идеями Виталий. Так, офисный планктон должен был одновременно с работой блокировать проезд Путина по Воздвиженке. Президента Бериллий, кстати, называет только "гнидой".

Но смерть мобильных лагерей - не трагедия, уверен Бериллий. По его словам, #оккупайАбай посеял много "зубов дракона". Это и волонтерское движение в Крымске, которое, по мнению Бериллия, в течение двух лет станет у Пономарева и Навального тем, чем было МЧС в 1991 году у Ельцина. Это и новые девятнадцатилетние активисты (сам Бериллий уже немолод - 30 июля ему исполняется 22 года), которые теперь делают международную политику за сценой и в гримерке у Franz Ferdinand и RHCP. Но из тех же зубов дракона выросли и "безумные законы против митингов, НКО, интернета и журналистов, которые разрушили российскую систему права и оттолкнули от власти всех трезвомыслящих людей", а "политика в России сменилась истеричной полицейской спецоперацией".

Впрочем, Виталий уверен, что это хорошо и система перешла в новое состояние, которое закончится победой. Для возрождения протеста понадобится мощный информационный повод - нарушения на выборах в Мосгордуму или арест Навального и Пономарева в один день. Бериллий считает, что гражданская война в России может начаться даже из-за Нади Толокно. "Протестующие и религиозное руководство находятся по разные стороны баррикад, и события будут развиваться по арабскому сценарию. Для гниды это гарантия сохранения у власти", - заключает активист.

Пока суть да дело, Бериллий занимается созданием медиа-агентства "Исход". "Это такое кодовое слово для определения своих: если человек спросит про книжку, то он свой и ему можно доверять, если спросит про библейские коннотации - его можно уважать, а если начнет ныть про странное название - на нем можно делать деньги", - рассказывает Бериллий. Его бизнес-модель заключается в том, что "все уехавшие и оставшиеся на родине необрезанные евреи, которые переживают гонения и борются с бандитами за право владеть собственной страной, должны помогать друг другу".

"Исход" занимается публичной защитой общественных интересов в социальных сетях. "Мы всегда на стороне слабого против сильного и бизнесмена против чиновника. Сейчас таких больших клиентов нет, и я в основном работаю со СМИ, продюсируя отдельные проекты. Иногда консультирую коммерческих клиентов о том, как использовать социальные медиа", - говорит Бериллий.

Очевидно, агентство пока не процветает, и Бериллий пытается придумать какой-нибудь другой бизнес. "Было бы классно стать исследователем или правозащитником, но для счастья мне нужно три вещи: вставать после двенадцати, заниматься любимым делом и получать хотя бы тысячу евро в месяц", - добавляет он. Возможно, когда-нибудь и за участие в #оккупайАбай будут платить деньги, но похоже Бериллию лучше просто попробовать устроиться работать журналистом.

6. Дмитрий Куминов и #оккупайсуд

После разгона #оккупайАбай оппозиционеры сначала передвинулись в сквер около "Баррикадной" (#оккупайБаррикады), а затем на Арбат к памятнику Булату Окуджаве (#оккупайАрбат). Оба этих лагеря подвергались систематичным атакам со стороны ОМОНа. Спецназовцы не только регулярно задерживали активистов (задержанного на "Баррикадной" Яшина позже суд отправил на 10 дней в спецприемник), но и отбирали у них еду. Создать там настолько же сложный по устройству лагерь, как получился у памятника Абаю, не удалось. Вскоре после выхода лидеров оппозиции из-под ареста расцвет "Оккупаев" сошел на нет, и лагеря прекратили свое существование.

Единственный до сих пор существующий оппозиционный мини-лагерь - это #оккупайсуд. С 11 мая несколько активистов держат круглосуточный (с небольшими перерывами) пикет то у Мосгорсуда, то у Таганского или Хамовнического судов. Поскольку российская власть патологически боится палаток (помню, как установленную муниципальным депутатом Еленой Ткач в сквере возле "Баррикадной" палатку моментально разломал и унес с собой целый взвод омоновцев), то активисты сидят у здания судов на пенках, а ночуют в спальниках. От дождей, которых в июле было немало, их спасают целлофан и зонты.

"Был еще большой оранжевый зонтик Pussy Riot, на котором мы собирали подписи в их поддержку, но прибежали фашисты и порвали его", - рассказывает активист #оккупайсуд и программист Дмитрий Куминов. Собственно, именно солидарность с девушками из группы Pussy Riot, который месяц сидящими в тюрьме, и объединяет шестерых активистов (в основном это безработные - пенсионеры, студенты, один человек со сдельной работой).

"Меня затронула эта история, потому что власти своими действиями перешли некий предел. Я очень серьезно отношусь к свободе слова и к ее ограничению, и когда впервые увидел ролик с акции в Храме Христа Спасителя, то подумал, что, если отбросить первую, совершенно нормальную реакцию возмущения на неподобающее поведение в храме, то это очевидный удар по самолюбию Путина и по выстроенной им связке с РПЦ", - говорит Дмитрий. Он дал себе слово выйти на улицу, если к "смелым девушкам" будут применены "репрессии". Теперь он пытается это слово держать.

Вообще же оккупировать Мосгорсуд в поддержку PussyRiot придумал гражданский журналист Кирилл Михайлов еще во время существования #оккупайАбай. "После очередного заседания-цирка в Мосгорсуде об обжаловании продления ареста Pussy Riot Кирилл сел на травку напротив суда и сказал, что не уйдет. К нему подключились еще люди, в том числе Таня Болотина и я, - рассказывает Дмитрий. - Через пару дней милиция нас вытеснила в Богородский сквер, Кирилл оставил лагерь и ушел обратно к Абаю, а мы с Таней и еще несколько активистов остались". И сидят там до сих пор.

Делать это не так уж и просто - лагерь периодически разгоняет то полиция, то неравнодушные консервативно настроенные граждане. "26 мая прибежали хулиганы и разгромили наш лагерь, а 28 мая находящихся там двух активистов и двух гостей арестовала полиция вместе с остатками вещей", - рассказывает о самой серьезном потрясении в истории существования лагеря Куминов. Тем не менее, лагерь восстановился и после этого удара и просуществовал там до конца июня. Когда начались очередные заседания у Таганского суда, #оккупайсуд перебрался к Таганскому суду и с тех пор ездит за арестантами по Москве.

Несмотря на то, что девушкам то и дело продлевают срок ареста (последний раз до января 2013 года), Дмитрий уверен, что их акция не бессмысленна: "Нужно постоянно напоминать о своем существовании властям и суду. Они должны знать, что там постоянно сидят недовольные их действиями люди. Мы думаем, что это их раздражает, а следовательно - заставляет думать о деле. Там, глядишь, и додумаются до того, каким бредом и безумием они занимаются". Кроме этого активисты #оккупайсуд планируют заняться информированием населения и устраивать специальные прогулки, раздавать листовки и наклейки, проводить семинары.

P.S. Несмотря на то, что никто из активно участвовавших в жизня лагеря на Чистых прудах активистов не сдался и не опустил руки, пока что только ночующие на #оккупай суд активисты полностью сохраняют и дух, и форму #оккупайАбай (даже члены OccupyMoscow вынуждены были перебраться в стены института "Стрелка"). Но все "абайцы", опрошенные "Лентой.ру" сходятся во мнении, что #оккупайАбай не закончился, а только прервался на время.

Россия00:0124 сентября

«Делая вид, что лечишь»

Как работать без лекарств и оборудования: откровенный рассказ российского врача