«Важен диалог между родителями и детьми»

Интервью с координатором Коалиции ЕС «Безопасный интернет детям»

Обложка журнала Vodafone Digital Parenting
Обложка журнала Vodafone Digital Parenting

13 марта российское представительство Google вместе с РАЭК провело конференцию, посвященную созданию в интернете среды, безопасной для детей. И хотя организаторы об этом не говорили, но очевидно, что мероприятие стало ответом на «Форум безопасного интернета», проведенный их неформальными оппонентами — Лигой безопасного интернета. Одним из спикеров конференции стал Андреа Парола, координатор Коалиции ЕС «Безопасный интернет детям». «Лента.ру» расспросила его о роли саморегулирования в обеспечении детской безопасности в Сети.

Коалиция «Безопасный интернет детям» объединяет более 20 крупных интернет- и IT-компаний, включая Facebook, Google, Nokia, Vodafone и British Telecom. Организация ставит перед собой задачу развития инновационных путей обеспечения детской безопасности в Сети и обучения детей и их родителей. Коалиция отчитывается перед Еврокомиссией.

Сам Андреа Парола одновременно является советником Европейской ассоциации компьютерных навыков, которая содействует обучению людей со всего ЕС безопасному пользованию интернетом. На конференции в Москве Парола говорил о роли саморегулирования отрасли в борьбе с вредной для детей информацией.

«Лента.ру»: Давайте начнем с самого простого. Что вообще принято понимать под вредной для детей информацией?

Нет четкого определения. Все меняется в зависимости от возраста и места проживания ребенка. Например, дети, живущие в Северной и Южной Европе, встречаются с разными проблемами. Но как я это понимаю, вредная информация — это такая информация, которая вызывает какое-то негативное восприятие, чувство. Я понимаю, что это очень расплывчатая формулировка. Но когда это все рассматривается в применении к интернету, под вредным воздействием понимается именно то, что оставляет негативный осадок или впечатление.

И все-таки есть какое-то формальное понятие? Когда заходит вопрос о регулировании, должны же существовать какие-то формальные термины?

Когда речь заходит о регулировании, то мы говорим о двух категориях: нелегальный контент, то есть тот, что запрещен законом, и неподобающее, нежелательное содержание. Например, взрослая порнография легальна во многих странах, но для шестилетнего ребенка это может быть серьезным психологическим шоком. И вот это — вариант неподобающей информации.

Этот нежелательный контент определяют сами компании, например, провайдеры. Скажем, ряд компаний дает рекомендации родителям и говорит им о том, что, кроме нелегального контента, бывает и неподобающая информация. А, к примеру, в Великобритании есть организация Internet Watch Foundation, она составляет целые списки адресов страниц, которые следует заблокировать. Но это делается в духе саморегулирования, а не навязывается властями как норма.

Каким бывает саморегулирование?

Зачем вообще компании занимаются саморегулированием? Во-первых, потому что они считают, что важно создать более комфортное и дружелюбное место для детей, выходящих в интернет. Это этический аспект.

Во-вторых, есть бизнес-соображения. Если у детей будет приятный опыт при выходе в интернет, если они будут чувствовать себя в безопасности, они вернутся туда. Они будут использовать мобильные устройства для выхода в Сеть, будут пользоваться онлайн-сервисами, играть в онлайн-игры. Это имеет смысл с деловой точки зрения.

Это причины. А какие бывают виды саморегулирования?

Рассмотрим для примера Google, у которого есть Безопасный поиск. Если ваши дети используют поиск Google, то вы можете установить параметры безопасности, [которые уберегут их от вредной информации].

Второе — родительский контроль на мобильных устройствах. Скажем, оператор Vodafone разработал специальное приложение Vodafone Guardian. Оно позволяет родителям блокировать не только нелегальный, но и вредный контент. Важно отметить, что это делается в духе диалога и взаимопонимания между родителями и детьми. Это не цензура. Вся идея саморегулирования строится на том, что родители выступают в роли наставников для своих детей.

Или вот YouTube. Каждую минуту туда загружается 72 часа видео. И тут нужно провести различие между профессиональным и пользовательским контентом. YouTube дает профессионалам возможность классифицировать материалы по категориям доступности, исходя из национального законодательства или по правилам самого видеохостинга. Когда же речь идет о пользовательских видео, [ситуация иная]. Например, если я сниму на видео нас, тут сидящих, и тут же передам это видео на YouTube, я не смогу никак классифицировать ролик, я не эксперт. И если на это видео будет подана какая-либо жалоба... Скажем, это абсолютно легальное видео, но мы на нем используем ненормативную лексику — это кого-то может оскорбить, и они могут пожаловаться в YouTube. Команда сервиса 24 часа 7 дней в неделю решает, подходит ли видео под их правила и классификацию. Это один из примеров того, как компания борется с неподходящим контентом.

То же с соцсетями — Facebook или Google+. У них есть собственные системы мониторинга контента, они реагируют на все жалобы пользователей. Или журнал Digital Parenting. Его издает Vodafone, но с оператором сотрудничают 10 компаний — Walt Disney, Samsung, BlackBerry, Google… В каждой статье родителям рассказывают, что они могут сделать, чтобы обезопасить детей от ненужного опыта общения с интернетом.

А что если ни родители, ни провайдер не защищают ребенка от вредной информации. Может ли в такой ситуации вмешиваться государство?

Я думаю, в каждой стране есть свои представления о том, как далеко в этом вопросе может или не может заходить государство. Как я понял из слов замминистра [связи Алексея Волина, выступавшего на конференции], россияне с нетерпением ждут, когда государство начнет предпринимать шаги в этом направлении. В другой стране люди будут ожидать, что правительство обратится к интернет-компаниям, чтобы они что-нибудь сделали. Оно может сказать: или вы займетесь саморегулированием, или мы примем свои меры.

Но интернет и цифровые технологии развиваются так быстро, что регулятору очень сложно угнаться за ними и в техническом, и в социальном плане. Вот почему саморегулирование со стороны интернет-компаний, осуществляемое прозрачно и ответственно, обычно является самым эффективным подходом к решению данной проблемы.

Можете ли вы привести практические примеры того, как в европейских странах ведется борьба с вредной для детей информацией?

Прежде всего: все, что нелегально, вообще не должно присутствовать в интернете. В качестве примера тут можно привести детскую порнографию. Но [на тему защиты детей] существует 27 законодательств, по числу стран в Евросоюзе.

Итак, представим ситуацию: я со своим сыном сижу перед компьютером, и нам попадается картинка с детской порнографией. Я хочу сообщить адрес этой страницы. В ряде стран в браузер может быть встроена специальная кнопка, [сообщающая о незаконном контенте]. Если ее нет, я должен найти в поисковике наиболее подходящую горячую линию.

Я жалуюсь на страницу, жалоба попадает в хостинг-компанию, а потом уже в полицию. Но тут возникают проблемы. В ряде случаев полиция просит вас не уходить с этой страницы для расследования. Но я родитель, я не могу. Меня совершенно не устраивает, что эта картинка будет висеть у меня, пока приедет полиция. И я жалуюсь опять, теперь — своему интернет-провайдеру. И провайдер не может сказать: «Извините, мы занимаемся полицейским расследованием». В данной ситуации, когда возникают проблемы, компании и правоохранители должны входить в контакт, действовать лицом к лицу.

Или есть такая организация, Financial Coalition, в нее входят Google, Microsoft, VISA, Mastercard и другие. Суть в том, что когда человек в Сети покупает педофильскую порнографию, он осуществляет денежный перевод. И эти деньги куда-то идут. Идея в том, чтобы проследить путь денежного перевода и найти тем самым «плохих парней», стоящих за сайтом.

В одном из регионов России проводится эксперимент: все провайдеры предлагают родителям по умолчанию включить родительский фильтр. Речь идет о белом списке разрешенных сайтов, который составляется негосударственной организацией. Как вы относитесь к такой инициативе?

Есть похожие инициативы, связанные с онлайн-играми для детей, когда все запрещено, кроме того, что разрешено. И там действует модерация, контролирующая чаты между детьми, чтобы те не передавали своих личных данных, адресов, телефонов. Просто плати и развлекайся. Потому что вы не знаете, кем на самом деле является ваш собеседник по другую сторону компьютера.

Но тут есть скрытая опасность. Представим, что ребенок подвергается домашнему насилию и находится в тяжелой обстановке. Возможно, он воспользуется интернетом, чтобы призвать к помощи. И такие дети могут использовать слова или выражения, которые попадают в черный список. Поэтому, если вы наложите черные списки на весь интернет, он потеряет свою функцию. Интернет — это свободное медиа.

Обсудить
Маэстро, урежьте марш
Большая семерка и НАТО — не «концерт держав», а оркестр
Manchester Arena incident Police at Manchester Arena after reports of an explosion at the venue during an Ariana Grande gigКровь Манчестера
Что известно о взрыве, унесшем жизни минимум 22 человек
The library at Holland House in Kensington, London, extensively damaged by a Molotov 'Breadbasket' fire bombВзорвать Британию
Соединенное Королевство уже 48 лет ведет необъявленную войну с бомбистами
Kurdish Peshmerga forces guard their position at Omar Khaled village near Tal Afar, west of Mosul August 24, 2014. Peshmerga forces intensified their defences in the southern parts of the oil-rich city of Kirkuk on Saturday, defending ramparts just a few hundred metres away from Islamic State militants.Боевой народ
Рассорят ли курды США и Турцию
Дональд ТрампТанцы с саблями
Президент США с удовольствием и пользой провел время в ваххабитском королевстве
US former President Barack Obama and his wife Michelle walk during their visit to Siena, Tuscany region, Italy, Monday, May 22, 2017. The Obamas arrived in Tuscany last Friday for a six-day holiday. (Fabio Di Pietro/ANSA via AP)
комментарии:
На свободу с чистой совестью
Новая жизнь Обамы и его семьи — еще лучше прежней
Бьюти-блогер Shaaanxo Макияж с шестью нулями
Красивый бизнес по-женски: как заработать миллионы на пудре и помадах
Памела Андерсон на Каннском фестивалеПамела, которую мы потеряли
Звезда «Спасателей Малибу» и другие знаменитости, очарованные ботоксом
Трое — не толпа
Как живется в любовном союзе, если в нем больше двух человек
Тест-драйв японского брата «Дастера»
Как Nissan Terrano стал еще ближе к Renault Duster
15 машин на реактивной тяге
90-летняя история автомобилей с двигателями от самолетов и ракет
«Фольксвагены» мечты
Пять кастомных концептов VW для покорения США
Хороший, плохой, злой
Q50S, 340i и AMG C 43 мощностью 1100 лошадиных сил. Разум или безумие?
От нашего стола
Российские интерьеры, сводящие иностранцев с ума
Зависли на хате
Украинцы придумали дом, который может обойтись без российского газа
Москва за нами
Какие квартиры можно купить в пределах МКАД по цене до трех миллионов рублей
Сносное настроение
Демонтаж жилых домов в Москве: что нужно знать
Вышка светит
Как выглядит частный особняк, побивший мировой рекорд этажности