Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

«Оголиться перед камерой было не самое трудное»

Актер Джеймс Макэвой — о съемках у Дэнни Бойла

Джеймс Макэвой
Фото: Rex Features / FOTODOM.RU

Шотландец Джеймс Макэвой в 2014 году появится в новых «Людях Икс» Брайана Сингера, а пока он занят продвижением своего последнего проекта — картины Дэнни Бойла «Транс», которая вышла в российский прокат 4 апреля. «Лента.ру» встретилась с актером в Лондоне и убедилась, что он умеет и любит шутить с каменным лицом.

Лента.ру: Что вас привлекло в «Трансе»?

Джеймс Макэвой: Дэнни! Дэнни, Дэнни, Дэнни — это в первую и главную очередь. Я согласился на роль еще до того, как прочел сценарий. А когда прочел, убедился, что не прогадал — мне досталась отличная роль очень сложного персонажа.

Для которой вам еще и обнажаться пришлось, и не только физически, но и психологически, не так ли?

Я не против того, чтобы оголяться (начинает медленно снимать кожаную куртку) перед съемочной группой, в этом-то как раз ничего страшного нет. Другое дело, что в фильме я, в отличие от Розарио Доусон, все же не совсем голый. Например, в кадре нет моих гениталий — и на том спасибо. Но все, кто присутствовал на площадке, видели меня во всех подробностях — вот как им повезло-то! Раньше я стеснялся, а сейчас вообще не вижу в этом проблемы. Со мной в фильме что только ни делают: меня избивают, пытают, ногти вырывают, так что оголиться перед камерой было не самое трудное. Так вот, возвращаясь к вашему вопросу, психологически это все пережить было гораздо труднее. Мы снимали сцену пытки почти целую неделю, и уже на второй день я чувствовал себя так, будто меня переехали асфальтоукладочным катком. Даже жена спрашивала, что со мной такое. А мне просто было настолько некомфортно играть эти эмоции, что я каждый день через силу заставлял себя ходить на работу. Никогда в жизни я раньше такого не испытывал при работе над фильмом.

А почему именно в этот раз вас так «накрыло»? Что в этом персонаже такого, что вам было так трудно его играть?

Он не только жертва физического насилия и пыток, но еще и оказывается вовлеченным в насилие психологического характера, причем он даже не в курсе этого. Я чувствовал, что не до конца контролирую персонажа, потому что он и сам не до конца контролирует себя, и иногда я был вынужден просто плыть по течению, не зная, куда вынесет в следующую минуту.

Как думаете, ваш Саймон — виновник или жертва?

Я все-таки думаю, что он жертва, но это не означает, что он не совершал плохих поступков. Еще как совершал, пусть и когда-то давно, в прошлой жизни. По сути дела, все персонажи в фильме являются одновременно и жертвами, и преступниками. Причем каждый из них проходит трансформацию в наших глазах настолько неожиданную, что тому, кто казался главным злодеем, мы ближе к финалу начинаем сопереживать больше остальных. Саймон, конечно, мерзавец, и я резко осуждаю применение насилия в быту, но заслуживает ли он за это смерти? Нет, не заслуживает.

Вы сами так же легко поддаетесь гипнозу, как и ваш персонаж?

К сожалению, нет. Меня несколько раз пытались загипнотизировать в ходе подготовки к роли, но я ни разу так и не поддался. Даже обидно! В фильме говорится, что пять процентов всего населения земного шара легко впадают в транс. Так что я, получается, примкнул к меньшинству — к 95 процентам.

Если бы вы задумали ограбление, какую картину вы бы украли?

(Долго думает.) Да если честно, никакую. Меня бы вполне удовлетворила репродукция. Я убежден, что картины должны выставляться в музеях, и не вижу причин, почему их нужно хранить взаперти для пары-тройки людей. Это эгоистично — прятать произведения искусства, чтобы любоваться на них самому.

Каково было работать с Дэнни Бойлом в то самое время, когда ему надо было придумывать открытие Олимпиады в Лондоне?

Честно сказать, я даже не заметил этого. Мы впахивали 12-14 часов в сутки, шесть дней в неделю, и он ни разу за все время съемочного периода не сказал: «Извините, я сейчас отвлекусь на полчасика, мне надо срочно поработать над Олимпиадой и придумать, как бы поизящнее прославить нацию». Не знаю, как он умудрялся все это совмещать. Просто в нем столько задора и энергии, что заниматься сразу несколькими проектами для него — сущий пустяк.

У вас был какой-то беспощадный график.

О да, мы постоянно чувствовали себя вымотанными до предела, хотя это нормальная ситуация, если ты снимаешься в независимом кино: бюджет небольшой, всем приходится перерабатывать лишние часы. Мы выживали только за счет неиссякаемого энтузиазма нашего режиссера, которым он заряжал весь актерский состав и съемочную группу. Мы продолжали трудиться изо дня в день, потому что Дэнни служил нам отличным примером. Его волосы постепенно становились длиннее и колючее, и, я подозреваю, он свои торчащие пряди использовал как антенны, чтобы передавать нам свою энергию.

Занятно, что и вы, и Дэнни в свое время всерьез рассматривали возможность связать свою жизнь с католической церковью и стать священником.

И он тоже? Серьезно? Ну дела, я и не знал! По правде говоря, в 15-16 лет я хотел быть миссионером только потому, что меня прельщала идея путешествовать по миру и видеть разные страны. Но очень быстро я понял, что для того, чтобы путешествовать, совсем необязательно становиться католическим священником. Достаточно просто стать актером. Правильно я рассудил, не так ли?

В вашей фильмографии хватает как голливудских блокбастеров, так и скромных европейских фильмов. Это вы так стараетесь соблюдать творческий баланс?

Просто я стараюсь как можно чаще принимать участие в чем-то необычном — в разумных пределах, конечно. Я прекрасно осознаю, что через год-другой выйдет новый фильм из серии «Люди Икс», поэтому я могу себе позволить сыграть в независимом кино. Но главное условие — это должен быть интересный проект с отличным сценарием, в котором я как актер смогу проявить себя. Я никогда не принимал участие в инди-фильме только для того, чтобы продемонстрировать всем, какой я молодец и как рьяно поддерживаю независимое кино. Просто всегда приятно иметь возможность сниматься и в инди, и в блокбастерах.

Вы не хотите и сам когда-нибудь попробовать себя в качестве режиссера?

Очень хочу. Правда, я пока не представляю себе, что это будет за кино — на данный момент у меня нет никаких идей и планов. Просто сейчас я вовсю наслаждаюсь актерством, и мне не хочется втягиваться в деятельность, которая будет меня отвлекать от основной. Знаете, я часто вижу плохо поставленные фильмы и говорю себе: «Блин, да я такую работу сделаю, не вставая с дивана». А потом, когда мне доводится сниматься в фильмах у действительно сильных режиссеров — Дэнни Бойла, Джо Райта или Мэттью Вона, я понимаю, что мне до них еще плясать и плясать.

Вы популярный актер, но при этом как-то умудряетесь держаться в стороне от всей этой селебрити-шумихи. Это сознательный выбор?

Да, более или менее. Только не поймите меня превратно, ведь я с удовольствием общаюсь с прессой и с жалостливым видом передаю через нее зрителям мое послание: «Ну пожа-а-алуйста, придите посмотрите наш фильм!» Я с готовностью хожу на большинство светских мероприятий, включая вручения различных премий — особенно, если меня вдруг случайно номинировали. Иногда участвую в благотворительности, иногда посещаю премьеры фильмов, в которых заняты мои друзья. Это все нормально, от этого никуда не деться. Но в остальном предпочитаю держаться немного в тени и не попадать в зону действия радаров самых гнусных таблоидов. Тут еще вот какое дело: я ведь актер, и зрители должны верить мне, какие бы обличья я ни принимал. Но если они привыкли видеть меня настоящего по телевизору и в прессе, их все труднее заставить поверить моему персонажу на экране. Если образ меня в реальной жизни перебьет все мои экранные воплощения — это серьезный актерский провал.