Лекарство против неба

Генерал заплатит Минобороны за разбившийся на учениях Су-27

Канамат Боташев
Фото: Олег Харсеев / Коммерсантъ

В Петрозаводском гарнизонном военном суде завершается рассмотрение дела о крушении истребителя Су-27 в Карелии в 2012 году. Обвиняемый по делу генерал-майор ВВС Канамат Боташев 23 апреля в последнем слове полностью признал вину и пообещал возместить причиненный ущерб, составивший, по подсчетам прокуратуры, 100 миллионов рублей. Приговор генералу будет оглашен 24 апреля.

Сделавший блестящую летную карьеру, Канамат Боташев выбрал небо в качестве своего призвания не сразу. Родился будущий генерал-майор ВВС в 1963 году в селе Нижняя Теберда в Карачаево-Черкесии. Сразу после окончания школы Боташев поступил в Астраханское морское училище, но уже через год перевелся в Ейский высший военный авиационный институт. Крестьянская семья Боташевых оказалась богатой на военные таланты: младший брат Канамата, Мурадин, стал морским летчиком и в настоящее время в звании полковника занимает должность заместителя командующего Балтийским флотом. Заключительным этапом карьеры Канамата Боташева стало командование 7000-й авиабазой первого разряда в Воронеже.

С этой базой связан более ранний инцидент с участием Канамата Боташева. В декабре 2011 года, не получив соответствующего допуска, он сел за штурвал Су-34. Скорее всего, речь идет об одном из новых фронтовых бомбардировщиков, которые прибыли на авиабазу в том же месяце по программе перевооружения и к пилотированию которых опытные летчики авиасоединения готовились в течение длительного времени в учебном центре. Наказанием для Боташева тогда стало отстранение от полетов, оно оставалось в силе и на момент происшествия в Карелии.

Правила допуска к полетам, как потом установило следствие, Боташев нарушил и 28 июня 2012 года, когда сел в кабину Су-27УБ (учебно-боевой) на гарнизонном аэродроме возле карельского поселка Бесовец. В тот момент на авиабазе проходили летно-тактические учения, но перед экипажем истребителя стояла задача только провести воздушную разведку погоды. Впоследствии на суде Боташев всячески уходил от вопроса о том, приказывал ли он включить себя в состав экипажа. По его словам, они с командиром экипажа полковником Евгением Олейником просто «обговорили» этот вопрос. Как и в случае с Су-34, допуска к пилотированию истребителей Су-27 у генерал-майора, имевшего квалификацию «истребитель-бомбардировщик», не было.

Самолет, принадлежавший войсковой части 23326-2, поднялся в воздух в девять часов утра. Все действия по взлету, полету по маршруту, разведке и возвращению в район аэродрома выполнил командир экипажа Олейник. После этого Боташев взял управление на себя и совершил несколько простых маневров (развороты, виражи и бочки). Затем Су-27 снизился и вошел в зону над аэродромом Бесовец, где генерал-майор попытался выполнить фигуру высшего пилотажа — «колокол». Из-за ошибок в технике пилотирования истребитель попал в перевернутый штопор и разбился в лесу в ста метрах от жилых домов. Никто, включая катапультировавшихся пилотов, не пострадал.

Позднее на суде были подробно рассмотрены минуты, непосредственно предшествовавшие моменту падения. Осознав, что генерал-майор неверно выполнил маневр, полковник Олейник схватился за штурвал в надежде выправить ситуацию. На это прозвучал приказ Боташева: «Не трогать!» Объяснить, почему он не позволил более опытному в полетах на Су-27 летчику взять управление, командир авиабазы на процессе по своему делу не смог.

В первые дни после крушения Су-27 назывались две основные причины произошедшего: попадание птицы в двигатель самолета и отказ одной из систем истребителя. Сам Боташев на следующий день после аварии заявил в интервью: «Машина просто пошла вниз». В ходе медкомиссии катапультировавшихся пилотов никаких отклонений выявлено не было. Уголовное дело возбудили по факту нарушения правил полетов или подготовки к ним.

О том, что в нарушениях, приведших к падению самолета, виноват именно Канамат Боташев, Следственный комитет объявил через шесть месяцев, в декабре 2012 года. К тому моменту генерал уже находился в резерве Минобороны — передачу руководства 7000-й авиабазой он готовил еще до злополучного полета. Рапорт о досрочном увольнении со службы Боташев написал до того, как в марте 2013 года ему было предъявлено обвинение, а дело по результатам расследования было направлено в суд.

На суде Боташев заявил, что будет защищать себя сам, хотя официально от присутствия защитника на процессе не отказался. Генерал сразу признал свою вину в нарушении правил полетов, однако со второй частью обвинения — по статье «превышение должностных полномочий» — он на ранних этапах процесса был совершенно не согласен. По его словам, на момент полета он командовал не учениями, а всей авиабазой. Следуя этой логике, за допуск Боташева в кабину Су-27 должен был бы отвечать непосредственный командир экипажа — полковник Олейник.

Позиция генерала изменилась к моменту судебного заседания 23 апреля 2013 года, когда ему было предоставлено право последнего слова перед оглашением приговора. «Вся вина за произошедшее полностью лежит на мне», — признал Боташев и подчеркнул, что не хочет, чтобы к ответственности привлекли кого-либо кроме него самого. Обвиняемый попросил суд учесть его раскаяние, служебные награды и заслуги, а также тот факт, что он не представляет угрозы для общества. «Прошу не назначать мне наказание, связанное с реальным лишением свободы», — заключил генерал-майор. Прокуратура попросила суд приговорить Боташева к пяти годам колонии общего режима.

Отдельно в своем выступлении Боташев коснулся вопроса компенсации материального ущерба. Он заявил о готовности выплатить его в полной мере, но только после экспертизы, проведенной экономистами-товароведами. Таким образом он отреагировал на заявление прокурора о том, что сумма ущерба составила 100 миллионов рублей. В то же время, по документам воинской части, на балансе которой находился истребитель, его остаточная стоимость составляла 0 рублей и 0 копеек. Эту цифру генерал на суде также счел абсурдной, но заметил, что, насколько бы ни понизили оценку ущерба, ему такую сумму до конца жизни выплатить не удастся.

На одном из судебных заседаний председательствующий спросил Канамата Боташева о том, раскаивается ли он. Генерал ответил: «Я думаю, это пустые слова, потому что столько уже пережили за это время. Я думаю, это наглядный урок, как не надо делать вообще. Не только в авиации, но и по жизни. Сказать, что я переживаю и раскаиваюсь, — это, наверное, ничего не сказать». Оглашение приговора назначено на 24 апреля.

После увольнения со службы генерал Боташев планирует проживать в Санкт-Петербурге вместе с женой и сыном. По информации газеты «Карельская губерния», его пенсия составит 25-27 тысяч рублей.

P.S.

После генерала Боташева командиром 7000-й авиабазы в Воронеже был назначен полковник Николай Гостев, который также обвиняется в нарушениях, приведших к крушению самолета. 13 февраля 2012 года Гостев, тогда еще командовавший базой «Шагол» в Челябинской области (куда по ротации должен был после него попасть Боташев), допустил грубую ошибку при пилотировании бомбардировщика Су-24М. В результате самолет разбился, оба пилота успешно катапультировались. 4 апреля 2013 года дело против Гостева было передано в суд. Ущерб от действий Гостева составил в общей сложности 173 миллиона рублей.