Больше интересных новостей у нас во ВКонтакте
Новости партнеров

Голуби летят над приговором

Суд определил наказание для фигурантов «болотного дела»: репортаж «Ленты.ру»

Обвиняемые по делу о беспорядках на Болотной площади 6 мая 2012 года в зале заседаний Замоскворецкого суда Москвы во время оглашения приговора
Фото: Александр Земляниченко / AP

В понедельник, 24 февраля, Замоскворецкий районный суд Москвы закончил оглашать приговор фигурантам «болотного дела». Семеро получили реальные сроки — от двух с половиной до четырех лет колонии общего режима. Александру Наумову (Духанину), еще одну подсудимую на процессе по делу о «массовых беспорядках», приговорили к трем годам и трем месяцам условно. За чтением приговора наблюдал корреспондент «Ленты.ру».

Приговор восьми фигурантам «болотного дела» начали читать в пятницу, 21 февраля, с трехчасовым опозданием. В тот день к зданию Замоскворецкого районного суда на Татарской улице, предварительно огороженному по периметру металлическими барьерами, пропускали только прессу. У тротуара припарковали пять автозаков, возле которых прогуливались омоновцы.

Само оглашение было назначено на полдень, но уже к десяти утра в переулках возле улицы Татарской стали собираться сочувствующие — через два часа их число достигло полутысячи. «Сан Саныч, *****, попроси еще пару нарядов», ― говорил полицейский в рацию. В толпе кричали «Позор!» и «Свободу!» Через час над толпой взлетели белые голуби и связка белых шаров с прицепленным к ней транспарантом «Свободу узникам 6 мая!» Шары запутались в проводах; сразу после этого начались задержания.

В суматохе сквозь толпу проталкивались родственники подсудимых: приставы пускали в зал только тех, чьи фамилии совпадали с фамилиями фигурантов. Девушку Андрея Барабанова, Екатерину Миншарапову, пустили по специальному списку. В фойе Замоскворецкого суда набивались журналисты. «Не волнуйтесь, мы всех пустим на оглашение», ― говорила пресс-секретарь Мосгорсуда Ульяна Солопова, приехавшая курировать громкий политический процесс. Несмотря на обещания, в зал попали только представители информационных агентств и оператор программы «Человек и закон» (известной своими разоблачениями оппозиционеров) ― единственный представитель СМИ, получивший право на съемку приговора.

Когда судья Наталья Никишина наконец приступила к оглашению приговора, почти половина группы поддержки на улице была упакована в автозаки: в одном автобусе сидели режиссер Павел Бардин, журналисты Вероника Куцылло и Филипп Дзядко; в соседний заталкивали сопротивлявшегося Сергея Пархоменко, журналиста и основателя разоблачающей диссертантов-плагиаторов группы «Диссернет».

«Суд установил преступный умысел подсудимых», ― начала свою речь судья Никишина. Прочитав установочную часть, включавшую бóльшую часть обвинительного заключения и детально описывающую, как подсудимые оказались в тот день на Болотной площади и «решили принять активное участие в массовых беспорядках, оказав противодействие представителям правоохранительных органов», судья перешла к перечислению имущественного ущерба. Сперва Наталья Никишина долго говорила про «разобранный митингующими асфальт» на общую сумму в 28 миллионов рублей, а затем, дойдя до слов «уничтожено шесть мобильных туалетов ООО “ЭкоУниверсал” на общую сумму 73 тысячи 800 рублей», неожиданно прервала речь и объявила перерыв до понедельника.

Против обыкновения оглашение приговора в понедельник, повторно назначенное на 10:30, началось не только без опоздания, но и даже на десять минут раньше. Ровно без четверти десять в зал завели подсудимых; к зданию суда бежали их опаздывавшие защитники и родственники. В итоге в зал не попали сводный брат Степана Зимина Антон, мать Андрея Барабанова Татьяна и общественный защитник Александры Духаниной Дмитрий Борко. К встрече «группы поддержки» полиция на этот раз подготовилась куда основательнее ― были перекрыты даже переулки, а бойцам оперативных полков помогали военнослужащие Внутренних войск в полной экипировке. В результате полицейским удалось изрядно проредить сочувствующих «узникам 6 мая»: в автобусы попала значительная часть собравшихся возле суда, включая амнистированных участниц Pussy Riot Марию Алехину и Надежду Толоконникову, а также оппозиционера Алексея Навального (если Навального признают виновным в административном правонарушении, то это будет первым нарушением режима условного освобождения по «делу “Кировлеса”»; после второго аналогичного проступка его будет ждать тюрьма). Сергея Пархоменко задержали по второму кругу, когда он шел в Замоскворецкий суд с повесткой, выданной ему в ОВД после задержания в пятницу.

За секунду до того, как в зал зашла Никишина, по улице проехал автозак; высунувшиеся из окон люди громко кричали «Свободу!», имея в виду и самих себя, и подсудимых по «делу 6 мая».

«Суд считает вину подсудимых установленной и доказанной», ― как ни в чем не бывало продолжила Никишина. Хорошо поставленным голосом она два с лишним часа перечисляла свидетельства вины подсудимых — показания потерпевших омоновцев, судебно-медицинские экспертизы и описания видеоматериалов.

Слово «виновны» было самым частым в приговоре. Из речи Никишиной складывалась такая картина: все подсудимые пришли на площадь вооруженные кусками арматуры, а также бутылками кваса и аккуратно напиленными кусками асфальта. А потерпевшие омоновцы, «не использовавшие на митинге специальных средств», испытали от их действий не только неопасный для жизни физический ущерб, но и «моральный вред», а также «глубокую обиду».

Доводы защиты Никишина отмела за несостоятельность: их разбор, в отличие от детального анализа доказательств обвинения, занял немногим больше десяти минут.

Подсудимые и их родственники мрачнели с каждой минутой. Шансы на мягкий приговор, если они у кого-то и были, таяли на глазах. Оптимизма не прибавляли даже положительные характеристики подсудимых, также зачитанные судьей: «способный студент Белоусов работал вожатым в пионерском лагере “Солнечный”», «Духанина, в замужестве Наумова, была волонтеркой в приюте для бездомных животных», «Кривов зарекомендовал себя на работе ответственным и исполнительным сотрудником».

В два часа дня, признав всех обвиняемых виновными во всех вменяемых им эпизодах преступлений по части 2 статьи 212 УК РФ («участие в массовых беспорядках») и части 1 статьи 318 («применение насилия в отношении представителя власти») и дополнительно подчеркнув, что их исправление возможно только в условиях полной изоляции от общества, Никишина, неожиданно для многих, закончила чтение приговора фразой: «С учетом исключительных обстоятельств назначить Ярославу Белоусову и Артему Савелову наказание ниже низшего предела». Белоусов, отец несовершеннолетнего сына, получил два с половиной года лишения свободы, а страдающий от тяжелого заикания Савелов ― два года и семь месяцев.

Была и еще одна неожиданность — Александре Наумовой назначили условное наказание. Обняв своего супруга Артема, за которого она успела выйти замуж, пока длилось следствие, Наумова почти плакала от счастья. Остальные подсудимые получили сроки на полтора года меньше, чем запрашивала прокуратура, и все ― в колонии общего режима: Алексей Полихович, Денис Луцкевич, Степан Зимин ― три с половиной года лишения свободы; Андрей Барабанов ― три года и семь месяцев. Больше всех ― четыре года лишения свободы ― досталось 52-летнему кандидату физико-математических наук Сергею Кривову.

«Таня, поздравляю, к лету выйдет по УДО», ― говорили друзья жене Алексея Полиховича. «Такое ощущение, что мы поздравляем друг друга с меньшим дерьмом, чем могли бы получить», ― отвечала им Таня.

Россия00:0116 сентября

«Назло держишь девушку за руку, назло живешь»

Их унижают, высмеивают и преследуют. Представители ЛГБТ — о жизни в атмосфере ненависти