Новости партнеров

Случай с Василием Васильевичем

Новогодняя история о падении мандарина под стол с тяжелыми последствиями

Репродукция картины Елены Лобовой «Новый год»

Анжела САНИ

Василий Васильевич, как обычно после сытного ужина, лежал на своем законном месте, под столом. Лежать под столом было удобно: никто тебя не трогает, никто тебя не видит. А если вдруг все-таки нагнется и увидит, то вряд ли удивится, потому что для Василия Васильевича место под столом было законным. Да и никто, кроме него, под стол в здравом уме по той же причине — отдохнуть — не полезет.

А на столе тем временем уже были разложены всякие вкусности: салаты, заливное, мандарины, шпроты в открытой баночке, маринованные помидоры, стояла бутылка шампанского… И все потому, что часы уже показывали начало двенадцатого.

Но вернемся под стол. Василий Васильевич был, если о нем можно так сказать, мужчиной в самом расцвете сил. Упитанный, среднего роста, шатен. Глаза зеленые, седые густые усы. Сама деликатность до тех пор, пока не разозлят — еще одна причина, по которой за ним под стол никто не лазил.

— Соня, не перебивай аппетит! Скоро есть будем! — сказал мужчина, сидящий в кресле перед телевизором, маленькой девочке.

Соня надулась и нарочно уронила мандарин. Фрукт упал непосредственно на спину Василия Васильевича…

От такого неожиданного обхождения Василий Васильевич с криком выскочил из-под стола и прыгнул на елку. Елка повалилась на стол. Расписной шар плюхнулся в оливье, одна из веток свалила бутылку шампанского, а звезда с елочной макушки угодила в банку со шпротами. При этом особенно крупная масляно-аппетитная рыбка прибалтийского производства угодила на любимое платье женщины.

— Это еще что такое?! —возмутилась женщина.

Мужчина в недоумении осмотрел стол, жену и елку.
— Это все кот.
— Ах, опять этот Васька! Ну, все! Мое терпение кончилось! Я весь день готовила не для того, чтобы какой-то мерзкий котяра все испортил. Ненавижу кошек! Где он?!
— Что ты с ним сделаешь? – спокойно спросил мужчина.
— Пущу на шапку! А из хвоста сделаю меховой браслет.
— А усы куда приспособишь?
— Прекратите! – крикнула Соня, ее терпенье тоже лопнуло.
— Мама шутит, милая.
— Нет, мама не шутит! Сейчас найду кота и… Ах, вот ты где!!!

Испуганный кот помчался в соседнюю комнату. Женщина за ним. Послышался шум, что-то упало. Дверь балкона в соседней комнате заскрипела.
— Папа, сделай что-нибудь! Она его выкинет!
— Да мы всего-то на восьмом этаже…
— Папа!!!

Мужчина не успел встать, как женщина стремительно вернулась в комнату, сразу же села за стол и схватила вилку.

— Где кот? — после недолгой паузы спросил мужчина.
— Нет больше кота.
— А-а-а! — заплакала девочка.
— Тихо, тихо, мама шутит, — попытался успокоить папа девочку.
— Нет, мама не шутит, — сказала мама, при этом сама чуть не плача.
— Ты что, действительно вышвырнула его с балкона?

Женщина кивнула, опустила голову, и из глаз ее прямо в тарелку закапали слезы. У Сони началась истерика. Мужчина сходил в другую комнату и, вернувшись через минуту, сказал:
— Кота действительно там нет.

Женщины — маленькая и большая — плакали.
— Всё, хватит! — высморкавшись в салфетку, мама стукнула ладонью по столу. Время уже. Пора за стол… Соня хватит хныкать! Садись. Сядь, я сказала!

Соня, не прекращая рыдать, забралась на свой стул, а папа убрал елку со стола. Так молча они и сидели за праздничным столом и думали о Василии Васильевиче.
— Можно спуститься и посмотреть внизу, — предложил мужчина. — Я слышал, что чем выше этаж, тем больше шансов, что кот приземлится на четыре лапы и останется жив.
— Да-да! Идем скорее! — радостно воскликнула Соня и вскочила.
— Нет. Вы останетесь. Время — без десяти двенадцать...

Но Соня уже натягивала ботинки, а папа, будто бы не услышав слов мамы, направился к выходу.
— Не уходите! Стойте!
— Доигралась! — сказал мужчина громко.
— Я… я не хотела, он выскользнул у меня из рук, а я… закрыла глаза… Я ничего не видела… Я не нарочно.
— Мы скоро.

Папа и дочка ушли, женщина осталась одна.

Снежинки большими хлопьями сыпались с неба. Двое искали кота. Искали долго, везде…
— Кис-кис-кис! — звала девочка.

Внезапная вспышка розовых огней в небе заставила обоих вздрогнуть от неожиданности.
— Слышишь?
— Что?
— Мне кажется или кто-то мяукает?

На лице Сони засияла улыбка, она подпрыгивая помчалась к заваленным снегом кустам, и через пару мгновений котенок уже был в ее руках. Но это был не Василий Васильевич.
— Это не он.
— Ну… Что же, оставим его мерзнуть здесь?

Вместе они отправились домой.

— Вернулись! — заплаканная мама обняла дочку, а потом мужа.
— Мы не нашли его… не нашли … — Соня снова готова была расплакаться.
— Милая, я даю тебе честное слово, что я не специально, он сам выскользнул у меня из рук…

Соня сняла ботинки, швырнула куртку и ушла в гостиную.
— Я честно не специально… ты-то мне веришь?

Мужчина молча вынул из пальто котенка.
— Как назовем?
— Не знаю… Василий Васильевич?
— Это, по-моему, девочка.
— Тогда — Василиса. С Новым годом, Василиса! — женщина погладила котенка за ушком. — Ее нужно отогреть, она совсем замерзла.

Десять минут спустя семья вновь уселась за стол. На столе было убрано, никаких перевернутых тарелок и елочных иголок. Вот только количество деликатесов почему-то уменьшилось. А шпроты так и вовсе пропали. Папа смотрел телевизор, показывали праздничный концерт. Мама гладила Василису. Котенок, зажмурившись, что-то мурчал. Соня водила вилкой по тарелке:
— Не хочу я этот салат...
— Тогда скушай мандаринку, — виновато уступила мама.

Крупный оранжевый мандарин выскользнул из руки девочки и покатился под стол. Соня наклонилась и увидела под столом мирно спящего Василия Васильевича, довольного и сытого.

Итог голосования: «+» 139, «-» 31

12:1019 августа 2016
Руслан Хасбулатов

«После ГКЧП произошла страшная вещь»

Руслан Хасбулатов о путче 1991 года
09:08 7 июня 2015

«Гитлер поднялся на противостоянии с коммунистами»

Историк Константин Залесский об истоках германского нацизма
00:0328 июля 2016
Мозаичное панно, изображающее дружбу русского и украинского народов, на станции «Киевская» Арбатско-Покровской линии московского метро

«Российская украинистика растет, формируется и зреет»

О чем спорят украинские и российские историки