Порог войны. Холодной.

Россия завершает продолжавшийся почти 8 лет процесс выхода из ДОВСЕ

Т-80У Кантемировской дивизии
Т-80У Кантемировской дивизии
Фото: Минобороны России

10 марта 2015 года Россия объявила о выходе из Договора об обычных вооруженных силах (ДОВСЕ) в Европе, приостановив свое участие в заседаниях Совместной консультативной группы (СКГ). Этот путь занял восемь лет, на протяжении которых Россия и НАТО так и не смогли сформировать общий подход к контролю над уровнем вооружений по обе стороны границы. Достижение компромисса в ближайшие годы не представляется возможным.

Честь объявить об окончательном выходе России из ДОВСЕ выпала руководителю российской делегации на переговорах в Вене по вопросам военной безопасности и контроля над вооружениями Антону Мазуру, который сделал соответствующее заявление в ходе очередного заседания СКГ. Констатировав бесплодность усилий по поиску общего языка, дипломат сообщил о готовности России к возобновлению работы над новым режимом контроля над обычными вооружениями (KOBE). Интересы России в рамках СКГ по просьбе Москвы отныне будет представлять Белоруссия, остающаяся участником договора. Заявление МИД фактически констатировало смерть договора, наступившую еще в 2011 году, когда был прекращен диалог между Россией и альянсом о новом режиме контроля над обычными вооружениями в Европе.

Время надежд

Договор об обычных вооруженных силах в Европе был подписан 19 ноября 1990 года представителями 16 государств — членов НАТО и шести — Организации Варшавского договора (ОВД), установив для каждой из сторон равновесные ограничения и снизив тем самым риск внезапного нападения. Срок жизни исходного документа, однако, оказался куда меньше ожидаемого: летом 1991-го соглашением ее участников была ликвидирована Организация Варшавского договора, а менее чем через полгода прекратил свое существование и Советский Союз. Тем не менее договор действовал, хотя уже ни в малейшей мере не отражал реального соотношения сил в Европе: сохранявшиеся национальные квоты давали НАТО легальную возможность обеспечить примерно троекратный перевес над Россией по количеству обычных вооружений.

Еще больше проблем создавали фланговые ограничения, лимитировавшие количество боевой техники и вооружений в зонах, которые могли исходно рассматриваться как плацдармы для глубоких охватывающих операций: это были Греция, Исландия, Норвегия и Турция для НАТО и Болгария, Румыния, Закавказский, Ленинградский, Северо-Кавказский и Одесский военные округа для ОВД. Квоты размещения техники на территории Болгарии и Румынии, равно как и большей части бывших советских республик, к этому моменту уже не имели значения для России, однако Северокавказский и Ленинградский округа стали более чем важными: во-первых, на юге разгорелся чеченский конфликт, во-вторых, эти округа внезапно попали на передовую. В итоге установленные «фланговые лимиты», позволявшие России держать в каждом из двух этих округов в частях и на базах хранения военной техники не более чем на две развернутые дивизии, оказались резко недостаточными на случай обострения обстановки.

Отчасти эти ограничения были смягчены в 1997-м — документ, подписанный в мае этого года в Вене, пересматривал границы фланговых зон, обеспечивал России несколько большую свободу маневра, однако все это нивелировалось начавшимся процессом расширения НАТО за счет бывших стран — членов ОВД.

Выход, как некоторые думали, был найден в 1999 году, когда подписали адаптационное соглашение, вводившее национальные и территориальные лимиты. Последние предполагают размещение на территории государств боевой техники других стран, но не выше оговоренного уровня. Хотя это соглашение фактически фиксировало троекратное превышение возможностей НАТО по развертыванию техники в Европе над Россией, оно позволяло зафиксировать соотношение сил в наиболее чувствительных фланговых районах, давая определенные гарантии.

Этого, однако, не произошло: из числа 30 стран, подписавших соглашение, ратифицировали его только четыре, — Белоруссия, Казахстан, Россия и Украина, — и в силу оно так и не вступило. Грузия и Молдавия отказались от ратификации, требуя вывода российских войск, после чего их примеру последовали страны НАТО. Вступившие в НАТО в 2004 году страны Балтии также не присоединились к адаптированному договору.

Тем не менее именно 2004 год принес определенные надежды: генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер пообещал России не расширять инфраструктуру альянса в Европе. Вскоре после этого Россия ратифицировала договор.

Проблемы возникли менее двух лет спустя: в январе 2006 года тогдашний министр обороны России Сергей Иванов сообщил, что выход из ДОВСЕ может рассматриваться Москвой как реальный шаг в случае, если соглашение не будет ратифицировано остальными участниками и не вступит в силу. К этому моменту Россия выполнила свои обязательства по договору, включая сокращение войск на территории Грузии и Молдавии до договорного уровня. Однако войска на территории этих двух стран оставались камнем преткновения: Россия полагала договоры с Молдавией и Грузией, подписанные отдельно от ДОВСЕ, исключительно предметом обсуждения с Кишиневом и Тбилиси соответственно, в НАТО же увязывали вопрос ратификации ДОВСЕ с выполнением этих соглашений.

Долгий путь на выход

В феврале 2007 года Россия обвинила НАТО в превышении фланговых ограничений в связи со вступлением в состав альянса новых членов, а также напомнила об отсутствии прогресса в процессе ратификации договора. «Судя не по словам, а по делам, члены НАТО, очевидно, не заинтересованы в том, чтобы ДОВСЕ был обновлен и эффективно работал, чтобы в военной сфере существовали четкие, отвечающие нынешним реалиям правила игры», — заявил Анатолий Антонов, в то время директор департамента МИД по вопросам безопасности и разоружения.

26 апреля о возможном моратории на выполнение ДОВСЕ заявил президент России Владимир Путин, указавший на то, что Россия осталась единственной страной, выполнившей все количественные обязательства в рамках договора, включая и фланговые ограничения. Дополнительным камнем преткновения стали уже озвучивавшиеся тогда планы по развертыванию в Европе средств противоракетной обороны США, незадолго до того вышедших из договора о ПРО 1972 года.

В мае 2007-го Россия предложила созвать чрезвычайную конференцию по обсуждению проблем с выполнением договора странами НАТО, однако понимания не встретила. Россия настаивала на присоединении к договору стран Прибалтики, а также сокращении общего уровня численности вооружений и техники стран НАТО для компенсации потенциала, приобретенного в результате расширения блока.

Кроме того, Москва потребовала снять фланговые ограничения для территории России, точное выполнение которых в условиях распавшегося СССР и расширения НАТО делало перевес Запада в силах на данных участках угрожающим. Адаптационное соглашение 1999 года должно было, согласно российским условиям, вступить в силу не позже 1 июля 2008-го. НАТО, в свою очередь, повторил требования о выводе российских войск из Грузии и Молдавии, при этом если вывод войск с грузинской территории в это время уже завершался, то оставлять наедине с Кишиневом Приднестровье, не имеющее общей границы с Россией, Москва не могла и не собиралась.

Конференция окончилась ничем, и в июле 2007 года Владимир Путин подписал указ о приостановке Россией действия ДОВСЕ и связанных с ним международных соглашений. Представители НАТО выразили дежурное разочарование этим шагом, но никаких конкретных предложений о формате возможного компромисса не последовало.

7 ноября 2007 года Госдума заморозила исполнение ДОВСЕ, поддержав президентский мораторий. Тогда же о перспективах договора высказался начальник Генштаба ВС России Юрий Балуевский, назвав условия ДОВСЕ дискриминационными и подрывающими обороноспособность страны. «Договор позволяет им практически без всяких ограничений реализовывать стратегию продвижения НАТО на восток, осуществлять реконфигурацию американского военного присутствия в Европе, постоянный мониторинг состава и состояния российской группировки вооруженных сил в европейской зоне», — пояснил Балуевский.

Предложения, направленные в ноябре 2007 года в Москву со стороны Вашингтона относительно сотрудничества в сфере ПРО, не помогли приблизиться к компромиссу: российская сторона настаивала на подписании обязывающего договора, США с этим не соглашались.

Со своей стороны в НАТО не приняли российское предложение о пересмотре национальных лимитов для стран — членов альянса. Российский мораторий в итоге вступил в силу 12 декабря 2007 года. НАТО вскоре обратился к России с просьбой снять мораторий, мотивируя это отсутствием подобного механизма в положениях договора.

Диалог по контролю над обычными вооружениями в Европе практически сошел на нет после «войны 888», августовской войны 2008 года и возобновился лишь в 2010-м, в рамках анонсированной администрацией Барака Обамы «политики перезагрузки». Однако за последовавший год с небольшим сделано ничего так и не было. Осенью 2011-го США и Великобритания отказались предоставлять Москве информацию в рамках ДОВСЕ. И диалог о перспективах договора был окончательно заморожен.

Выбор из множества невозможных

О смерти ДОВСЕ (как минимум с точки зрения России) официально сообщил три года спустя министр иностранных дел Сергей Лавров, выступая в Госдуме. «Мы подождали несколько лет, как вы знаете, потом сказали: "Ну тогда извините". Мы старый ДОВСЕ не считаем чем-то для себя обязательным, вышли из него в соответствии с предусмотренными процедурами», — отметил глава МИД. Вскоре о том же заявил и замминистра обороны Анатолий Антонов.

«Анахронизмом является сегодня в Европе существующий ДОВСЕ. По сути, де-факто он мертв, но де-юре страны НАТО, западные страны никак не могут от него отказаться», — заявил Антонов.

Антонов особо отметил, что позиция России в вопросах соблюдения международных договоренностей по контролю над вооружениями остается неизменной: Москва выступает за равную и неделимую безопасность. Он подчеркнул, что за текущий год ни одного нарушения международных договоренностей со стороны России не было.

Эти формальные заявления уже не преследовали цели кого-то в чем-то убедить. Итог был предрешен, и Антон Мазур 10 марта просто его озвучил. Но каким может быть дальнейший путь?

Во-первых, надо отметить, что ситуацию в целом произошедшее не изменит: быстро нарастить численность обычных вооружений ни для одной страны (или даже целого альянса) невозможно. При этом численность вооружений НАТО в Европе по-прежнему превышает российскую по разным показателям почти в 3 раза, а если сравнивать группировку НАТО с общим потенциалом европейских членов Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) — примерно в 2-2,2 раза. На начало 2012 года альянс располагал в Европе 11,6 тысячи танков, 22,8 тысячи боевых бронированных машин, 13,3 тысячи артсистем калибра 100 миллиметров и более, 3,6 тысячи боевых самолетов и 1,1 тысячи ударных вертолетов.

Европейские страны ОДКБ — Россия, Белоруссия, Армения — имели 5,2 тысячи танков, 10,1 тысячи боевых бронированных машин, 6,1 тысячи артсистем калибром 100 и более миллиметров, 1,7 тысячи боевых самолетов и 0,4 тысячи ударных вертолетов.

Тем не менее теперь Россия сможет решить несколько наиболее острых проблем, в частности усилить группировку в Калининградской области, где до настоящего времени разрешалось иметь фактически не более чем две мотострелковые бригады с небольшим усилением. Скорее всего, будет также наращиваться потенциал ВВС в западных областях страны, причем главным образом за счет поставок новых и модернизированных машин.

Наиболее опасна в сложившихся условиях очевидная неготовность НАТО не то что идти на компромисс, но хотя бы демонстрировать возможность изменения позиции. Любое отступление оппонента немедленно расценивается в Брюсселе и Вашингтоне как повод занять освободившееся пространство, а любая попытка отреагировать вызывает даже не возмущение, а искреннее непонимание, словно покушение на священные основы мироздания. Связано ли это с уходом из политической жизни опытных «переговорщиков» времен холодной войны или с чем-то еще, сказать сложно, но подобное поведение не способствует развитию диалога ни в коей мере.

НАТО ответит, скорее всего, усиленным развитием инфраструктуры альянса в Восточной Европе и созданием новых совместных формирований — таких, например, как польско-литовско-украинская бригада (ПолЛитУкрБриг), а также отработкой операций передового развертывания на случай необходимости усиления группировки США в регионе. Очевидно, что основными союзниками США станут именно «новые члены» НАТО, главные кандидаты на получение военной и финансовой помощи со стороны Вашингтона.

Впрочем, основной фактор, определяющий будущее отношений Москвы и альянса, очевиден: украинский кризис. И к сожалению, на этом фронте пока нет никаких признаков прочного мира, несмотря на сокращение обстрелов с обеих сторон. Политическое урегулирование в данный момент недостижимо в силу множества причин, а значит, украинские события и дальше будут разделять Россию и НАТО, причем с каждым новым обострением все сильнее. В этих условиях неизбежным является, в частности, замораживание переговоров о дальнейшем сокращении ядерного оружия. Для России оно по-прежнему остается главным и самым надежным козырем в случае реальной военной угрозы со стороны альянса.

Обсудить
Игла без правил
Будни виртуального наркомана. Репортаж «Ленты.ру»
Храм Христа Спасителя был взорван 5 декабря 1931 года в связи с реконструкцией МосквыВзрыв храма Христа Спасителя: как это было
85 лет назад главный собор России уничтожили по поручению Сталина
Взял «Высоту»
О каких мечтах Путин поведал челябинским рабочим
ДТП под Ханты-Мансийском
В Югре попал в аварию автобус с детской командой по акробатике: 12 погибших
«Зеленый профессор Саша»
Ультраправых в Австрии одолел потомок беженцев из России
Маттео РенциNo, синьор Ренци!
Итальянские избиратели не поддержали реформы премьер-министра
Пекин«Все меньше остается от старого Пекина»
Как меняется жизнь китайской столицы при Си Цзиньпине
Франсуа ФийонПравый друг
«Пророссийский кандидат» Франсуа Фийон — фаворит президентской гонки во Франции
FILE - This is a  Tuesday, Oct. 14, 2014 filoe photo of skulls and bones are stacked at the Catacombs in Paris, France. The subterranean tunnels, which once gave refuge to smugglers and saints, cradle the bones of some 6 million Parisians from centuries past. The Catacombs form a dark, 200-mile (322 kilometer) underground labyrinth beneath the City of Light.  (AP Photo/Francois Mori)Кровавая жатва
Как загадочный паразит жестоко и мучительно убивал древних римлян
Четыре мужика в одной палатке
Какие прелести таит продолжение японской культовой ролевой игры Final Fantasy XV
Иллюстрация к испарению черной дырыСпорная дыра
Хокинг предложил новое описание черных дыр
Карающее воспитание
За что здоровых детей отправляли в сумасшедший дом
«Женские ноги должны быть длинными»
11 лучших книг года о войне, зависти и любви
Александра Ребенок и Игорь Верник в спектакле «350 Сентрал-парк Вест, New York, NY 10025»«В отчаянной попытке остаться вдовой»
Как Богомолов растерял театральность в спектакле по пьесе Вуди Аллена
Не за бесценок
Самые дорогие картины, проданные на аукционах Christie's за 250 лет
Актеры Анастасия Марчук (Государыня Арина Абрамовна) и Виктор Раков (Комяга) в спектакле "День опричника" по произведениям Владимира Сорокина в постановке Марка Захарова в театре "Ленком". Артем Геодакян/ТАССТы меня на рассвете разбудишь
Как старшее поколение спорит с антиутопическими прогнозами в «Дне опричника»
Тест нового корейского бизнес-седана
Длительный тест Kia Optima нового поколения
Когда, кому и за что дарили автомобили?
Fiat для девушки Playboy, Hyundai для «Мисс Россия 2016» и Porsche для тренера по борьбе
«Вы приехали»
Длительный тест Toyota Camry с «Яндекс.Навигатором»
Безумные трюки грузовиков Volvo
Самые необычные видеоролики с грузовиками Volvo
Пассажиры в зале ожидания в аэропорту СочиКвартирный вопрос их испортил
Как обманывают приезжих нечистоплотные москвичи
Конец близок
Уходящий 2016 год может стать последним для ипотеки
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить