Новости партнеров

Амурские волны по-сахалински

О чем говорят новые назначения на Дальнем Востоке

Кадровые назначения в Дальневосточном регионе, необходимость которых возникла после задержания губернатора Александра Хорошавина, готовились три недели. На Сахалин отправился глава Амурской области Олег Кожемяко, а его место в Благовещенске занял бывший мэр областного центра Александр Козлов — живое воплощение кремлевских тезисов о кадровом резерве муниципального уровня.

В течение трех недель после задержания Александр Хорошавин титуловался в криминальной и прочей хронике губернатором Сахалинской области — без «бывшего» и тому подобных прилагательных, приличествующих случаю и ситуации. Регион де-юре возглавлял руководитель аппарата губернатора Сергей Караганов, де-факто же управление в ручном режиме шло через полпредство президента на Дальнем Востоке: арест действующего губернатора — сюжет уникальный, действовать пришлось по обстановке. Теперь понятно, зачем была нужна трехнедельная пауза: состоявшиеся назначения — точнее, перестановки — стали прецедентными для российской кадровой политики в регионах.

Итак, 25 марта Хорошавин утратил свой формальный статус «в связи с утратой доверия», исполняющим обязанности руководителя Сахалинской области назначен Олег Кожемяко, а место последнего во главе Амурской области — также с оговоркой «и.о.» — получил Александр Козлов, некогда вице-губернатор при Кожемяко, а с сентября 2014 года мэр Благовещенска, набравший на выборах почти 40 процентов голосов избирателей. Последние недели, по информации из осведомленных источников, Кожемяко и Козлов провели в Москве, на разнообразных встречах и консультациях. В частности, на минувшей неделе губернатор Амурской области докладывал премьер-министру РФ Дмитрию Медведеву о реализации антикризисного плана в регионе.

Накануне назначения обоих и.о. принял Владимир Путин. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков определил Олега Кожемяко как «очень сильного губернатора, который не в самом благополучном регионе доказал абсолютную эффективность» и выразил надежду, что в регионе-доноре, каковым считается Сахалин, «у него будет больше возможностей проявить вот эту свою эффективность, которую он уже продемонстрировал». Об Александре Козлове сказано следующее: «Молодой человек, который тоже зарекомендовал себя энергичным, знающим специалистом». Песков особо отметил, что 34-летний Козлов в бытность заместителем Кожемяко «объездил весь регион вдоль и поперек и, собственно, потом был избран народом мэром областного центра».

Опытный управленец-организатор Олег Кожемяко, управлявший регионом с 2008 года, давно на слуху и на виду у тех, кто интересуется региональной политикой. А вот назначение Александра Козлова следует рассматривать как знаковое, полагает московский политолог Константин Калачев: «Ясно обозначено, что карьерный лифт для муниципалов работает. Успешный мэр может стать главой региона, особенно если он работает в системной связке с губернатором. Козлов показал способность работать в связке с Кожемяко. Зачем ломать то, что работает?».

Значимость назначения Козлова очевидна, если вспомнить курируемую Вячеславом Володиным линию на кадровую селекцию с муниципального уровня. «Этот проект предполагает отбор эффективных, профессиональных, порядочных управленцев с муниципального, регионального и федерального уровней. Мы планируем сформировать базу данных, открытую, кстати, для всех пользователей, чтобы эти люди могли быть востребованы. И неважно, будет ли это представитель другой политической партии или беспартийный, если он профессионал своего дела, если он эффективен — мы готовы его востребовать в кадровый резерв», — объяснял Володин, будучи еще секретарем президиума генсовета «Единой России». Ныне заместитель главы администрации президента Вячеслав Володин постоянно собирает региональных управленцев на конференции и семинары. Поэтому неудивительно, что «муниципал» Козлов вступил на губернаторскую должность — так же как, например, и глава Пуровского района Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрий Кобылкин, в свое время сменивший Юрия Неелова и прописавшийся на вершинах разных рейтингов.

«Есть сложившаяся команда, собранная Кожемяко, — констатирует Калачев. — Новый губернатор, если он не дурак, должен обозначить линию преемственности по отношению к предшественнику и просто какое-то время ничего не трогать, оставить все как есть. Область успешна, губернатор эффективный, популярный — чего еще надо? Нет универсальных людей, есть универсальные команды. Сигнал муниципалам очевиден: старайтесь, труды ваши будут отмечены, карьерный лифт откроется».

«Решение центра перебросить Олега Кожемяко на Сахалин выглядит не очень логичным, — полагает директор Дальневосточного консалтингового центра Петр Ханас. — Кожемяко не так давно избран жителями Амурской области, на него возлагались надежды. Амурская область — тяжелый и конфликтный регион, к тому же дотационный. Там сегодня осуществляются масштабные инвестпроекты, связанные со строительством космодрома Восточный, и на финансовых вливаниях в этот проект регион и держится. Кожемяко удалось наладить связи с близлежащими территориями, в том числе Китаем. В этой ситуации он “уведен” в благополучный с экономической точки зрения регион, имеющий стабильные налоговые поступления». Петр Ханас видит в этом решении показатель кризиса кадровой политики федерального центра: «За период отмены выборов губернаторов механизмы элитообразования атрофировались, эффективных управленцев, которым можно доверять, очень мало, и это печально». К тому же, напоминает политолог, случай с Кожемяко — первый в России, когда только что избранного губернатора одного субъекта федерации пересаживают в другой.

Как бы то ни было, но в случае с Кожемяко федеральной власти впервые за полтора десятка лет удалось установить еще один прецедент — безусловно, позитивный. «Амурская область — регион тяжелый, с губернаторами ему хронически не везло. Никто по-хорошему до Кожемяко из этого региона не уходил», — освежает страницы новейшей истории Константин Калачев. Предшественник Кожемяко Николай Колесов продержался здесь чуть более года до того, как подал в отставку: практика губернаторских «писем счастья» региональным золотодобытчикам, более известная как «дай миллиард», не вызвала энтузиазма ни у адресатов, ни у федерального центра. До Колесова шесть лет работал Леонид Коротков, который покинул кресло в 2007 году в связи с утратой доверия президента страны: коррупция, превышение полномочий, разбазаривание резервного фонда. Последним амурским губернатором, оставившим пост естественным путем — то есть не досрочно и без терминальных формулировок, был Анатолий Белоногов, в 2001 году проигравший выборы Короткову. «И потом, посмотрите, как красиво: Кожемяко — на Сахалин, а уроженец Южно-Сахалинска Козлов — глава Амурской области. Своего рода административная рифма», — отмечает Калачев.

С чем теперь придется справляться Кожемяко? Разумеется, ему предстоит выстроить отношения между основными игроками региона-донора — «Газпромом» и «Роснефтью». Попытаться решить давнюю и укоренившуюся проблему Сахалина — «серый» и «черный» лов ценных пород рыбы. Но главное, что предстоит преодолевать на новом посту — это круги кумовства и свойства в управлении регионом, полагает Константин Калачев: «Система круговой поруки и тотальной коррумпированности, в значительной мере сформированная Хорошавиным, требует непосредственной реакции со стороны нового губернатора». В помощь Кожемяко, по мнению политолога — «супердальневосточное происхождение» и административный опыт, а также содействие со стороны полпреда по ДВФО Юрия Трутнева: Сахалин — один из естественных ресурсных форпостов проекта территорий опережающего развития (ТОР), к которому сейчас обращено внимание Кремля.

Таким образом, назначение Александра Козлова — практическое воплощение положения административной реформы по Вячеславу Володину. А в Сахалинскую область пришел ценимый Кремлем организатор, равноудаленный от основных игроков на территории региона. Впрочем, Олег Кожемяко, вне зависимости от дальнейшей карьеры, уже вошел в историю России как первый чиновник, занимавший пост главы трех субъектов Федерации: до Амурской области он руководил Корякским автономным округом, впоследствии попавшим под укрупнение. Остается лишь предполагать, чем станет Сахалин в карьере 53-летнего государственного деятеля — весомой точкой или трамплином к новым административным высотам.

Материал подготовлен при участии Дины Ушаковой