Старый друг

России придется жестко конкурировать за Вьетнам

Фото: Quang Le / Reuters

В понедельник, 6 апреля, начался визит в Социалистическую Республику Вьетнам (СРВ) премьер-министра России Дмитрия Медведева. Российское общество привыкло слышать о Вьетнаме как о традиционном друге и партнере, предпочитая игнорировать те противоречия, которые могут возникнуть в отношениях двух стран. Между тем сегодня внешняя политика Вьетнама сложна и полна противоречий, и Москве придется к этому адаптироваться.

Для политического выживания находящаяся сегодня у власти Коммунистическая партия Вьетнама (КПВ) должна продемонстрировать способность защитить страну от посягательств внешнего и внутреннего врага и обеспечить повышение уровня жизни 90-миллионного населения. Экономике уделяется первоочередное внимание — Вьетнам совсем недавно вырвался в группу стран со средним доходом и все еще сталкивается с разными трудностями роста. В 2015-2016 годах прогнозируется увеличение ВВП на чуть более 6 процентов, что по меркам развитых стран очень неплохо, но до экономического чуда еще не дотягивает. Поэтому сегодня для экспортоориентированной вьетнамской экономики приоритетное значение имеет доступ к технологиям, инвестициям и рынкам сбыта.

Для внешнеполитической практики это означает максимально прагматичное развитие широкой сети партнерств. Еще со времен пограничной войны с Китаем 1979 года вьетнамское руководство не верит в блоковую солидарность, а потому предпочитает раскладывать яйца по разным корзинам, стараясь поддерживать хорошие отношения с КНР, США и Россией, а также Индией, странами Европы, Восточной и Юго-Восточной Азии (ЮВА).

Ближе Китая для Вьетнама никого нет. Причины очевидны — цивилизационная общность, схожесть политических систем и «тирания географии». На крупнейшего торгового партнера СРВ сегодня приходится примерно четверть всего импорта. В то же время огромный дефицит торгового баланса в отношениях с Китаем во вьетнамских экспертных кругах вызывает сильную озабоченность — и это далеко не самая темная сторона многогранника китайско-вьетнамской дружбы.

Наибольшие трудности связаны с территориальными спорами в Южно-Китайском море вокруг островов Спратли и Парасельские. И если противоречия между собственно Пекином и Ханоем решаются более или менее легко, участие в спорах других стран ЮВА и пристальное внимание мирового сообщества заметно повышает ставки, препятствуя урегулированию. Как это часто бывает, внешние игроки принимают сторону более слабого Вьетнама. Это только раздражает Китай, который чувствует себя осажденной крепостью и с огромной неохотой идет на попятную.

Отношения между Вьетнамом и Китаем всегда складывались непросто. Из десятка освободительных войн, которые за свою долгую историю вел Вьетнам, только две были не против Китая. Это поддерживает во вьетнамском обществе националистические настроения — изрядная часть внутренней оппозиции выступает за более жесткое обращение с северным соседом. В мае 2014-го, когда Китай разместил в исключительной экономической зоне СРВ буровую платформу, в отдельных районах страны произошли массовые погромы китайских предприятий, часть из которых, правда, оказалась тайваньскими и корейскими.

И все же было бы ошибкой говорить о расколе между КНР и СРВ. Общая политическая культура и близость элит определяют теснейшие межпартийные связи. Существует даже мнение, что ни одно крупное внешнеполитическое решение в Ханое не обходится без консультаций с Пекином. Так или иначе, именно контакты по линии КПК — КПВ часто обеспечивают самое оперативное решение конфликтов. Закрытые переговоры по инциденту с буровой установкой проходили как раз по межпартийной линии, хотя это и не нравилось многим членам вьетнамской компартии, считающим, что с Китаем нужно больше жесткости.

Подобная любовь-ненависть вызывает у вьетнамского руководства естественное желание диверсифицировать внешнеполитические контакты, сыграв на стремлении США укрепить систему союзов в Азии. Вьетнам — ключевой элемент этой стратегии и главный из «новых друзей» Вашингтона. С момента нормализации в 1995-м отношения двух стран развивались стремительно, особенно в экономической сфере. Сегодня американский рынок — основное направление вьетнамского экспорта (порядка 18 процентов от общего объема). Что не менее важно, Вьетнам готов присоединиться к Транстихоокеанскому партнерству, основному экономическому инструменту укрепления влияния США в регионе.

В 2014 году сближение Вашингтона и Ханоя получило два сильных импульса. Во-первых, был частично снят запрет на поставку во Вьетнам боевого американского оружия. Пока поставки ограничиваются вооружением и военной техникой, предназначенной для «укрепления морской безопасности», но вьетнамцы настаивают на полном снятии эмбарго, заявляя, что с действующим запретом нормализацию отношений нельзя признать полной. Кстати, одним из главных лоббистов снятия эмбарго выступает широко известный сенатор Джон Маккейн (в свое время побывавший во вьетнамском плену). Во-вторых, было подписано и одобрено профильной комиссией сената так называемое «Соглашение 123», позволяющее американским фирмам поставлять во Вьетнам оборудование для атомных электростанций, что особенно важно в условиях растущей потребности СРВ в электроэнергии.

Конечно, безоблачными отношения двух стран не назовешь. Камнем преткновения остается соблюдение прав человека. Соединенные Штаты критикуют вьетнамские власти за пренебрежение правами политической оппозиции, религиозных меньшинств, рабочих и журналистов. Естественно, работать с коммунистическим правительством для американцев непросто, но и в КПВ есть серьезные опасения, что размывание монополии партии на власть преследуется Вашингтоном как долгосрочная цель сближения.

Впрочем, на сегодняшний день США готовы простить Вьетнаму недостаточное соответствие высоким стандартам демократии и прав человека. Стабильный политический режим, крепкий государственный контроль над армией — ценные качества для континентального партнера США в Юго-Восточной Азии. Осознавая свою ценность для Вашингтона, Ханой рассчитывает укрепить собственную безопасность, упростить доступ вьетнамским товарам на американский рынок и привлечь новые технологии и инвестиции.

Делая ставку на тесные связи с Китаем и США, руководство СРВ не намерено оказаться жертвой нового биполярного противостояния. И для этого Вьетнаму все еще нужна Россия. В отношениях Москвы и Ханоя сегодня выделяются три крайне перспективных направления. Во-первых, военно-техническое сотрудничество. Эта сфера досталась нам в наследство от советской военной помощи воюющему Вьетнаму и до сих считается приоритетной. Пожалуй, самое заметное достижение — контракт на поставку шести подводных лодок проекта «Варшавянка». Причем подлодки сейчас в Юго-Восточной Азии что-то вроде последнего писка военной моды — многие страны видят в них эффективный способ противодействовать китайской экспансии на море.

Во-вторых, энергетика в нескольких аспектах. Когда речь заходит об этой сфере, название компании «Вьетсовпетро» произносят как мантру. Это совместное предприятие по добыче нефти на шельфе южного Вьетнама успешно работает еще с 1980-х годов. Хотя есть и ряд более современных проектов, в том числе (к удивлению многих соотечественников) на территории России — в Ненецком АО и Оренбургской области. Жемчужиной в короне российско-вьетнамского энергетического сотрудничества считают проект АЭС «Ниньтхуан-1», реализуемый «Атомстройэкспортом» во Вьетнаме.

В-третьих, зона свободной торговли (ЗСТ) Евразийский экономический союз — Вьетнам, соглашение по которой должно быть подписано в течение 2015 года. Это один из самых громких многосторонних проектов для обеих стран. Планируется обнулить ввозные пошлины на большинство товаров и тем самым способствовать росту товарооборота.

Но и здесь есть трудности. Движение товаров, которым принято измерять уровень развития двусторонних отношений, действительно интенсифицируется. Стороны с удовлетворением констатируют: товарооборот достиг 4 миллиардов долларов. Жаль только, что эта цифра — лишь 1 процент всего вьетнамского товарооборота и около 0,5 процента российского. Для сравнения объем торговли Вьетнама с США — 36 миллиардов, с Китаем — 58 миллиардов. Создание ЗСТ ЕАЭС — Вьетнам наверняка вызовет какой-то рост, но и в России и во Вьетнаме есть сомнения, что эффект будет значительным.

И даже в упомянутых сферах традиционного взаимодействия Москвы и Ханоя у России возникают конкуренты. В атомной энергетике это Южная Корея, Япония, а скоро и США. В нефтедобыче на пятки наступает Индия. Что станет с российским экспортом военной техники, если США полностью отменят запрет на поставку Вьетнаму боевых вооружений? Тревожным звонком прозвучала нашумевшая история с израильским концерном «Галил», выигравшим в прошлом году у «Калашникова», любимца развивающихся государств, тендер на строительство в СРВ цеха по сборке автоматов.

Пришло время подумать, может ли Россия предложить Вьетнаму что-то, чего не могут предложить другие? За счет каких товаров наращивать оборот? Сможет ли российский ВПК поддерживать соотношение цена-качество своей продукции на привлекательном для Ханоя уровне? Хватит ли в сложившихся условиях у России ресурсов на участие в крупных инвестиционных проектах во Вьетнаме и сможет ли Москва извлечь выгоду из растущей экономики азиатского партнера? Пока эти вопросы становятся только острее.

Россия важна для Вьетнама как крупная внерегиональная держава, с которой у руководства налажены крепкие партнерские отношения. Правда, крепость этих отношений в новейшей истории практически ни разу не проверялась. В марте прессе стало известно, что в Ханой из Вашингтона направлялись просьбы не допустить использования аэродрома Камрань российскими самолетами, дозаправляющими атомные бомбардировщики. Вьетнамская сторона отреагировала лишь не самым пространным и не самым жестким комментарием российскому порталу Sputnik News. Конечно, «слив» такой информации в СМИ — довольно грубый жест со стороны Госдепартамента, но вопрос поставлен: готов ли Вьетнам нести политические убытки от тесного взаимодействия с Россией на фоне ухудшения ее отношений с Западом?

Похожего рода противоречия могут возникнуть и в треугольнике Россия — Вьетнам — Китай. Обе страны — стратегические партнеры России, но что делать, если между ними случится конфликт? И если уж придется выбирать, будем честными: мы знаем, кого выберет Москва. Богатая история отношений, развитый политический и военно-технический диалог — прочный фундамент двусторонних отношений. Но если над фундаментом не построить крепкий дом, то жить все равно будет негде.

подписатьсяОбсудить
00:17 20 июля 2016

«С этой дороги Пхеньян не свернет»

Георгий Толорая о том, как живет КНДР и кто больше всех страдает из-за санкций
Расстрел в «Олимпии»
В торговом центре Мюнхена произошел теракт
Теракт в Мюнхене
Неизвестные открыли стрельбу в торговом центре баварской столицы
С красным знаменем против Эрдогана и ИГ
Что заставляет девушек из Турции отправляться на войну в Сирию
«Мы послали России сигнал, что очень недовольны»
Немецкий дипломат о санкциях и взаимоотношениях Москвы и НАТО
Как купить мушкет
Где приобретают «старинное» оружие и как из него стреляют
Обыски в офисе Главного следственного управления Следственного комитета РоссииСлед Шакро
Как перестрелка у московского кафе привела к задержанию высокопоставленных чинов
Сокрытое в волнах
Сколько ядерных бомб потеряно в Мировом океане
В прицеле — юг
Как российская армия отреагирует на дестабилизацию ближайших соседей
Чудаки пришли к успеху
10 самых необычных аккаунтов в Instagram
«Она определенно сошла с ума»
Мужья любительниц Instagram поделились своей болью
Убить за селфи
История «пакистанской Ким Кардашьян», которую задушил родной брат
Пигмент патриотизма
Фотоподборка о любви к Отчизне, выраженной россиянами в татуировках
Commuters brave rush hour on the northern line on the London underground in London, Britain August 5, 2015. Londoners face major transport disruption from Wednesday evening as train drivers and staff on the underground rail network walk out for the second time in less than a month. Unions are angry over plans to introduce a new night service from September and weeks of talks with transport bosses have failed to clinch a deal over pay and conditions.  REUTERS/Dylan Martinez   - RTX1N6X4«Одиночество за границей привело меня к неврозу»
История жительницы Краснодара, переехавшей в Лондон
Немаленький домик
Длительный тест MINI Cooper S Clubman: итоги, выводы и три цилиндра
Слово из трех букв
«Красная Свинья», седан, обгонявший Lamborghini, и другие безумные машины AMG
Госстандарт
Интересные машины, разработанные специально для Китая
Метры у метро
Московские новостройки, рядом с которыми скоро откроют станции подземки
Тиснули на славу
Как выглядит первое в мире здание, напечатанное на 3D-принтере
Вот это номер!
«Тайный арендатор» в многофункциональном комплексе «Ханой-Москва»
Жить стало веселее
Новая редакция «сталинского рая» на ВДНХ
Любовь по залету
Аэропорты мира, которые не захочется посещать добровольно
Rolling Acres Огайо, СШАЗакрыто навсегда
Как выглядят торговые центры-«призраки», потерявшие покупателей