Галлиполи: последняя битва Викторианской эпохи

Дарданелльская операция, ставшая одним из самых драматических эпизодов Первой мировой войны

Это очень необычная для Первой мировой войны операция. Она выбивается из общего ряда унылых и тяжелых окопных баталий Западного фронта, скорее напоминая колониальные войны предшествующего века.

Формально и коротко можно охарактеризовать Дарданелльскую (или Галлиполийскую) битву как неудачную десантную операцию, предпринятую странами Антанты на территории Турции в 1915-1916 годах. Но это совершенно не отражает важности и грандиозности происходившего. Можно сказать и иначе: это была крупнейшая флотская операция Первой мировой войны, крупнейшая десантная операция, самая значительная неудача союзников и, соответственно, самая яркая победа турецкого оружия за всю войну. Впрочем, и этим значение Галлиполийской баталии не ограничивается, поскольку косвенно она повлияла на все события войны, в том числе происходившие на других фронтах. И уж совершенно уникально, что даты важнейших событий этой битвы стали государственными праздниками в трех странах: Австралии, Новой Зеландии и Турции.

Британский лев рвется в бой

Мечту о захвате Константинополя и проливов можно назвать доминантой политики Российской империи на Черном море со времен «Очакова и покорения Крыма». И естественно, что с началом войны против Турции она снова стала актуальной. Более того, контроль над Босфором, выход на Балканы и участие в большой средиземноморской политике и были главной внешнеполитической целью России в Первой мировой. Вот только в 1914 году у русской армии были иные заботы, и планы эти были отложены на потом.

Иное дело Британия. Англичане имели большой интерес на Ближнем Востоке, и главным их противником в регионе также выступала Турция. К тому же британской короне не очень нравилась идея гегемонии России на Балканах, посему им важно было самим поучаствовать в захвате проливов.

Немаловажно было и то, что ряд средиземноморских стран на тот момент еще не определились, на чьей они стороне, и активность союзников могла на их решение повлиять.

Активнее всех в бой рвался Первый Лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль, ставший главным идеологом операции в Турции. Его не устраивало, что британский флот оказался на вторых ролях, и форсирование Дарданелл он предлагал сделать именно флотской операцией. Выглядело это красиво: английские корабли, подавляя форты противника, входят в узкий Дарданелльский пролив между Азией и Европой, рассекают турецкую территорию и занимают (освобождают) Галлиполийский полуостров. Затем входят в Мраморное море, уничтожают турецкий флот и совместно с русскими войсками атакуют Стамбул. Страны юга Европы вступают в войну на стороне Антанты, Турция, вероятно, вообще выходит из войны, а Германия и Австро-Венгрия оказываются в полном окружении и быстро капитулируют. Полный триумф, на фоне которого главным действующим лицом становится Черчилль….

Справедливости ради отметим, что скептиков в кабинете министров тоже было много, но сэр Уинстон и его сторонники были настойчивы и убедительны. Британские газеты осенью писали о необходимости спасать русских от турок, и хотя после наших зимних побед на Кавказе (Сарыкамышская операция) это было уже не актуально, на общественное мнение повлияло. В Санкт-Петербурге поначалу насторожились по поводу английской активности на Балканах, посему британское правительство даже вынуждено было дать тайные гарантии, что проливы в любом случае после войны отойдут России. В ответ Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич пообещал, что в случае успеха британского десанта и захвата Дарданелл русский экспедиционный корпус выйдет из Одессы и Батума и поможет союзникам. Впрочем, в российском Генеральном штабе сильно сомневались, что операция англичан будет удачной.

В конце осени 1914 года английский флот провел бомбардировку Галлиполийских позиций. Она прошла успешно и показала слабость турецкой обороны. Это тоже повлияло на решение англичан, и зимой они приступили к подготовке операции. К сожалению, британское командование не учло, что и у турок будет в запасе несколько месяцев, в которые они могли существенно изменить ситуацию.

Здесь важную роль сыграла Германия, где прекрасно понимали опасность десанта и его возможные последствия. Немцы сделали все возможное, чтобы помочь союзнику: туркам помогли техникой, был увеличен штат немецких военных советников. Командование над укреплениями Босфора и Дарданелл принял германский адмирал Гвидо фон Узедом, уполномоченным турецкой главной квартиры в Дарданеллах тоже был немец — адмирал Мертен, а командующим созданной на этом направлении пятой турецкой армии стал генерал Отто Лиман фон Сандерс.

При помощи немцев турки укрепили и перевооружили стационарные береговые форты, создали ряд подвижных артиллерийских батарей, установили и усовершенствовали 10 рядов минных заграждений, перегораживающих пролив. Для борьбы с тральщиками противника появились особые легкие батареи. Прожекторные средства были усилены, на берегах проливов устроены торпедные станции, опущены противолодочные сети. Турецкий флот расположился в Мраморном море, готовый поддержать оборону проливов своей артиллерией и атаковать корабли противника, в случае если они попытаются прорваться через укрепления в центральной части проливов. Подготовка была очень серьезная, но Черчилля и его офицеров действия врага не смутили. Британский лев уже приготовился к прыжку и не собирался обращать внимание на такие мелочи.

Кит против слона

В феврале могучий британско-французский флот общим количеством в 80 вымпелов сосредоточился у острова Лемнос в Средиземном море. В его состав вошли 16 броненосцев, новейший линкор «Куин Элизабет», линейный крейсер «Инфлексибл», 5 легких крейсеров, 22 эсминца, 24 тральщика, 9 подводных лодок, авиатранспорт и госпитальное судно. В Египте были сконцентрированы британские (английские, австралийские, новозеландские и индийские), а в Марселе французские десантные части, готовые выйти в море.

19 февраля боевой отряд кораблей подошел к турецким берегам и начал бомбардировку. Планировалось крупнокалиберной артиллерией больших кораблей подавить форты на обоих берегах, разминировать пролив и идти вглубь, уничтожая оставшиеся оборонительные рубежи. После этого, во второй фазе операции десантные силы должны были занять полуостров Галлиполи и полностью освободить его от турок.

Поначалу все шло отлично и командование заявило о полном успехе операции. Адмирал Карден направил в Лондон послание с утверждением, что при условии хорошей погоды через две недели союзники будут в Константинополе. В Чикаго резко упали цены на зерно в ожидании скорого возобновления российского экспорта. Но все оказалось не так просто.

Стрелявшая с дистанции в 12-14 километров дальнобойная крупнокалиберная (305 и 381 миллиметр) корабельная артиллерия действительно заставила на время замолчать стационарные турецкие форты, но как только корабли попытались войти в узкий пролив (ширина его от 7,5 до 1,3 километра), по ним открыли огонь спрятанные за холмами мортиры и полевые гаубицы, а из глубины на подготовленные позиции выдвинулись передвижные батареи. Британцы попали под мощный огонь, понесли существенные потери и вынуждены были отойти.

Повторные атаки не изменили ситуацию. Стрелявшие навесом из укрытий турецкие гаубицы были просто недосягаемы для корабельных орудий, а тральщики, которые должны были обезвреживать мины, попадали под огонь передвижных батарей, которые тут же снимались с места при подходе тяжелых кораблей. Потеряв несколько кораблей на минах и от прямых попаданий, британцы бесплодные лобовые атаки прекратили.

Англичане сменили командующего, еще усилили отряд кораблей и в марте предприняли вторую попытку штурма с моря. Три корабля были потеряны, еще несколько получили серьезные повреждения. Параллельно российский Черноморский флот обстреливал турецкие порты, что тоже успеха не принесло.

Стало ясно, что без поддержки сухопутных сил флот с поставленной задачей не справится. Тотальное превосходство союзников на море и мощь их артиллерии ситуацию изменить не могли. Будучи королями воды, они не становились королями суши.

В Лондоне и Париже срочно приступили к разработке десантной операции, благо сухопутные силы уже были собраны. Подготовка десанта велась поспешно и не слишком тщательно — опять сказалось пренебрежение к противнику. Точных карт и промеров глубин у берега не было. Места предполагаемой высадки не были достаточно изучены: учитывалась лишь техническая возможность высадки, а например, такой фактор, как наличие питьевой воды на берегу, в расчет не принимался вовсе. Союзники надеялись быстро расширить плацдармы и развить наступление, о долгой обороне никто не помышлял. Турки под руководством немецкого генерала фон Сандерса тоже готовились, стараясь предугадать места возможных десантов. На этих направлениях готовили траншеи, возводили полевые батареи, укрепляли пулеметные точки, удобные для высадки пляжи были обнесены колючей проволокой. Союзники подготовку турок опять же игнорировали.

К 23 апреля десантный корпус союзников под командованием англичанина Яна Гамильтона и француза Альбера д'Амада сосредоточился на острове Тенедос. Он состоял из 29-й пехотной английской дивизии, бригады английской морской пехоты, АНЗАКа (ANZAC — австралийско-новозеландский армейский корпус) и французской дивизии Маку, состоявшей в основном из сенегальцев. Кроме того, в высадке участвовали индийские гурки, греческие добровольцы, солдаты из Ньюфаундленда и «Сионский отряд погонщиков мулов», состоявший из евреев, в основном выходцев из России. Всего в первой фазе высадки участвовали до 81 тысячи человек при 178 орудиях. Войска были погружены на корабли и двинулись к турецкому берегу под прикрытием сил флота. Турки все это видели и готовились к отражению атаки.

Стоит отметить, что берега Дарданелльского пролива гористы, хотя и имеют много закрытых песчаных пляжей и бухточек. Турки заняли все главенствующие возвышенности, а большинство войск сосредоточили в глубине, дабы реагировать на действия англичан и заранее не попасть под удары корабельной артиллерии.

«Я приказываю вам умереть»

Союзники высаживались тремя основными группами. Главный удар англичан пришелся на оконечность Галлиполийского полуострова — мыс Геллес. Австралийцы и новозеландцы наносили удар с запада на Габа-Тепе, а французы высадились на Азиатском берегу в Кум-Кале. Кстати, активное участие в этом принимал крейсер «Аскольд» — единственный русский корабль, участвовавший в Дарданелльской операции. Ветеран Русско-японской войны охотился за немецкими рейдерами в Индийском океане, потом пришел в Марсель и по соглашению между союзниками был включен в состав французской эскадры. Русские моряки под руководством лейтенанта С. Корнилова обеспечивали высадку со шлюпок и ялов, а артиллеристы прикрывали десант огнем.

В итоге сенегальские колониальные стрелки захватили две деревни, взяли более 500 пленных и сковали силы двух дивизий. Турки подтянули резервы, и уже французы вынуждены были перейти к обороне. С большим трудом им удалось эвакуироваться, а целая рота сенегальцев попала в плен.

В других местах десант тоже не был успешен, несмотря на доблесть и героизм солдат. Отряды не имели связи между собой, командиры не ориентировались на местности. Некоторые группы, совершавшие отвлекающие высадки, полностью погибли. Двенадцать тысяч австралийцев и новозеландцев оказались заперты на пляже шириной 600 метров под ураганным огнем турок и понесли большие потери.

На главном направлении атаковали англичане. По воспоминаниям участников, десантные части, предназначенные для высадки на этом участке (три пехотные роты и взвод морской пехоты), были посажены на судовые шлюпки, а три батальона 29-й пехотной дивизии на угольщик «Ривер Клайд», специально приспособленный для выброски десанта. После получасовой бомбардировки, при поддержке авиации, имевшей базу на острове Тенедос, восемь буксиров, ведя за собой каждый по четыре большие шлюпки, быстро подошли к берегу. «Ривер Клайд» следовал позади. На огонь корабельной артиллерии турки не отвечали и позволили шлюпкам пройти перед мысом Геллес, после чего открыли огонь из скрытых на берегу полевых орудий и пулеметов. Чтобы быстрее выскочить на берег, люди прыгали в воду, но здесь они попали в утопленные проволочные заграждения.

В несколько минут весь первый эшелон был уничтожен. Корабельная артиллерия уже ничем не могла помочь, и на сравнительно большие огневые средства турок, англичане могли ответить только огнем 10 пулеметов с «Ривер Клайд», который медленно приближался, буксируя у бортов шаланды для высадки. Приткнувшись носом к песчаной мели перед пляжем, «Ривер Клайд» начал по сооруженным мостам спускать людей на берег. Две головные роты были целиком уничтожены в несколько минут, и только часть солдат третьей роты, большей частью раненных, выскочила на берег и, прикрывшись дюной, окопалась. В это время шаланды, на которых были настланы мостки, оторвались и медленно поплыли по течению вдоль берега перед мысом Геллес, огнем с которого были перебиты люди, находившиеся на мостках.

Тем не менее, на двух участках, и прежде всего, на главном направлении союзники смогли захватить небольшие плацдармы и развернуть наступление.

Генерал фон Сандерс быстро разгадал идею противника и перегруппировал силы. Им было сформировано три оборонительных участка, каждый из которых самостоятельно действовал против высадившихся сил. Турки старались быстро перейти в наступление и сбросить врага в море. Дрались они отчаянно. В Турции крылатыми стали слова будущего Ататюрка, а тогда еще молодого офицера Мустафы Кемаля-паши, которые он сказал солдатам своего батальона, поднимая их на штыковую атаку против австралийцев: «Я не приказываю вам атаковать, я приказываю вам умереть!».

Потеряв в первые дни десанта более 17 тысяч человек, англичане, вместе с присоединившимися к ним французами, индийским корпусом и вторым корпусом АНЗАК, на главном направлении смогли занять плацдарм глубиной до 5 километров. Турки подтянули свежие силы, и союзники вынуждены были перейти к обороне. Они держались благодаря поддержке корабельной артиллерии, но в конце мая ситуация на море изменилась – британский флот сам попал под удар. 25 мая немецкая подводная лодка U-21 потопила британский линкор «Триумф», на следующий день та же лодка потопила линкор «Маджестик». Союзники не имели возможности защитить свои суда в открытом море и вынуждены были отвести боевые корабли в защищенную Мудросскую бухту. Войска остались без артиллерийской поддержки.

«Мы потеряем половину»

Весь июнь и июль 1915 года союзники сдерживали натиск турок, испытывая катастрофическую нехватку продовольствия, боеприпасов и, особенно, воды. При этом, обе стороны демонстрировали чудеса мужества и джентльменского отношения друг к другу. Противники периодически устраивали перемирие для похорон погибших, обменивались подарками — союзники меняли у турок мясные консервы на свежие фрукты и овощи. Новозеландцы и австралийцы даже выкинули противогазы, будучи уверены, что турки воюют честно и газов не применяют.

К августу союзники в несколько раз увеличили свои силы, доведя их до полумиллиона. Турки тоже перебросили подкрепления. Втайне англичане готовили новый удар, но, несмотря на более серьезную подготовку, августовское наступление на старых и новых (Сувла) плацдармах провалилось. В безнадежной атаке на высоту 60, полностью, до единого человека, погиб батальон Норфолкского полка. Война снова превратилась в позиционную. Союзники не имели сил наступать, турки тоже не спешили идти в атаку, дабы не нести лишних потерь. Дух турецких войск был ослаблен сидением в окопах, в то же время было понятно, что прижатые к морю враги будут драться отчаянно. Время должно было стать союзником турок.

В конце сентября Болгария вступила в войну на стороне Германии и Турции, а австро-венгерские войска заняли Белград. Общая ситуация на средиземноморском театре полностью изменилась, и конечный успех Дарданелльского десанта уже не был возможен. Ситуация становилась безвыходной. В октябре фельдмаршал лорд Китченер запрашивает командующего союзными войсками в Галлиполи генерала Хэмилтона о возможных потерях при эвакуации. Ответ: 50 процентов. В ноябре лорд Китченер лично отправился на позиции, дабы на месте принять решение.

Однако эвакуация была неизбежна. В конце ноября случилась «большая метель» — в результате резкого похолодания до 10 процентов солдат экспедиционного корпуса получили обморожения. Теплой одежды не было, и экипировать всю армию было не реально. Пришлось срочно уходить, невзирая на потери.

В общей сложности борьба за Дарданеллы продолжалась 259 дней. Из участвовавших в сражении 489 тысяч солдат и офицеров союзных войск были убиты и ранены примерно 252 тысячи человек. Из них почти половина — англичане. Большие, хотя и не столь катастрофические, потери понесли французы. Погибли около 30 тысяч австралийцев и новозеландцев, что для этих стран стало самыми страшными потерями в истории. Турецкие войска потеряли около 186 тысяч убитыми, ранеными и умершими от болезней. Инициатор десанта, Первый Лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль, был вынужден уйти в отставку. Неудача навсегда оставила темное пятно на его репутации, хотя он сразу отправился на Западный фронт, дабы смыть его кровью. В чине полковника командовал батальоном Шотландских Королевских Фузилеров.

25 апреля — день высадки десанта стал в Австралии и Новой Зеландии национальным праздником. С 1916 года он именовался днем АНЗАК, после Второй мировой войны стал называться Днем поминовения. Уроки Дарданелльского десанта вошли во все учебники по военному искусству, и приобретенный опыт был учтен при подготовке высадки союзников в Нормандии в 1944 году. Впрочем, это совсем другая история.

12:1019 августа 2016
Руслан Хасбулатов

«После ГКЧП произошла страшная вещь»

Руслан Хасбулатов о путче 1991 года
09:08 7 июня 2015

«Гитлер поднялся на противостоянии с коммунистами»

Историк Константин Залесский об истоках германского нацизма
00:0328 июля 2016
Мозаичное панно, изображающее дружбу русского и украинского народов, на станции «Киевская» Арбатско-Покровской линии московского метро

«Российская украинистика растет, формируется и зреет»

О чем спорят украинские и российские историки