«Главное, чтобы искусство что-то изменило»

Куратор VI Московской биеннале Барт де Баре о выставке и политике

Фото: предоставлено пресс-службой Московской Биеннале современного искусства

VI Московскую биеннале современного искусства, которая пройдет с 22 сентября по 1 октября на ВДНХ, будут курировать известные международные специалисты: директор Антверпенского музея современного искусства M HKA Барт де Баре, директор роттердамского Центра современного искусства Witte de With Дефне Айас и директор Kunsthalle в Вене Николаус Шафхаузен. В Москве они обещают показать интерактивный проект «Как жить вместе? Взгляд из центра города в самом сердце острова Евразия». «Лента.ру» встретилась с Бартом де Баре, чтобы узнать, как идет подготовка к биеннале, почему он согласился курировать российскую выставку и выяснить, что в арт-мире мало кто интересуется политикой.

«Лента.ру»: В своих интервью вы часто признаетесь в любви России. Сейчас это не самое распространенное мнение.

Барт де Баре: В Городском музее Амстердама есть потрясающая коллекция Малевича и значительная коллекция авангарда. Часть этого авангарда, создавшего наш современный мир, произошла отсюда, из России. И нельзя недооценивать, насколько это важно: стакан, из которого вы пьете, кресло, на котором вы сидите, — все произрастает из авангарда. Представляете, как русские поменяли отношение к миру? Благодаря русскому авангарду мы по-другому строим дома, шьем одежду.

Сейчас мне немного грустно, что русское искусство находится в какой-то своей нише и мало известно миру. Что-то похожее я наблюдал в Бразилии лет 10 назад. Но с тех пор все кардинально изменилось. Бразильское искусство влилось в международный контекст. То же самое было с Бельгией. Там было столько хорошего искусства, и его нельзя было назвать интернациональным. В начале 1980-х на международной выставке «Документа» (это как Олимпийские игры в искусстве) была организована дискуссия: почему в экспозиции только один бельгийский художник и тот уже скончался. Не прошло и десяти лет: в конце 1980-х меня пригласили на круглый стол на тему «В чем секрет успеха бельгийского искусства?». Так что все может измениться. И наверняка изменится для Москвы, но не знаю когда. Здесь много современных художников, интеллигенции. К тому же Москва — один из ключевых городов в мире. Москва — как Рим, Стамбул или Лондон. Поэтому когда отношения России с миром станут позитивными и выйдут из этого ущербного периода, очевидно, что Москва станет модным местом и искусство из России заинтересует мир.

Да, но пока этого не случилось. Каково было мнение ваших коллег, которые узнали, что вы курируете Московскую биеннале?

Как это ни прискорбно, сложная ситуация на Украине не так уж широко обсуждается в международном арт-сообществе. Не все даже знают, где находится Украина или, например, Грузия. Это печально, но эта политическая тема не является предметом обсуждений.

Расскажите о VI Московской биеннале. Подробности об основном проекте появились несколько дней назад, а до открытия выставки осталось всего три с половиной месяца.

То, что мы собираемся показать, — это уже третий сценарий биеннале. Первые два, которые я предложил, не могут быть осуществлены. Первый наш план был сделать биеннале в «Манеже»: совместить в одной выставке произведения основных русских художников XX века и ведущих международных авторов. Получился бы идеальный музей. Но «Манеж» не смог сотрудничать с биеннале по определенным причинам. Второй вариант — сделать биеннале на ВДНХ, задействовав основные павильоны, как Джардини на биеннале в Венеции. Мы бы пригласили для каждого павильона своего куратора. Однако нам было сказано, что павильоны сейчас реставрируются, а стены в любом случае нельзя будет трогать. То есть если бы мы захотели делать там выставки, то пришлось бы строить фальшь-стены, а бюджета на это нет. И вот третий и окончательный проект родился из вопроса «стоит ли нам продолжать?». Если мы принимаем решение двигаться вперед, то нужно сконцентрироваться на чем-то, что действительно важно, и превратить проблему в возможность сделать и сказать что-то важное. Так мы решили сделать ставку на людей, а значит обратиться к сути искусства, узнать, что оно может. Кто-то осмеливается сказать или показать, что видит мир не так, как другие, и первая реакция на это обычно отвержение и отказ принять новую точку зрения, ведь новое всегда поначалу пугает. Будущее рождается монстром. В мире много недопонимания как между странами, так и между людьми. И как результат — огромное количество отрицательной энергии. Нужно поторопиться, чтобы прояснить все конфликтные ситуации. Искусство для этого и создается.

Если мы хотим узнать, каким станет будущее, нужно начать жить настоящим моментом. Поэтому мы решили сфокусироваться на первых десяти днях биеннале: с 22 сентября до 1 октября. Все три куратора проведут это время в Москве. Вы можете прийти и принять участие в проекте: на все дни или на десять минут. Главное, чтобы время, проведенное на выставке, изменило в вас что-то, вдохновило жить немножко иначе и принимать решения по-другому. После этих десяти дней будет работать выставка: документация проекта. Мы пригласили важнейших мыслителей наших дней, чтобы они рассказали, что думают о происходящем. Мне кажется, что самый важный момент — когда художник встречается с аудиторией, они общаются, и в эти моменты что-то происходит, как и в любом разговоре между людьми. Если случается какой-то приятный вечер, вы ведь никогда не планируете заранее, не знаете, что именно так и будет. Вы приглашаете гостей, готовите ужин, но мысли, с которыми вы покинете компанию, заранее неизвестны. Впрочем, это не отменяет того, что вы должны тщательно продумать меню и решить, что вы будете на десерт.

В мире проходили подобные проекты?

Конечно, было что-то похожее. Но то, что мы собираемся сделать, даже не знаю, с чем и сравнить… Я счастлив, что мои коллеги Дефне Айас и Николаус Шафхаузен в этой сложной ситуации стараются сделать что-нибудь исключительное. У всех нас есть большой профессиональный опыт в нестандартных подходах к выставкам, который нам помогает. Что из этого выйдет, давайте посмотрим в сентябре. Например, известная в Китае писательница Миан-Миан в течение первых десяти дней будет делать ток-шоу: ежедневно интервьюировать одного человека.

Наш проект будет проходить только в основном павильоне ВДНХ. ВДНХ — это абсолютный символ общества, которое верило, что оно построит новое будущее и будет открыто всему миру. ВДНХ — это не про Москву, не про Россию, даже не про СССР и не про планету Земля. Это про вселенную, космос, новые миры — советские архитекторы мыслили более чем глобально. И центральный павильон — символ этой эпохи. У нас не такие амбиции, как были у советских людей, они гораздо меньше, но наши цели гораздо более неотложные: понять возможности будущего.

ВДНХ находится не в центре. Люди не очень активно интересуются современным искусством. На что вы собираетесь заманивать зрителей?

Люди интересуются людьми. Каждое человеческое существо интересуется другим.

Очень романтические представления…

Нет. Вовсе нет. Проблемы начинаются тогда, когда мы начинаем мыслить клише: «ужасные русские» или «ужасные украинцы», «ужасные европейцы» или «ужасные китайцы». Но мы встречаем человека, и все меняется. Так же и с современным искусством. Если вы уверены в том, что оно ужасное и вам не интересно, и не собираетесь в этом разубеждаться, то вы никогда и не поймете его. Но вдруг вы случайно сталкиваетесь с инсталляцией в лобби отеля или на улице и понимаете, что у вас захватывает дух. Этого достаточно, это значит, что все сработало. Цель искусства — заставить зрителя посмотреть на свою жизнь по-другому, забыть о клише, вдохновить, что-то изменить или создать. Иногда пятиминутный перформанс может перевернуть все с ног на голову в вашей жизни. Для понимания старого искусства нужно знать многие вещи: мифы, литературу, историю, религию. Современное искусство ищет новые смыслы, оно простое и доступно для понимания каждого.