Новогородский дефолт

Кризис, которого не было

Бывший мэр Великого Новгорода Юрий Бобрышев (слева) и Сергей Митин (справа)
Фото: Сергей Киселев / «Коммерсантъ»

В начале июня рейтинговое агентство Standard & Poors сообщило о том, что в первом квартале 2015 года как минимум один субъект РФ допустил просрочку выплаты по банковскому кредиту вследствие ограниченного доступа к средствам рефинансирования и таким образом совершил дефолт. В S&P так же отметили, что им известны случаи, когда «банк-кредитор был вынужден пролонгировать выданный ранее региону кредит по ставке ниже текущей рыночной — в связи с тем, что регион был неспособен погасить или рефинансировать кредит».

Поздним вечером 9 июня сайт РБК опубликовал информацию о том, что «первым российским регионом, допустившим дефолт по определению Standard & Poors, стала Новгородская область». Со ссылкой на РБК новость распространили и многие другие СМИ. Выявление проблемного региона не вызвало трудностей у аналитиков, поскольку о финансовых неурядицах Новгородской области и так было хорошо известно.

В августе 2013-го года регион взял у ВТБ 2 миллиарда рублей, а спустя два месяца позаимствовал у того же банка еще 2,2 миллиарда. В феврале 2015-го регион действительно не смог погасить свой долг перед банком и активно искал возможности перекредитоваться, однако обстановка этому не способствовала. В декабре 2014-го ключевая ставка ЦБ взлетела с 10,5 до 17 процентов, и хотя в феврале она снизилась до 15 процентов, региону не удалось привлечь средства под 23,3 процента — на объявленный конкурс не поступило ни одной заявки. Правительство Новгородской области пыталось уговорить профинансировать себя и федеральный центр, заменив коммерческие кредиты бюджетными. Безуспешно.

О том, что Новгородская область не в состоянии ни расплатиться с долгами, ни привлечь новых средств, вследствие чего ей грозит дефолт, четвертого марта сообщал «Деловой Петербург». Официальные лица попросили журналистов не сгущать краски, близкие к губернатору средства массовой информации пытались успокоить население, утверждая, что деньги обязательно найдутся. Кроме того, всячески подчеркивалось, что на фоне соседей Новгородчина выглядит еще не так плохо: по данным правительства региона, на начало марта государственный долг области составлял 14,6 миллиарда рублей или 73,8 процента доходной части областного бюджета. В то же время госдолг Республики Карелия достигает 19 миллиардов рублей — 101,7 процента доходной части, Архангельской области — 32,7 миллиарда (78,8 процента), Вологодской — 34,9 миллиарда (97,1 процента).

Сведения, что регион просрочил выплаты по кредитам, не афишировались, но и не особо скрывались. Любой мог понять: если область должна выплатить ВТБ два миллиарда в феврале и ей не удается привлечь средств для погашения этого долга, то видимо, платеж не состоялся. И шестого марта регион смог получить два кредита по миллиарду рублей каждый от все того же ВТБ: один — на год под 19,5 процентов годовых, второй — на два года под 19,8 процентов.

В результате февральская неудача с привлечением кредитных средств была выставлена как решительный успех новгородского правительства в борьбе за интересы граждан региона и сбалансированность бюджета: на разнице в процентных ставках удалось сэкономить около 150 миллионов рублей. В то же время остается неясным, что заставило ВТБ, который еще в середине февраля не изъявил желание прокредитовать область под 23,3 процента, уже спустя две недели выделить деньги меньше чем под 20 процентов. Об ожидаемом снижении ключевой ставки ЦБ, к которой апеллируют официальные лица области, в банке было известно не хуже, чем в правительстве региона.

Тем не менее дефолт был отсрочен. За счет кредита Новгородчина выплатила то, что требовалось. Руководители области тем временем продолжили поиск путей реструктурирования своих долгов. За сутки до сообщения РБК, восьмого июня, первый заместитель губернатора Вероника Минина (выходец, кстати, из структур Сбербанка), курирующая экономику и финансы, сообщила журналистам, что с крупнейшим банком страны идут переговоры о снижении процентной ставки. «Мы высказали свои предложения. Надеемся, что давний партнер — Сбербанк — примет положительное для новгородского региона решение, как это делает другой крупный государственный банк, с которым мы сотрудничаем», — подчеркнула Минина. Другой банк — это, очевидно, как раз ВТБ.

Кроме того, область пытается как сокращать собственные расходы, так и выискивать лишние средства у муниципалитетов. Если в 2011 году 30 процентов НДФЛ оставалось в бюджете Великого Новгорода, то сейчас это уже всего 15, что привело к трудностям уже в городских бюджетах. Так, на прошлой неделе стало известно, что в городской казне региональной столицы возник кассовый разрыв в 238 миллионов рублей. Областные чиновники поспешили возложить всю ответственность за эти проблемы на власти Великого Новгорода. Стоит упомянуть, что городские и региональные власти сосуществуют в состоянии необъявленной войны уже несколько лет и в конце мая областному правительству с третьей попытки удалось добиться отставки мэра Великого Новгорода, которую он сейчас пытается оспорить в суде.

О переговорах со Сбербанком по снижению ставки СМИ проинформировали накануне общественных слушаний по исполнению бюджета Новгородской области, на которых тема закредитованности обязательно должна была возникнуть. Так вице-губернатор Минина пыталась добавить себе аргументов перед этим мероприятием. Слушания состоялись 10 июня, то есть как раз в тот день, когда федеральные СМИ принялись активно распространять информацию о дефолте Новгородской области, сильно испортив настроение новгородским чиновникам.

Реакция областного руководства в первые часы была крайне бурной. Руководитель департамента финансов Елена Солдатова в комментарии новгородскому интернет-изданию «Прямая речь» заявила: «Все отношения давно уже урегулированы. Никакого дефолта нет, никаких долгов нет. Область функционирует нормально — зарплаты, стипендия и пособия выплачиваются. Идет просто какой-то заказ в СМИ». К сожалению, чиновница не пояснила, кто именно, по ее мнению, стоит за этим «заказом».

Далее последовало сразу два официальных сообщения — от областного правительства и, более развернутое, непосредственно от губернатора Сергея Митина. Ничего нового областные чиновники не сказали: региону удалось-таки реструктурировать долг перед ВТБ. Однако об этом говорилось и в СМИ, идиосинкразию у региональных чиновников вызвало слово «дефолт». «Ситуация, о которой идет речь, не имеет с дефолтом ничего общего. Дефолт — это невозможность платежа, а не управляемая задержка платежа по договоренности с банком», — подчеркнул губернатор. Но как быть с цифрами? В марте говорили о кредитах ВТБ под 19,5-19,8 процентов. В официальном же комментарии и Митина, и правительства упоминается ставка в 17,5 процентов годовых.

То есть либо чиновники сами плохо понимают, кому, сколько и под какие проценты они должны, либо весной было еще одно реструктурирование долга, о котором никому ничего не известно. Чтобы прояснить этот и прочие вопросы, «Лента.ру» обратилась к руководителю департамента по работе со СМИ правительства области Анатолию Гусеву с просьбой организовать интервью либо с профильным вице-губернатором Вероникой Митиной, либо с руководителем департамента финансов Еленой Солдатовой. Однако Гусев отказал с тем комментарием, что никакой новой информации, за исключением той, что уже предоставлена в официальных сообщениях, озвучено не будет.

Как бы то ни было, в данный момент дефолт Новгородской области не грозит. Бюджет региона последние несколько лет верстается с дефицитом 5-7 процентов (1,5-2 миллиарда рублей в абсолютных числах), из которых около трети — это средства на платежи по кредитам. При сохранении нынешних трендов долг достигнет 100 процентов доходов региона через несколько лет. То есть еще какое-то время область сможет позволить себе брать новые кредиты, чтобы обслуживать старые.

Экономика00:0420 ноября

Приход нормальный

Кокаин, героин и ЛСД: почему будущее экономики зависит от наркотиков