Избыточное предложение

В Кремле подводят итоги партийной либерализации

Фото: Евгений Курсков / ТАСС

Партийная система должна выйти на новый уровень, считают в администрации президента. Большего числа партий, чем уже есть, не нужно, потому что формальное разнообразие не свидетельствует о качестве участников политического процесса. Будущее за теми партиями, которые ведут постоянную работу в регионах.

В Кремле обозначили новый этап в развитии российской партийной системы, рассказали «Ленте.ру» политологи, приглашенные на днях на встречу с первым заместителем руководителя администрации президента Вячеславом Володиным. Сегодня основная задача — повышать качество партий, а не их количество — именно об этом, по их словам, говорил Володин.

Речь идет о том, что только те партии, которые представлены на территориях (имеют региональных и муниципальных депутатов) и ведут системную работу на всех уровнях, в том числе муниципальном, смогут претендовать на успех в федеральных выборах.

В результате либерализации партийного законодательства, проведенной президентом Дмитрием Медведевым в 2012 году, количество партий в России выросло более чем в десять раз — до нынешних 78 (из них 74 на данный момент имеют право принимать участие в выборах). Бурному партстроительству способствовало упрощение процедуры регистрации партий: минимальное количество членов, необходимых для получения регистрации, было снижено с 40 тысяч до 500 человек.

Теперь в России есть партии на любой вкус: одни предлагают вернуться к монархии, другие черпают вдохновение в советской эпохе, есть и такие, которые апеллируют к божественным силам. Однако востребованность партий обществом по-прежнему низка, и реальным институтом публичной политики их назвать сложно. Некоторые партии вообще не ведут никакой деятельности. Например, для участия в сентябрьских региональных и муниципальных выборах зарегистрировались кандидаты от 55 партий, а 19 не используют эту возможность (в единый день голосования 13 сентября состоятся почти 10,8 тысяч кампаний различного уровня в 83 субъектах). Но и далеко не все участвующие в выборах политические объединения могут претендовать на то, чтобы сформировать фракцию в городском собрании.

«По нашим подсчетам, по-настоящему активны порядка 27 партий. У всех остальных активность скорее формальная либо отсутствует вовсе, — говорит председатель правления Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) Константин Костин. — Очевидно, что 78 партий — это избыточное электоральное предложение. Среди зарегистрированных организаций много спойлеров и чисто политтехнологических проектов. Для кого-то создание партии — не более чем попытка удовлетворить самолюбие, когда человеку льстит, что у него на визитке написано “председатель партии”. Поэтому я считаю, что количество партий должно сокращаться. В первую очередь за счет укрупнения и перевода "молчунов" в статус общественных организаций. Здесь как в традиционным маркетинге: избыточное предложение так же вредно для системы, как и отсутствие выбора».

Политтехнологические проекты с 2012 года действительно расцвели. Например, политтехнолог Вячеслав Смирнов в недавнем интервью изданию Znak.com поведал о распродаже контролируемых им партий. «Бизнесмен» признался, что после изменения закона о партиях он вместе с другим политтехнологом — Андреем Богдановым — принял участие в создании и регистрации 12 партий, в том числе «Союз горожан», «Гражданская позиция», «Народная партия», КПСС и «Демократическая партия России».

Директор Института избирательных технологий Евгений Сучков называет задачу по повышению качественного уровня партийно-политической системы чрезвычайно актуальной. «Но она очень сложная, и механически ее не решить, — говорит он. — Нужны новые яркие лидеры и четкая артикуляция партиями своих идеологических позиций. Идеал — это партия с сильной идеологией и ярким лидером, которая могла бы внедрить в массовое сознание ценности определенного образа жизни. А сейчас мы видим кадровый застой, в последние годы появилось множество партий, которые ничего и никого не представляют, не имеют ни идеологии, ни ярких лидеров, ни поддержки населения. У того же Алексея Навального идеология крайне противоречива — своеобразный “компот” из национализма и либерализма».

В этом году для участия в выборах депутатов региональных парламентов (состоятся в 11 субъектах) свои списки смогли зарегистрировать только 15 партий из выдвинувших кандидатов 32-х. Помимо ПАРНАСа, которой было отказано в регистрации во всех регионах, кроме Костромской области, неудачи в ряде регионов потерпели «Коммунисты России», «Родина», «Зеленые», «Народный альянс», «За женщин России» и другие.

Профессор НИУ ВШЭ Олег Матвейчев считает, что во многом это следствие плохой организации партиями предвыборной работы. «Кампания начинается за месяц до выборов, не хватает профессиональных юристов. По моим наблюдениям, далеко не все выделяют достаточно времени на проверку собранных подписей — а это необходимо, чтобы твои же конкуренты не подсунули тебе липовых бабушек или липовых студентов, — говорит он. — Все делается впопыхах. К тому же немногие малые партии могут похвастаться сильными отделениями в регионах».

«Беда в том, что нет опоры среди населения, что они вставляют в списки кого ни попадя», — категоричен Евгений Сучков. Например, в новосибирском списке партии «Гражданская инициатива» только немногие кандидаты были местными, отмечает собеседник «Ленты.ру». Этим же грешили и другие малые партии.

Стоит отметить, что в этом году количество партий-участниц выборов разного уровня по сравнению с прошлым годом снизилось. Так, в 2014 году на выборы в заксобрания (проходили в 14 регионах) списки кандидатов выдвинули 33 партии, а зарегистрировать списки удалось лишь 27 партиям.

Пока политологи не услышали от чиновников администрации президента, что нужно как-то искусственно регламентировать партийную систему. «Речь шла о том, что это эволюционный процесс, который будет сопровождаться консолидацией партий. Что развитие малых партий невозможно, если они не научатся договариваться и создавать коалиции, — рассказал «Ленте.ру» руководитель «Политической экспертной группы» Константин Калачев — участник совещания с Володиным. — Но особо отмечалось, что ни в коем случае нельзя всех грести под одну гребенку и загонять в “Единую Россию”».

Однако первый замруководителя администрации президента все же упомянул, что, например, в законодательстве США есть норма о необходимости сбора подписей для партий, не участвовавших в предыдущих выборах, призванная стимулировать партии к электоральной активности.

«Те или иные ограничения можно рассматривать только в комплексе, — уверен директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко. — Я считаю крайне вредным централизованно регулировать численность партий. Если партия нежизнеспособна, она сама отомрет».

Политологи сходятся во мнении, что без регулярного участия в выборах о каком-то успехе в политике партия может только мечтать. «Конечно, можно непосредственно перед выборами раскрутить какой-нибудь партийный проект по телевизору, но эффект будет краткосрочным»», — говорит Евгений Сучков. Константин Калачев считает, что сейчас у партий недостаточно стимулов, чтобы расширять свое присутствие на муниципальном уровне. Эксперт уверен, что партии станут более заинтересованными в увеличении числа своих муниципальных депутатов, если увидят, что у них в том или ином регионе действительно есть шанс победить губернатора от «Единой России». Пока же им сложно побеждать тех, кого на новый срок благословил президент.