Библиотека

«Древнерусский город Выборг» Историк Ксения Литвиненко о том, как в СССР управляли исторической памятью народа

Россия. Ленинградская область. Рыночная площадь в Выборге

Россия. Ленинградская область. Рыночная площадь в Выборге. Фото: Сергей Бертов / Интерпресс/ ТАСС

Школа актуальных гуманитарных исследований ИОН РАНХиГС провела Международную научную конференцию «Стратегии институционального строительства в послесталинском СССР (1953-1968)». В ее рамках свой доклад «Реабилитация наследия: Ленгражданпроект и Союз архитекторов в Выборге (1958-1964)» представила историк Ксения Литвиненко (НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург). В нем отслеживается развитие политики исторической памяти и управления наследием в период послевоенного освоения городского пространства. Автор также разрабатывает гипотезу об инверсии центра и периферии, заключающейся во влиянии финского функционализма в Выборге на становление ленинградского извода модернизма.

Завершившаяся Вторая мировая война дала советским архитекторам два вызова: необходимо было найти язык для коммеморации Победы и в короткие сроки восстановить и вернуть к жизни города, пострадавшие от военных действий и бомбардировок. Восстановление началось уже в 1943 году, для чего при Совете народных комиссаров СССР был основан Комитет по делам архитектуры.

Главный архитектор Москвы, академик, ответственный редактор журнала «Архитектура СССР» Каро Алабян в статье «Архитектурная практика в свете решений ЦК ВКП(б) о литературе и искусстве» отмечал, что на архитекторов в связи с победой во Второй мировой войне падает «значительная историческая ответственность», ведь именно в монументальных творениях современных архитекторов последующие поколения должны будут запомнить подвиги народа-победителя.

Алабян подверг критике архитектуру функционализма, конструктивизма, а также образцы исторической архитектуры, которые он сравнил с театральными декорациями. Несмотря на то, что знание исторической архитектуры поощрялось среди советских зодчих, их буквальное цитирование подвергалось критике. Алабян предлагал другую парадигму — не забывать о национальной архитектурной традиции каждой из республик, переводя ее на язык современной архитектуры. В качестве удачного примера воплощения этой логики выступил проект Дома правительства Армянской ССР (1926-1940 годы) архитектора Александра Таманяна. Классицист Таманян, используя паттерны и приемы средневековой армянской архитектуры, добавил к ней ордер, чем вполне удовлетворил комитет.

Дом правительства на площади Республики, Ереван, Армения

Дом правительства на площади Республики, Ереван, Армения

Фото: Ирина Овчинникова / Фотобанк Лори

Подавление локальной идентичности

В Выборге, где финское население города окончательно эвакуировали в Финляндию в 1944 году, была принята совершенно другая стратегия, состоявшая в подавлении локальной идентичности и конструировании идентичности советского города, освобожденного от «гнета фашистских захватчиков».

Примером подобной политики может служить строительство здания центральной станции в Выборге (1953 год). Прежнее сооружение, построенное финскими архитекторами Элиэлем Саариненом и Германом Гизеллиусом в 1913 году в стиле северного модерна, было уничтожено в ходе бомбардировок города советскими войсками в 1941-1944 годах. Конкурс на возведение здания был инициирован не на локальном уровне, а в Москве в крупной организации — Союзтранспроекте, что показывает его важность.

Главное требование к конкурсному проекту заключалось в отражении идеи въезда в СССР, связи с Ленинградом. При этом решение не должно было никак перекликаться с местным ландшафтом или финскими градостроительными традициями. Участники конкурса, попытавшиеся использовать отсылки к местным национальным градостроительным традициям в своих проектах, проиграли его.

Другой пример — один из проектов реконструкции библиотеки Алвара Аалто, важной градостроительной доминанты города, выполненной главным архитектором города Петром Розенблюмом. Проект «реставрации» библиотеки Петра Розенблюма, как и проект восстановления вокзала, главным образом был сосредоточен на трансформации фасадной части здания — предполагалось, что к ней будут пристроены классический ордер и парадный вход в стиле ампир. Проект не был реализован как из-за смерти Розенблюма в 1957 году, так и по причине смены архитектурной политики в сторону экономии средств и борьбы с излишествами. В ходе развертывания этой стратегии в Выборге до 1964 года практически не реализовывались индивидуальные проекты, строились только типовые здания. Активное развитие индивидуальных проектов возобновилось лишь в 1970-х — 1980-х годах.

Торгильс Кнутсович

С другой стороны, в послевоенный период происходило и дискурсивное освоение городского пространства Выборга. На страницах местных изданий, в частности в газете «Выборгский коммунист», а также путеводителях, издававшихся не только для местных жителей, но и для ленинградцев, создавался образ Выборга как нового строящегося города с древнерусскими корнями. С прошлым города создатели мифа расправились очень просто: шведское архитектурное наследие Выборга на страницах этих изданий превратилось в древнерусское. Например, основателя выборгского замка Торгильса Кнутссонна в них именовали на славянский манер Кнутсовичем, период нахождения города в составе Российской империи представлялся как наиболее богатый и яркий, а период независимости Финляндии вовсе игнорировался. Происходило присвоение исторического наследия и формирование новой советской идентичности.

Библиотека Аалто

Библиотека Аалто

Фото: Ninaraas / Wikipedia

Вот два примера из газет:

«Группа учащихся технического училища №3 совершила экскурсию в Выборгскую крепость. Опытный экскурсовод В.В. Пасеков рассказал историю создания крепости и ее многовековую судьбу. Мы входим в крепость, здесь веет многовековой давностью. Поднимаемся по лестнице на самый верх центральной башни, которая увенчана куполом в виде шлема русского воина времен Александра Невского. Отсюда открывается чудесный вид Выборга и его окрестностей. Видна Круглая башня, которая сейчас реставрируется. Итак, мы заглянули еще в одну страницу истории нашего родного города».

«От многих, кто не был в нашем городе 5-10 лет, можно услышать восторженные слова: "Как изменился, как похорошел Выборг!" Да, за последние годы неузнаваемо изменился облик древнего русского города. Благодаря заботам Коммунистической партии и Советского правительства Выборг превратился в крупный промышленный и культурный центр Ленинградской области».

На страницах газеты также регулярно публиковались материалы о послевоенном восстановлении города — так жители узнавали о новых зданиях, памятниках и, что интересно, нормативных практиках, связанных с этой местностью. Вот два примера — описание Суворовской и Красной площадей: «Красная площадь — одно из красивейших мест нашего города, здесь проходят демонстрации трудящихся, здесь установлен памятник Владимиру Ильичу Ленину, создателю советского государства». Суворовскую площадь в газете называли «излюбленным местом отдыха выборжан». Стоит отметить, что она была только-только открыта после реставрации, а уже каким-то образом стала излюбленным местом! Путеводитель не просто описывал город, но и санкционировал определенные практики в нем.

Выборг получил приоритет в послевоенном восстановлении, так как, по некоторым данным, его включили в список исторических городов. С другой стороны, была поставлена задача восстановления и скорейшего запуска судостроительного завода, расположившегося на территории города. Эти два фактора привлекли в город очень много специалистов из Ленинграда. Началась реставрация исторической части города, но она велась без чертежей, так как все строительные архивы были вывезены вместе с эвакуированным финским населением. Восстановление шло фактически вслепую, согласно обмерам, сделанным самими архитекторами. Архитектор Александр Швер, сменивший на посту руководителя реставрации библиотеки Петра Розенблюма, просил Выборгский горком запросить чертежи у Аалто для проведения восстановления здания. Запрос попал в комитет архитектуры в Москве, и оттуда пришел категорический отказ.

«Оттепель»

Архитектурная «оттепель» в Выборге началась в 1958 году, когда он перестал быть закрытым городом. Здесь открылся офис компании «Интурист», а бывшие жители Виипури (Выборга) получили возможность посещать город на 24 часа. Вместе с этим началось сотрудничество советских зодчих и архитекторов Виипури. Так, архитектор Дмитрий Фридлянд, руководитель Союза архитекторов Выборга, получил оригинальные чертежи через Юху Ланкинина (сына бывшего главного архитектора Виипури), по которым началась критическая реставрация города.

Вид на Выборгский замок

Вид на Выборгский замок

Фото: Сергей Куликов / Интерпресс / ТАСС

В начале 60-х годов в Академии художеств вокруг профессора Андрея Иконникова начала формироваться группа архитекторов, посещавших Выборг в рамках неофициальных экскурсий для обучения финскому градостроительному опыту. Схожие процессы происходили и в Москве, где некоторые архитекторы Моспроекта получили возможность отправиться не только в Выборг, а прямо в студию к Алвару Аалто. В их числе был и архитектор Андрей Гозак — автор первой русскоязычной монографии о работах финского зодчего.

Вопрос интереса к выборгской архитектуре со стороны ленинградских архитекторов интересен, например, в свете творческой биографии Александра Жука — одного из главных архитекторов Ленинграда. В 1954 году он стал начальником Студии №3 ЛенНИИпроекта, которая разрабатывала индивидуальные проекты крупнейших общественных зданий города. Это и аэропорт Пулково, и Театр юных зрителей, и Большой концертный зал, а также небольшая правительственная дача К2, расположенная на Крестовском острове. При строительстве этого здания Жук, судя по всему, отталкивался от архитектуры библиотеки Аалто, о реставрации которой говорилось выше. Выборг он посетил впервые в 1963 году, и уже в 1965 году была начата разработка К2, в первоначальном варианте которой даже была запроектирована библиотека, в итоге так и не построенная. Даже меблировку дачи осуществила финская фирма.

Пример Выборга — это интересное взаимодействие периферии и центра, в котором роли субъекта и объекта неочевидны и размыты. Вовлечение локальных профессиональных групп в процесс реализации национальной и культурной политики в городе создало амбивалентную ситуацию. Был задан курс на «осовечивание», присвоение пространства, восприятие которого представителями местного архитектурного сообщества исходило из уникальности и отличия ландшафта Выборга от других городов Советского Союза. В то же время даже при жестком подавлении локальной идентичности города влияние периферии на центр остановить так и не удалось.

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.