С севером наедине

Как прожить пять дней на необитаемом острове в Баренцевом море

Фото: Юлия Рудометова

Что может быть чудеснее путешествия? Только захватывающий рассказ о нем. Мы уже убедились, что в запасе у наших читателей множество потрясающих историй. Сегодня мы отправляемся на необитаемый остров Сенгейский в Баренцевом море в компании Юлии Рудометовой. С нетерпением ждем новых рассказов о чудесных местах, увлекательных путешествиях, невероятных приключениях и сильных чувствах. «Конкурс путевых заметок» на «Ленте.ру» при поддержке «Рамблер.Путешествия» продолжается.

Последний раз смотрю на часы и кладу их на полку. Отключаю мобильный и оставляю рядом. Там, где я буду через пару часов, мне все это не понадобится. От легкого волнения кружится голова. Именно в эту минуту начинается то, ради чего я посередине лета оказалась в Заполярье у одной из северных границ нашей страны.

Весной, когда я восторженная и одухотворенная вернулась с десятидневного курса медитации, подруга решила устроить мне что-то вроде продолжения. Продлить мою практику одиночества и полной оторванности от внешнего мира, но уже в формате дикого севера. Оля третий год живет в Ненецком автономном округе, поражающем своим природным величием и нетронутой красотой. Она и предложила забросить меня на несколько дней прочь от цивилизации, в ледяные воды Баренцева моря, на необитаемый остров Сенгейский. Без людей, мобильной связи, интернета. Осознанно не брать с собой ни книг, ни музыки, ни компьютера, ни других вещей, которыми мы так привыкли каждый день заполнять свое пространство и время. Кстати, о времени. Часы тоже предлагалось оставить на большой земле, чтобы полностью отпустить свои мысли и позволить себе раствориться во власти полярного дня. «От такого не отказываются», — решила я и прилетела в Нарьян-Мар.

На необитаемый остров можно попасть только с помощью частной авиации. Двухместный самолетик «Ремос» и его хозяин Влад терпеливо ждут меня на взлетной полосе нарьян-марского аэропорта. Оба места в кабине пилотские. Я с трепетом усаживаюсь за штурвал и надеваю огромные наушники с микрофоном.

В пилотских наушниках свой мир, в котором на неведомом языке рапортует диспетчер, о чем-то шепчет бортовой компьютер и весело шутит Влад. В кабине непонятные кнопочки, рычажки, стрелочки, буковки, дисплеи. Все жужжит, мурчит и сливается в удивительную музыку полета, который уже начался.

Ветер подхватывает нас, крошечных, на руки и плавно поднимает над землей. И я понимаю: небо — самый сильнодействующий наркотик. Легальный. Опасный. Можно пропасть...

Без конца выглядываю вниз и не верю в реальность. Под нашими крыльями разлилось зеленое море тундры, смыв мягкой волной весь цивилизованный мир. Кругом больше ничего нет, только космические кратеры, заполненные водой небесного цвета, нетронутые бархатные луга, словно пастбища далеких планет.

У меня возникают мысли о миллионе возможностей этого мира, о том, что жизнь гораздо больше и интереснее, чем я привыкла себе представлять.

Спустя полчаса вдали показалась блестящая полоска воды и сам остров. Влад делает круг, чтобы я с высоты птичьего полета смогла рассмотреть свое пристанище на ближайшие дни. Мне раскрывает свои объятия естественная, свободная в своем развитии и нетронутой красоте природа. О том, что на эту землю ступала нога человека, напоминают лишь нескольких деревянных охотничьих домиков на разных концах острова. В одном из них мне предстоит обосноваться.

Мы приземляемся на тугой песок в полосе отлива, обласканный за день сильными волнами. Я не в силах вымолвить хоть что-то после неба над тундрой. Я улыбаюсь. Наверное, со стороны похожу на человека, который в одночасье сошел с ума. Впереди у меня пять дней наедине с островом, чтобы исследовать его и себя, чтобы научиться чему-то очень важному...

День первый. Ветер

Утро первого дня выдалось пасмурным. Свинцовое небо почти падает на землю, заслоняя собой дневной свет. На остров прилетел ветер. Сильный и настойчивый, он бежит по побережью, поднимая за собой на пару сантиметров длинные извилистые струйки песка. Затем ветер берется за море и сбивает в беспокойную кучу барашки на волнах. Пугает и путает их. Наводит беспорядок.

Ветер носится по тундре, будто в безумной отчаянной пляске. Забирается на сопки, заставляет беспомощно трепетать маленькие головки цветов, расстеливших свои разноцветные лепестки по зеленому мху. Ветер яростно раскачивает их под свою дикую песню, больше похожую на оглушающий свист.

Нервно стучит в стекло, носится по деревянным мосткам под окном моего маленького домика, шумит в дровах и скрипит на крыльце. Мне не страшно. Я выхожу к нему поговорить с долькой лимона в кружке горячего чая. Но не могу сделать даже вдох под его натиском. Ветер просит помолчать и закрывает мне рот.

Я прячу все слова, бросаю чай, застегиваю плотнее куртку, закрываю глаза, погружаясь в потоки ветра, и учусь слушать.

День второй. Солнце

Просыпаюсь от ощущения тепла, разливающегося по всему телу. Открываю глаза и вижу, как солнечный луч ласковой кошкой устроился у моих ног. Кто-то невероятно щедрый переключил солнце из режима освещения в режим обогрева так лихо, что я остаюсь в одной футболке, закатываю под коленки штаны и разуваюсь. Даже не верится, что такое возможно после вчерашнего пронизывающего до костей холода.

Спускаюсь от моего домика на широкий морской берег. Утопая босыми ногами в белоснежном мелком песке, смело подхожу к кромке воды. Море обжигает холодом, как только я ступаю в самое сердце танцующих волн. Мгновенно выпрыгиваю и блаженно зарываю ступни в согревшийся за утро песок.

Лето в Заполярье — особенное время. Ночь на несколько месяцев уходит странствовать далеко за горизонт, не оставляя за собой даже ниточки сумеречного следа. Солнце круглые сутки гуляет по небосводу, лишь изредка скрываясь за грозовыми тучами или облачной дымкой. Если оставить часы вне острова, то можно напрочь потеряться во времени или, наоборот, его остановить. Ведь день и ночь сливаются здесь в единое прекрасное бесконечное сейчас... Часов у меня нет, и я долго-долго сижу на берегу не в силах пошевелиться под ласками солнечных лучей. Учусь быть в настоящем.

День третий. Океан

Баренцево море разливается по всему берегу и с шипением возвращается обратно в Северный Ледовитый океан. От осознания масштабов этой ледяной мощи захватывает дух.

Сегодня я исследую побережье верхом на квадроцикле — одном из немногих признаков существования цивилизации на острове. Еду не спеша, часто останавливаюсь, чтобы отогреться крепким чаем, съесть кусочек хлеба с сыром и с наслаждением понаблюдать за океаном.

Каждый час вода и небо меняют свой цвет. Ранним утром это глубокий сине-зеленый оттенок, потом он становится менее насыщенным, к полудню обретает матовое свечение под блеском солнца, к вечеру на волнах сверкают маленькие оранжевые искорки и блики заката. Когда во всем мире наступают сумерки, а потом ночь, на острове солнце продолжает свой полярный день и бежит дальше по горизонту. Вода в это время нежная и умиротворенная, в палитру волн добавляется больше фиолетового и синего.

Каждый раз, когда я сажусь поближе к океану, он уносит меня далеко за горизонт. Гипнотизирует и затягивает. Заставляет мыслями перенестись по ту сторону Северного полюса, к ледяным берегам Канады и Гренландии. Интересно, океан там такой же величественный? Я кладу ладонь на воду. Я не чувствую холода. Совсем. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем я отрываю руку и отпускаю соленое прикосновение.

Я учусь у большой воды единству с этим миром.

День четвертый. Небо

Сегодня день меняющегося неба. Солнце, облака, радуга, голубой простор, тучи, синева, пелена, дождь, солнце, облака... и так по кругу. Я больше нигде не встречала таких небесных игр. Небо дышит, хмурится, а потом смеется и улыбается. Калейдоскоп из цветных стеклышек над головой. Небо одновременно отражает все оттенки настроений и запечатлевает их в особой игре света и тени, в причудливых узорах облаков и в тысячах оттенков цвета. Никогда бы не поверила, если бы не увидела.

Самолеты в небе над островом — не частые гости, в отличие от птиц. Огромные морские чайки перелетают с одного берега на другой в поисках рыбы. Хищные птицы сарычи величественно парят в своем неприкосновенном одиночестве, широко расправляя пестрые ястребиные крылья. Северные гуси часто летают парами, рисуя трогательный силуэт на фоне яркого неба. Все это — мои личные посланники, которые приносят весть о том, что кроме меня еще остались живые существа на этой планете.

Учусь у неба видеть невероятное, у птиц учусь свободе.

День пятый. Остров

Удивительно, насколько может быть разнообразен пейзаж небольшого клочка суши, который можно пешком пересечь от края до края за шесть-семь часов и за час-два — на квадроцикле. И как же я ошибалась, полагая, что природа севера крайне скромна, консервативна и неизобретательна!

Остров заключен в свое космическое пространство, отражающее разные уголки нашей планеты через собственное понимание красоты. В западной части — австралийская пустыня с растрескавшейся нежно-оранжевой землей, песчаные барханы Гоби, украшенные шапками из голубых цветов. На востоке — альпийские горы из гигантских сопок, застеленных бархатным мхом тундры, тут же у подножья — зеленые впадины с оставшимся после зимы снегом и горные озера Памира с пресной прозрачной водой.

В глубине острова — неповторимая тундра. Мягкое одеяло, усыпанное белыми цветами морошки и багульника, белым ягелем и арктическим мхом, карликовыми ивами и березками, едва достающими до колена. Постепенно эта нежность под ногами превращается в воду и хлюпающие вязкой жижей болота. Если проявить упорство и пробраться подальше, то можно найти колонию гнездящихся гусей. Увидеть, как птицы заботливо хлопочут над будущим потомством, которое пока что сладко сопит под хрупкой скорлупой в тепле пушистого гнезда.

Разбиваю свои стереотипы, учусь замечать истинную природную красоту и гармонию.

Пять дней на острове заставили меня взглянуть по-новому на привычные вещи, задуматься о том, чего раньше я не замечала или не хотела замечать, стать ближе к себе и мудрости окружающего нас мира. Как же нам, детям современной цивилизации, привыкшим к суете больших городов и непрерывной гонке за своими желаниями, не хватает подобных перезагрузок! Для внутренней тишины и спокойствия, мира и гармонии, пустоты и пространства. Для искреннего неспешного общения с природой, которая знает ответ на любой из твоих вопросов.

Итог голосования: «+» 186, «-» 24