Не только почитать, но и посмотреть — в нашем Instagram
Новости партнеров

Расправили плечи

Почему тонущая княжна Тараканова так и не открыла свое производство

Изображение: «Княжна Тараканова», 1864 / Константин Флавицкий / Государственная Третьяковская галерея

В тюремной камере на кровати стоит отчаявшаяся женщина в дорогом платье. Пол уже затоплен, и вода подбирается к ее ногам. Что будет дальше — можно догадаться. Скоро затопит всю камеру и узница утонет. Согласно преданию, так, во время наводнения в Петербурге, погибла в 1777 году княжна Тараканова, известная авантюристка, представлявшаяся дочерью императрицы Елизаветы Петровны и сестрой Емельяна Пугачева. В реальности она, арестованная по указу императрицы Екатерины II, скончалась за два года до этого, но художник Константин Флавицкий запечатлел на своей картине именно эту легенду.

Владей, производи

В 1775 году, помимо ареста Таракановой, произошло еще одно знаменательное событие — императрица выпустила манифест: «Всем и каждому добровольно заводить всякого рода станы и производить на них всевозможные рукоделия, не требуя на то уже иного дозволения». То есть фабрики и заводы признавались собственностью, которой можно распоряжаться без особого разрешения власти. Это одна из многих успешных реформ, проведенных во время правления Екатерины Великой, ставившей на развитие свободного предпринимательства, а не на государственную монополию на средства производства.

Купцы-предприниматели XVIII века основали много новых промышленных предприятий в России. Состояния их быстро росли — так, по подсчетам Главного магистрата 93 московских купца, занимавшихся внешней торговлей, аккумулировали капитал объемом в 1,175 миллиона рублей — чрезвычайно внушительную для того времени сумму.

Рост «третьего сословья» (среднего класса) подтолкнул власть к реформе системы купеческих гильдий — теперь вместо двух их стало три, по уровню дохода: высокому, среднему и низкому. Купцы обязывались платить в казну государства специальный сбор в размере одного процента от собственного капитала, размер которого должны были объявить сами.

Власть постепенно отказывалась от сословного подхода к налогообложению в пользу буржуазного, деля общество не по происхождению, а по уровню достатка. Новые предприниматели не были привязаны к интересам государства, что способствовало более быстрому развитию их инициатив и внедрению новых технологий в производстве.

Дворяне и крестьяне

Мелкое дворянство, впрочем, тоже не сидело сложа руки. Почувствовав запах денег, дворяне-выходцы из провинции присматривались к фабричному производству. Особенно хорошо шли дела у тех, кто организовывал текстильные мануфактуры, а потом продавал продукцию государству.

Не остались в стороне крестьяне и мелкие кустарные мастерские. Согласно постановлению Екатерины, они могли торговать своей продукцией, которая, по ее мнению, не наносила никакого урона купеческому делу. Но не тут-то было: крестьяне охотно занимались перепродажей заграничных продуктов внутри страны и экспортом местных товаров за границу. В результате, в 1778 году, после многократных жалоб купцов, был издан указ, сильно ограничивавший права крестьян на торговлю.

Тем не менее к концу XVIII в России сформировалась группа капиталистов — выходцев из крестьян. Начиная с мелких кустарных производств, некоторые из них быстро поднимались, становились крупными промышленниками и выходили в первостатейные купцы. Они были энергичны и постоянно искали пути совершенствования технологий производства продукции, совершая длительные путешествия, чтобы выведать новые способы обработки сырья. Власть поддерживала таких людей — постановление 1762 года гласило, что представители крестьянства имеют право на открытие собственного производства.

Хозяева крепостных дельцов всячески поощряли их — ведь они приносили деньги своим помещикам. Число их неуклонно росло, а рабочую силу для своих мануфактур они получали, покупая собственных крепостных (их, конечно, записывали на барина). Капиталы этих предпринимателей росли так быстро, что вскоре многие из них смогли откупиться от своего хозяина и получить свободу, — как поступили, скажем, промышленники Морозовы.

На бумаге

При Екатерине II в стране впервые были введены в обращение банкноты — бумажные деньги. Постоянные войны опустошали казну, и ее нужно было каким-то образом пополнять. К тому же, рассчитываться тяжелыми и неудобными медными монетами было крайне неудобно — бумажные ассигнации существенно упрощали процесс. Ассигнационный банк выполнял несколько задач: помимо эмиссии банкнот, он принимал вклады и обеспечивал учет векселей.

Банкноты оказались востребованы, они регулярно выпускались, но через некоторое время, в основном из-за затратных русско-турецких войн, объем бумажной наличности настолько увеличился, что она стала быстро дешеветь. Единственной устойчивой валютой оставался серебряный рубль. В общем, Ассигнационный банк со своей задачей до конца не справился.

Но в целом значение экономических реформ Екатерины II оценивается как чрезвычайно положительное. Императрица продолжала дело европеизации России, начатое Петром I. Государственные монополии были ликвидированы, после провозглашения свободы торговли и возможности ведения промышленной деятельности активно развивалось предпринимательство. Наверное, единственным минусом было то, что Екатерина практически закрывала глаза на проблему крепостного права, которое продолжало тормозить развитие России, оставаясь экономически неэффективным институтом.

Культура00:0211 октября

Скандал на оба ваши дома

Как обвинения в харассменте и коррупции изменили Нобелевскую премию