Новости партнеров

Убьет — значит, любит

Почему полиция закрывает глаза на бытовое насилие

Фото: Николай Корешков / «Коммерсантъ»

В Орле возбудили уголовное дело в отношении сотрудницы полиции, отказавшейся прийти на помощь женщине, которой угрожали убийством. Женщина погибла. Стражу порядка теперь придется ответить за свою халатность перед судом. К сожалению, такое поведение сотрудников правоохранительных органов — не редкость. О громких случаях, когда полицейские, призванные защищать, не приходят на помощь, вспоминала «Лента.ру».

«Ваш труп опишем, не переживайте»

17 ноября на одной из улиц Орла, прямо посреди улицы мужчина жестоко избивал женщину, пинал ее ногами. Прохожие не вмешивались, но кто-то догадался вызвать скорую помощь и полицию. Пострадавшую, 36-летнюю Яну доставили в больницу без сознания — и спасти ее врачи не смогли.

Убийцу задержали. Им оказался 37-летний бывший сожитель погибшей, Андрей Бочков.

За 40 минут до трагедии женщина звонила в полицию и взывала о помощи. С ней разговаривала старший участковый орловской полиции, майор Наталья Башкатова. Аудиозапись их диалога опубликовала газета «Комсомольская правда».

Башкатова заявила, что полиция не поедет на вызов.

«Как это не выезжаете? Как вы не выезжаете, если я вас вызвала. Девушка, если что-то случится, вы выедете?» — взывала к ней шокированная Яна.

«Если вас убьют, мы обязательно выедем, труп опишем. Не переживайте», — ответила Башкатова.

На фоне разговора был слышен мужской голос, очевидно, принадлежавший Бочкову. Общаясь с сотрудницей полиции, Яна одновременно выясняла с ним отношения. Но вместо того, чтобы откликнуться на угрозу убийством, Башкатова стала рассказывать женщине об ответственности за заведомо ложный донос.

Следственный комитет возбудил два уголовных дела. Бочкову предъявили обвинение по части 4 статьи 111 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности гибель человека») и взяли его под стражу.

Фигурант второго дела — майор полиции Башкатова. Ей вменяют статью 293 УК РФ («Халатность»). А ведь в 2014 году ее признали лучшей в профессии...

Следователи выяснили, что еще до разговора с Башкатовой пострадавшая вызывала полицейских, когда ссорилась с Бочковым в квартире одного из домов по Огородному переулку в Орле. Однако прибывшие на место стражи порядка должных мер не приняли. После того как они уехали, конфликт продолжился уже на улице, перерос в избиение и закончился гибелью женщины.

Бочков — двухметровый, накачанный детина, с судимостью (побывал в колонии). С миловидной блондинкой Яной познакомился два года назад, рассказала подруга Яны Валерия. По ее словам, отношения у них были неидеальными: ссоры, скандалы, ревность.

Пару месяцев назад Бочков набросился на кота Яны. Та схватила его на руки, выбежала из дома, остановила такси, чтобы ехать в ветлечебницу. Бочков ее догнал, вытащил из машины и задушил кота прямо на улице. Тогда Яна не решилась подать заявление в полицию, но объявила Бочкову о том, что дальнейшие отношения между ними невозможны.

«Все это время он ей угрожал, говорил, что если не вернется, задушит, как кота», — рассказала Валерия.

Системная «глухота» к чужой беде

Страшный случай, произошедший 17 ноября, — далеко не единственный в своем роде. Утром 24 июня 2015 года в дежурную часть полиции Магнитогорска поступил звонок от жителей одного из домов на улице Труда: соседка просила о помощи. Вызов был передан в отдел полиции «Орджоникидзевский», однако начальник дежурной смены не направил на место наряд. Женщина, просившая о помощи, погибла от смертельной травмы головы во время бытовой ссоры. Полицейского уволили и осудили на 1,5 года условно.

Еще один пример халатности полицейских — августовская трагедия в поселке Козьмодемьянск Ярославской области. 52-летний мужчина поссорился с двумя женщинами, набросился на них с топором и нанес им ранения. На крики прибежали еще две женщины — и тоже были ранены. После этого преступник направился в местный магазин, где напал на пятую жертву. Пострадавшие были госпитализированы с тяжелыми травмами, одну из женщин спасти не удалось.

В ходе расследования выяснилось, что накануне дебошир тоже размахивал топором — но никто не пострадал, а полицейские не отреагировали на жалобы очевидцев.

Домашние садисты

Не менее страшная история случилась в этом году с 32-летней жительницей Ульяновска, Светланой Кирилловой. На протяжении нескольких месяцев она обращалась в полицию с заявлениями на своего бывшего возлюбленного, 29-летнего Рустема Гаджиева. Он избивал ее, довел до выкидыша и неоднократно угрожал убийством.

Они познакомились в 2014 году.

«Первые полгода все было нормально, а потом начались скандалы на почве ревности, хотя повода я не давала никакого. Первый раз он меня избил в апреле 2015 года, и потом это периодически повторялось, наверное, с интервалом в три-четыре месяца», — вспоминает Светлана.

В январе 2016-го, после очередного избиения, она подала заявление в полицию. Но в возбуждении уголовного дела было отказано. Светлана решила уехать из Ульяновска в Москву. Тогда бывший сожитель стал преследовать ее 13-летнего сына от первого брака.

«А мне угрожал тем, что он его убьет, если я не вернусь. Говорил, что знает, где мой сын, и что в любой момент может его выследить», — рассказывает она.

Гаджиев действительно следил за мальчиком, интересовался у подростка, где его мама, и просил связаться с ней. Слежка прекратилась, лишь когда парня взял под защиту его родной отец.

Разыскивая возлюбленную в столице, Рустем проявил удивительную изобретательность. Он зарегистрировался на сервисе HeadHunter и инкогнито выступил как потенциальный работодатель для Светланы. На собеседование ее должен был привезти сотрудник предприятия. По дороге он неожиданно остановился, включил аварийные огни и вышел из машины, заперев Светлану внутри.

«И тут из багажника выпрыгивает Гаджиев и начинает меня душить. В руках у него электрошокер. Я в состоянии вообще невменяемом. От страха просто оцепенела», — вспоминает Светлана.

Ей пришлось сообщить ему о своей беременности.

«Он меня силой привез в Ульяновск, я сидела, даже боялась дышать», — говорит она.

Но ребенку не суждено было родиться — в очередном приступе ревности Гаджиев избил Светлану так, что открылось внутреннее кровотечение и случился выкидыш. Она опять подала заявление на Гаджиева — о похищении и прерванной беременности в результате избиения.

После вмешательства адвоката от организации «Правовая инициатива» молодого человека все же допросили. Он сообщил, что это Светлана его преследует и даже должна ему крупную сумму денег. Избиение и похищение он, естественно, отрицал.

Женщина вскоре вернулась в Москву. Но Гаджиев последовал туда же и напал на нее возле машины во дворе дома, где она снимала квартиру. Соседи вызвали полицию — и Рустема опять отпустили. На следующий же день он написал Светлане, чтобы она не садилась за руль своей машины, потому что он перерезал тормозной шланг. Вызванный на место происшествия участковый осмотрел днище и подтвердил повреждение.

На этот раз к заявлению Яна приложила скриншот сообщений, которые она получает от Гаджиева с угрозами «миллионами смертей». Однако участковый ОВД «Можайский» лейтенант Виталий Родюк вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту угроз, нападения и перерезанных тормозов «за отсутствием состава преступления».

Глухи к грядущим убийствам

«Полиция предпочитает не вмешиваться в ситуации, связанные с домашним насилием», — говорит адвокат Алексей Паршин, специализирующийся на защите пострадавших женщин.

По его словам, раньше статьи 115 УК РФ («Умышленное причинение легкого вреда здоровью») и 116 УК РФ («Побои») относились к частному обвинению, когда гражданин должен был сам в мировом суде доказывать факты избиения.

«Это позволяло полиции не расследовать такие дела», — поясняет адвокат.

Однако после внесения нынешним летом в статью 116 УК РФ изменений, предусматривающих уголовную ответственность за побои близким лицам, сотрудники полиции обязаны вмешиваться в случаи домашнего насилия, назначать экспертизы, устанавливать вред здоровью и возбуждать уголовные дела.

«Полицейские признаются, что не знают, как им действовать, практики нет, эту статью они считают чуть ли не декриминализованной. Они думают, что если не супруги, а сожители или разведенные, то здесь вообще административная ответственность», — объясняет Паршин.

По мнению адвоката, фактически из понятия «близкие лица», о которых говорится в статье 116, выпали сожители и бывшие супруги. К тому же женщина зачастую отзывает заявление на обидчика через какое-то время. Но не потому, что простила его, как полагают полицейские — обычно потерпевшая поступает так под давлением домашнего тирана.

Согласно распространенному стереотипу, женщины сами провоцируют мужчин на семейные ссоры. Поэтому полиция, отреагировав на первое заявление о домашнем насилии, как правило, игнорирует все последующие, не выезжает на вызов, хотя должна держать все подобные случаи под контролем, потому что ситуация часто повторяется, жертва остается под прессингом тирана.

Решение проблемы, по мнению адвоката, простое: необходимо обучить всех участковых, как вести себя при домашнем насилии.

«Нужно работать не на последствия, а на профилактику. Наделить полицейских правом выносить защитные предписания, запреты тирану преследовать жертву. Это могут быть любые ограничения вплоть до административного ареста дебошира», —говорит Паршин.

...Измученной преследованием бывшего возлюбленного Светлане полицейский как-то посоветовал: «Вам надо лучше прятаться».