Новости партнеров

«Спонтанный стрит-арт — маргинальный вид спорта»

Как поднять московское уличное искусство с колен

Фото: @zoomstreetart

На прошлой неделе городские службы закрасили белым прямоугольником знаменитый рисунок «Щипок» на улице Щипок. «Лента.ру» поговорила с его автором, уличным художником Zoom, о том, как не нарваться на полицию, почему стрит-арт — война, и что нужно сделать, чтобы Москва меньше напоминала Стерлитамак.

«Лента.ру»: Сначала о недавнем: закрасили «Щипок», одну из самых известных твоих работ. Кто этим занимается и что ты об этом думаешь?

Zoom: Я не знаю точно, кто этим занимается, полагаю, это муниципальные службы или владельцы зданий. Я об этом ничего не думаю, пусть они об этом думают, меня это не парит.

Следишь ли ты за судьбой своих граффити и как обычно реагируешь, когда закрашивают?

Специально не слежу, но, поскольку большинство работ — в моем районе, я и так знаю, что с ними. Реагирую спокойно, меня устраивают правила игры — я делаю что хочу, они закрашивают, некоторое время работа доступна для публики. Время все равно на моей стороне, «Инстаграм» — это навсегда, по крайней мере, до третьей мировой точно.

Ты вроде раньше выступал за «Стрит-арт без вандализма», как это?

Я и сейчас против откровенной порчи чужого имущества, хотя меня самого можно привлечь за вандализм по формальным критериям. Есть люди, искренне считающие меня вандалом. Мне неинтересно углубляться с ними в дискуссию по этому поводу, честнее отказаться от любых лозунгов и продолжать делать то, что считаю нужным.

Что надо делать, чтобы сохранить анонимность и не нарваться на полицию?

Это как на войне — надо молиться, верить в здоровый фарт и не лезть на рожон.

Ты пытался как-то сотрудничать с городскими властями, сделал Шаламова — что-то вроде заказа. Какие условия у таких «сделок»?

Проект с Шаламовым — это сотрудничество с глубоко уважаемым мною Музеем истории Гулага, а общением с властями занимались продюсеры проекта, я к этому отношения не имел, и, надеюсь, не буду. Я не оформитель по найму, просто мне хорошие люди позволили сделать то, что я очень хотел. Если такой же подход будет реализован на другой стене, я с удовольствием возьмусь хоть за заказ от МВД.

Можно ли зарабатывать на жизнь уличным искусством? Чем еще занимаешься чисто ради денег?

Это смотря что называть уличным искусством. Отрисовка рекламы на стенах, возможно, и приносит стабильный заработок, но будем честны — это не уличное искусство. Спонтанный стрит-арт — по определению маргинальный вид спорта, его невозможно продать вместе с забором, монетизировать его можно только в рамках меценатской поддержки или культурных событий типа фестивалей или биеннале. Но в этом смысле Москва здесь, относительно культурных столиц мира, примерно на уровне Стерлитамака, и усилиями одной Сабины Чагиной (соорганизатор II Биеннале уличного искусства «Артмоссфера» — прим. «Ленты.ру»), да продлит Кришна ее годы, российский стрит-арт не подымешь. Его вообще сверху нельзя поднять, по определению. Нужно изменить состав воздуха. Так что пока я «доедаю» наследство дяди, который оставил мне небольшую сеть бензоколонок в Калифорнии.

Ты называешь себя не художником, а уличным дизайнером. Где здесь грань?

У меня до сих пор нет ответа — искусство ли то, чем я занимаюсь. Да честно говоря, меня это не особо и волнует. Пусть этим вопросом задаются теоретики стрит-арта, их сейчас немало, по-моему, даже больше, чем художников.

Расскажи немного про процесс. Ты рисуешь эскиз? Сколько обычно занимает по времени одна работа?

Естественно, каждый проект сначала «варится» в студии, иногда по полгода. А работа непосредственно «в поле» — это всегда соревнование на скорость, по понятным причинам. Обычно занимает от 20 минут до трех часов, зимой каждый слой сохнет минут по 20, а слоев бывает до 10.

Как бы ты описал общее направление своих работ?

Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Терминология меня не занимает. Зачем киту разбираться, как по латыни называется тот вид планктона, который ему сегодня попался? Он просто его жрет.

Если отвлечься от улиц, то как относишься к современному искусству, которое не на стенах и гаражах, а в музеях висит?

По-разному отношусь. Я считаю интересным то, что обжигает сетчатку и заставляет обычного человека без специального бэкграунда, не знающего культурного контекста, внимательно разглядывать объект, а потом вспоминать и думать о нем. Все остальное для меня — имитация. Можно такой подход назвать китчем. Я называю это art for the masses. Если ты считаешь, что это примитивно — ну ок, давай, иди, сделай что-нибудь примитивное, чтоб людей вставило. Вот поэтому я слушаю Depeche Mode и не слушаю Шнитке.

А как относишься к тому, что стрит-арт все больше оформляется во что-то типа высокое, с фестивалями и выставками, биеннале?

Ну так это прекрасно, кто бы спорил.

Ты говорил, правда пару лет назад это было, что ты не в тусовке и смысла в этом не видишь. А имена других граффитистов (как вообще это правильно называется?) знаешь? Есть ли у тебя если и не ориентиры, то близкие по духу художники?

Давайте определимся наконец с терминами. Граффити — это шрифтовые работы, один из жанров стрит-арта. Я этим не занимаюсь. Точка. Имена других художников знаю, пасу поляну, естественно. Из близких по духу и уважаемых могу назвать парижского чувака Oakoak. Этот парень всегда на волне с городом, он с ним говорит и иногда подпевает ему. Почти каждая его работа — это работа с городским контекстом. Выглядит легко и беззаботно, как щебет соловья, но за этим стоит находчивость, эрудиция, тяжелый труд и километры улиц, пройденных в поиске. Это и есть настоящий стрит-арт.

Можешь составить примерный маршрут по твоим сохранившимся работам? Есть ли такие, какими гордишься?

Почти все, что осталось, находится в пределах километра от метро Серпуховская. Работ, которыми я прямо любуюсь, нет. Через день после реализации проект меня отпускает и перемещается в папку «Архив».