Родиться жертвой, переродиться мстителем

Как отстаивали свои права женщины в Древней Индии

Фото: chekhovfest.ru

На Чеховском фестивале показали «Пока львы молчат» — спектакль, поставленный по индийскому эпосу английским хореографом, чья семья переехала из Бангладеш. Акрам Хан, родившийся в Уимблдоне и изучавший искусство танца катхак, рассказал древнюю историю мести с точки зрения мстившей женщины, а не обидевшего ее мужчины — и тем нарушил традицию, существовавшую две тысячи лет.

Если ты принцесса и тебя вдруг похищает какой-то злодей, что тебе остается делать? Нет, в полицию не обратишься, даже когда похититель тебя отпустит, — вокруг Древняя Индия, там и слова такого не знают. Бывший жених отворачивается — мол, ты уже нечиста. Просить и требовать помощи надо у богов: вдруг получится так достать одного из них, что тот пообещает в следующей жизни превратить тебя в мужчину, способного отомстить. После этого можно и умереть — и действительно, появившись на свет в новом обличье, превратиться в воина, который сразит обидчика. «Махабхарата», великий индийский эпос, нашпигован сотнями сюжетов, и история о принцессе Амбе — одна из самых жутких по своей сути. (Для нас, разумеется; читатель же, верящий в череду перерождений, к истории отнесется спокойно). Женщина отказывается от себя, чтобы себя защитить; неудивительно, что именно в наш феминистский век Акрам Хан выбирает этот фрагмент «Махабхараты» для своего спектакля — и именно женщину (а не похитителя, как в эпосе) делает главной героиней.

Круг сцены, похожий на срез тысячелетнего дерева, — круги и трещины. У этого круга четверо музыкантов, на нем — трое артистов. Сам Акрам Хан — в роли того самого злодея, и две танцовщицы, отражающие две жизни принцессы Амбы.

Преследование, сражение, убийство — убийство торжествующее, убийство красочное (человека протыкают копьем; он не падает мешком вниз, но кренится как старое дерево). В течение часа артисты держат фантастическое напряжение в зале — пусть Чеховский фестиваль слишком доверился эрудиции московской публики и не напечатал в программке либретто, все же понятно, кто к кому как относится и что происходит. Загадкой для многих зрителей осталась лишь сцена трансформации — когда собственно Амба превращается в воина; но чудовищный излом тела танцовщицы, экспрессионистский телесный крик и совершенно другой стиль движения у нового героя давали понять: все, больше никакой девочки не существует. Есть мститель, который разыщет преступника. Не штудировавшая перед спектаклем мифологию публика решила, что речь идет о душевном перерождении — и, собственно, была права: смена пола в этой мифологической истории — знак внутренних изменений.

Тема перемен — душевных и телесных — для Акрама Хана болезненно важна. Ему 42; в классическом балете в этом возрасте положено уходить на пенсию, и лишь очень немногие артисты сохраняют физическую форму, позволяющую работать на сцене. Современный танец (а спектакли Хана проходят по ведомству контемпорари, поскольку он скрещивает древнюю технику катхака с сегодняшними техниками) милосерднее — на сцену можно выходить и в семьдесят, никто же не ждет от тебя полетов над землей. Но Хан — перфекционист и с момента последней травмы ежедневно изучает свое тело с пугающей дотошностью. Можно ли еще танцевать? Можно ли еще день украсть у приближающейся немощи, чуть отодвинуть тот момент, когда рука или нога встанут уже не точно так, как ты считаешь необходимым? Оттого спектакль производит особенно сильное впечатление — артист исполняет свою роль буквально как в последний раз. Каждый раз держа в уме, что завтра он будет не так совершенен, и следовательно, придется немедленно уйти.

Этот хореограф — продукт именно той политики мультикультурализма, успешность которой в Европе сейчас часто ставится под сомнение. Родители приехали в Лондон из Бангладеш; семья существовала в кругу своей общины, катхак, искусство рассказывать истории в танце, был естественным занятием для мальчишки. Акрам Хан учился национальному танцу яростно — он хотел стать лучшим танцовщиком, чем старшая сестра. Но семья и община не были наглухо замкнуты от мира — и кроме древнеиндийских богов и героев, рассказывавших свои приключения в танцах, божеством Хана стал Майкл Джексон. Позже добавились новые кумиры и новые интересы: например, классический балет (и это совсем недавно привело к тому, что хореографу заказали новую версию «Жизели» в английском Национальном балете, второй по значению труппе в стране после Королевского балета; премьера была очень успешной).

В 13 лет танцовщик получил приглашение участвовать в знаменитом спектакле Питера Брука «Махабхарата» — и на два года его семьей стала разношерстная театральная компания, объезжавшая с гастролями земной шар. Еще тогда — когда скучавшего по дому подростка опекали актрисы компании, всегда остававшиеся чуть в тени за спинами мужчин-актеров (Брук воспроизводил дух старинного брутального эпоса, мужчины на сцене были главнее), Акрам Хан задумался о несправедливости женской участи. Тридцать лет спустя он сделал вот этот спектакль «Пока львы молчат», отсылающий своим названием к притче о том, что правда приписывается охотнику, поскольку львы уже ничего рассказать не могут. И в этом спектакле соединились европейское представление о правах женщины, древняя индийская история и пластика, в которой сплавились современные школы и те традиции, которым не одна тысяча лет. И этот спектакль стал последним в череде зарубежных постановок, привезенных на международный Чеховский фестиваль, призванный утверждать именно многообразие культур и их интерес друг к другу. Трудно представить себе более удачный выбор.

Обсудить
«Большевистская сволочь хотела грабить и держаться у власти»
Почему советские люди беспомощны и слабовольны
Участница XIX Всемирного фестиваля молодежи и студентов в СочиПопали в сеть
Фестиваль молодежи и студентов в Сочи связал десятки тысяч людей со всего мира
Вас здесь не лежало
За что стоит воевать в российских больницах
Без бумажки ты...
Почему российским автолюбителям придется пройтись по судам
Шам на крови
Что скрывает павшая столица «Исламского государства»
Шпион, разлогинься
Мировые корпорации породили свои ЦРУ и КГБ, но проиграли интернету
Иссам ЗахреддинХалифат убери
Сирийский терминатор три года косил джихадистов, но взорвался в день победы
«Мне довелось убивать русских»
Жажда крови, шепот смерти и грязная работа головорезов в Сирии
Доброе утро, Вьетнам!
Еще одна азиатская страна сошла с ума по караоке
«Бабушка спрашивает, заставляют ли мусульмане сменить веру»
История москвички, которая переехала в Объединенные Арабские Эмираты
Жируха
В лондонской канализации нашли мерзкое нечто
Тайное оружие наркобаронов
У них есть танки, суперкомпьютеры и беспилотники
Дайте грязи: конкуренты вседорожному хэтчу Kia Rio X-Line
Renault Sandero Stepway, Lada Vesta SW Cross и другие приподнятые бюджетники
Как через Instagram продают машины за миллионы
Соцсети, молодеющие покупатели и другие причуды современного рынка суперкаров
Семиместность не порок
Как из пятиместной Mazda CX-5 получился семиместный кроссовер CX-9
Тест: зачем машине эта штуковина?
Попробуйте угадать, зачем инженеры это придумали
Братва помнит
Чем украшают могилы криминальных авторитетов
Интим предлагать
Секс стал способом решения квартирного вопроса
«Я тупо решила, что теперь ем одну гречку»
Одинокая мать год сидела на крупе, чтобы накопить на квартиру
Раз, два, взяли!
Жилье в Крыму пока еще можно купить за копейки