«Лидер — это не сверхчеловек»

Финалист конкурса «Лидеры России» рассказал о движении к мечте сквозь кризисы

Андрей Фролов
Фото предоставлено героем материала

В ближайшие дни в Сочи пройдет финал конкурса «Лидеры России». Молодым руководителям — управленцам из частного бизнеса и государственных структур предстоит в очередной раз продемонстрировать свои организаторские способности. Удача улыбнется не всем, но игра стоит свеч. Андрей Фролов из Тольятти по результатам полуфинала показал, что он вполне может стать одним из победителей. В свои 38 лет он основатель и руководитель успешной компании.

Город экономического оптимизма

«Помню было время, у нас стреляли. Прямо в соседнем дворе, — вспоминает Фролов лихие 90-е в Тольятти. — Милиционеры молодежь досматривали на улицах. Просто идешь со спортивной сумкой на тренировку, останавливают суровые дяди: "показывай, что там у тебя"».

Криминальные войны в Тольятти шли не на жизнь, а на смерть. В автомобильной столице России было что делить. Но ко времени достижения Андреем того возраста, когда молодых людей начинали рекрутировать бандитские бригады, война прекратилась. А вскоре исчезли и сами преступные группировки. Кого-то убили, кто-то уехал, а были и те, что легализовались и занялись бизнесом.

«Криминальный период был весьма скоротечным и, к сожалению, драматичным для многих местных семей, — говорит наш собеседник. — Но общество наше как-то все это пережило, и Тольятти — тоже. Теперь у нас в городе нет районов, где страшно ходить по ночам». По словам Фролова, экономический оптимизм в Тольятти сохранялся на протяжении всех 90-х. Хотя он помнит, как стоял в очереди за крупой и сахаром.

«АвтоВАЗ» жил очень неплохо. В конце 90-х развалился только один крупный завод — «Фосфор». Еще было много малого бизнеса, люди что-то пробовали делать», — продолжает Андрей. Родители будущего главы «Тольяттинской лизинговой компании» относились к экономически активной части общества, и круг общения у них был под стать. Поэтому Андрей не слышал дома разговоров о том, как все плохо, а стремился скорее занять свое место среди этих энергичных, умных и деятельных людей.

Семейная бизнес-школа

Мама работала инженером-электронщиком, руководила бригадой, которая обслуживала большие ЭВМ. Отец служил в армии, а затем влился в число строителей банковской системы новой России. «От него у меня склонность к финансово-экономической сфере. Когда мне было 12-14 лет, отец уже давал что-то почитать, посчитать, посмотреть», — вспоминает Фролов о своей первой еще домашней бизнес-школе.

Андрей учился в физико-математической школе. В его школьном аттестате всего одна четверка. С учителями везло, особенно по физике и математике. Занятия парень успешно совмещал со спортом: плаванием, рукопашным боем. Но это не самое примечательное. Уже в восьмом классе у него появилась возможность проявить свои организаторские способности. Фролову поручили руководство школьной радиорубкой.

«На меня легла куча общественных мероприятий, начиная от организации дискотек и разных культмассовых вечеров до забот чисто технического плана — обслуживать аппаратуру, выставлять звук», — рассказывает Андрей.

На фоне юношеского увлечения у Андрея появилось желание стать режиссером, заниматься постановкой, созданием шоу. Но кроме творческих амбиций, у него уже тогда проявлялся здоровый прагматизм. «Запала в голову чья-то мысль, что почетнее быть средним бизнесменом, чем средним режиссером», — вспоминает он.

В СамГТУ будущий менеджер со второго курса также погрузился в общественную жизнь вуза: КВН, посвящения в студенты и так далее. Естественно, такой активный и талантливый парень не мог долго оставаться холостым. На старших курсах у Андрея появилась семья.

Картина будущего

Уже с третьего курса Фролов начал заглядывать в светлое, но все еще туманное рыночное будущее, он всячески старался вместе с однокурсниками прояснить эту картинку. Для этого преподавателями факультета был создан «Институт частных исследований», где занимались всем, начиная с маркетинговых исследований и заканчивая серьезными проектами с экономическими расчетами.

Немного разобравшись в финансовых механизмах и бизнес-процессах, студент Фролов пошел на смелый шаг. «На имя президента «Автовазбанка» Веры Прокопенко я написал записку с предложением использовать лизинг для повышения эффективности банковских продуктов за счет имеющихся налоговых льгот, — рассказывает Андрей. — Ну и звезды так сошлись, что команда банка как раз собиралась запускать лизинговую компанию. Я не предполагал, что меня сразу поставят руководителем».

Отметим, что это была не просто записка мечтателя с просьбой дать миллион на интересную идею. В документе содержались отсылки к нормативным актам, финансовые расчеты и все, что с этим связано, схемы сделок и так далее.

В октябре 2000 года, когда Фролов еще был студентом пятого курса, лизинговая компания была зарегистрирована. Помогли сотрудники банка, которые даже сопровождали Фролова при подаче документов на открытие компании. А дальше началась мучительная процедура получения лицензии. Минфин эти лицензии некоторое время не выдавал. «11 апреля 2001 года мы получили лицензию и 12 апреля, в День космонавтики, мы заключили первую сделку. Получилось символично», — вспоминает Андрей.

Оглядываясь назад он отмечает, что в тот момент не было понятно, станет ли этот бизнес прибыльным. Прогнозы были порой диаметрально противоположным. Главную роль сыграло доверие, оказанное банком. «Представьте, человек окончил институт и ему говорят: светлое будущее там, будет кое-какая поддержка, а дальше давай крутись, изобретай. И вот эта свобода выбора решений и доверие позволили мне сделать многое», — уверен Фролов. Был у Андрея и особый наставник — Елена Казымова (с 2007 года она президент «Автовазбанка»). «У нее несомненный талант собирать команды и выращивать управленцев. Много ярких лидеров выросло под ее началом», — вспоминает Фролов.

Риски — неотъемлемая часть любого бизнеса. Лизинг — это разновидность кредитной деятельности, а значит она связана с риском невозврата. «Об этом можно прочитать в любом учебнике, но когда человек, которому ты доверился, вдруг пропадает, перестает отвечать на звонки, прятать объекты лизинга... Невольно задумываешься о правильности своего выбора», — рассказывает Андрей о своем печальном опыте, из-за которого он едва не разуверился в людях.

Важным этапом взросления Фролова-управленца и серьезным испытанием для его «Тольяттинской лизинговой компании» стал кризис 2008 года. «В какой-то момент мы перестали понимать, что вообще происходит, — вспоминает бизнесмен. — У клиентов один за другим отваливаются заказчики, никто не понимает, что завтра будет с банками. Был информационный шок». Спасало только то, что практически все оказались в аналогичной ситуации. А потом мы начали внимательно разбираться с каждым нашим партнером: что у него происходит и как. Где нужно помогать, а где нужно скорее рубить канаты».

В то время как компании-конкуренты старались поскорее забрать свое имущество у клиентов, чтобы распродавать его, Фролов с коллегами решили рискнуть и сыграть в долгую.

«Те, кто поспешил, долго распродать все не могли и большие финансовые потери понесли. А с нами большинство клиентов полностью расплатились, мы их не бросали, — рассказывает Андрей. — Когда видели, что у предприятия понятная бизнес-модель и оно может приносить прибыль, тогда мы пробовали перезапускать работу заново, уже под нашим контролем. В половине случаев получалось добиться позитивного результата. И это отлично».

Чиновника надо понимать

Со случаями вымогательства взятки Фролов ни разу в жизни не сталкивался. «Были какие-то трудности с нормативными документами, часть которых была написана в советское время, а другая позднее, и выполнение двух одновременно становилось невозможно — такое было», — говорит он. Но подобные проблемы, по мнению Андрея, могут возникнуть в любой стране, а не только в России. В целом же государственная машина, на его взгляд, работает, эволюционирует.

«Многое делается, чтобы снижалось количество проверок бизнеса. Была одна проверка недавно у нас. Контролеры пришли, начали разбираться и очень скоро проверку отменили, потому что по формальным критериям мы являемся малым бизнесом. Нормальное, считаю, отношение», — продолжает Фролов. Взаимоотношения с налоговой инспекцией у Андрея тоже вполне рабочие.

«Со стороны кажется, что вот сидят бюрократы непонятные в кабинетах. Но когда ты погружаешься мысленно в систему, частью которой они являются, начинаешь относиться с большим пониманием», — сочувствует чиновникам предприниматель.

Увлеченные люди

Несколько лет назад Фролов стал членом Клуба директоров Самарской области, который служит площадкой для установления контактов, обмена информацией. Именно там он и узнал о конкурсе «Лидеры России».

«Я буквально в течение нескольких минут прошел регистрацию, еще не понимая до конца что это будет», — говорит Фролов, человек не склонный к спонтанным решениям. Он не пожалел. Конкурс оказался для него хорошим тренингом, а также местом, где завязалось общение с такими же активными людьми из самых разных сфер. А приглашенные эксперты, по словам Андрея, буквально поразили его высоким уровнем своих знаний и профессиональной компетенцией.

«Может быть для кого-то участие в конкурсе было своеобразным походом за госдолжностью, но для меня — нет. По моим ощущениям, люди на госслужбе, похоже, работают сутки напролет, — рассуждает бизнесмен. — Воспринимать ее как тихую гавань нельзя. Скорее это длинный марафонский забег». Фролову, как, наверное, и большинству участников проекта, было интереснее заниматься командной работой, чем индивидуальными заданиями.

«На конкурсе мне удалось познакомиться с людьми, живущими в моем регионе, но занятых в самых разных сферах: ученые, музыканты, спортсмены, сотрудники вузов, администрации. Общение с такими людьми дорогого стоит, — рассказывает Андрей. — В полуфинале у нас в Самаре было два заместителя председателя правительства. Люди в чине региональных министров, а они вместе с нами занимались в творческих конкурсах. Причем на полном серьезе, с полной вовлеченностью. Стараемся теперь сохранить контакт после конкурса». Фролову интересно, что будет впереди — в финале. Но в любом случае, этот экспериментальный проект, на его взгляд, уже состоялся и принес огромную пользу всем его участникам.

«Лидер, лидер — многие часто произносят это слово, и формируется образ некого идеального человека, — размышляет Фролов. — Такой подход вызывает сильный стресс у руководителей. Он думает, что должен все уметь и все знать. Но лидер — это не сверхчеловек, а тот, кто может организовать, настроить и вдохновить людей, человек, которого слушают и который способен слышать других».

Экономика15:54Сегодня
Игорь Шувалов

ВЭБ платежом красен

Возврат долгов стал принципиальным для команды Шувалова