Новости партнеров

«Там очередь метров на сто»

Что за тени бродят ночью по библиотекам

Фото: Евгения Новоженина / РИА Новости

В России прошла очередная «Библионочь». Нарушая главное правило о тишине в библиотеке, граждане разных возрастов и званий заполнили залы с книжными полками, что-то громко читали и обсуждали. А любители раритетов и древностей устремились в приоткрывшиеся на ночь спецхранилища, как в машину времени. Корреспондент «Ленты.ру» наблюдал, что происходило в столичной Библиотеке имени Ленина в ночь на воскресенье.

«Я думал, что никто не придет»

Библиотеки фактически перестали быть публичным местом, куда люди приходят по своей воле. А бывшие студенты и студентки, кому тихая охота за книжным знанием легла на душу, шли с досадой после работы мимо закрытых дверей: днем туда не вырвешься, а ночью не ворвешься.

Жители двух столиц обзавелись ночными книжными магазинами, где можно до утра листать издание за изданием, попивая кофе и обсуждая что-то интеллигентское с друзьями. А потом в Москве наступила «Библионочь».

Сегодня это уже хорошо известное и почти традиционное мероприятие, и в минувшие выходные оно проходило во всех регионах России с участием сотен тысяч книголюбов.

«Если вы cейчас выйдете, то увидите очередь метров на сто... Это самое яркое доказательство того, насколько востребована у нас хорошая книга, хорошая культурная программа, хорошее кино», — сказал глава Минкульта Владимир Мединский, глядя на публику, расположившуюся на ступенях большой мраморной лестницы в главной «публичке» страны Советов. С 1992 года крупнейшая библиотека нашей страны называется Российской государственной, или РГБ, но и читатели, и библиотекари по-прежнему зовут ее Ленинкой.

«У нас сегодня будет в полтора-два раза больше посетителей, чем в прошлом году», — тут же прихвастнул стоявший рядом директор РГБ Владимир Гнездилов.

Отчасти ажиотаж был связан с тем, что Алексей Герман-младший лично представлял тут свой фильм о Довлатове. Однако лампа проектора зажглась и осветила зависший над лестницей экран раньше, чем появился режиссер, и некоторых это расстроило.

«Сразу фильм будут показывать? Я же уже смотрела! Я к Алексею Алексеевичу пришла. Что же это такое?» — возмутилась женщина средних лет, занявшая место на первом ряду-ступени и похожая на русскую паломницу с полотен конца XIX века. Впрочем, она действительно приехала из Рязанской области и утром прямо из библиотеки поедет на Казанский вокзал.

Но творец, как и положено, явился раньше своего творения, удивляясь количеству жаждущей увидеть его публики. «Я думал, что никто не придет. Либо я такой трусливый, либо люди смелые, — начал Герман. — Сегодня мы показывали на Московском кинофестивале документальный фильм под названием "Мастерская" — о моих родителях. Он прошел хорошо, пришло 12 человек. Очень понравилось... Если кто-то из вас придет на следующий показ — буду рад».

Режиссер рассказал собравшимся о том, как тяжело было работать над фильмом, как был выбран подходящий для экранизации период из жизни писателя. «Взяли его 30 лет, отсеяли все то, что было до, и все то, что было после. Мы взяли человека, который не знает, будет ли он писателем. Важен был перелом в молодом человеке, неделя, когда он переосмысливает свою жизнь», — пояснил Алексей Алексеевич.

Всех интересовало, почему на роль Сергея Довлатова не сгодился телеведущий Иван Ургант. Режиссер на это ответил, что актеру, исполнявшему главную роль в этой картине, повредило бы существование «в бурлящей богатой московской жизни».

«Одна-единственная партизанская листовочка...»

Пока основная часть публики, принеся жертву ожидания на холоде у входа во второй подъезд Ленинки, с восхищением разглядывали рельсы и тележку, которая возит книги из хранилища, и фотографировались с умным видом в интерьере читального зала №3, ценители рассматривали коллекцию военной литературы и артефактов Александра Макарова.

«Вот тут представлены прижизненные издания Дениса Давыдова "Книга Марсова". Первая отечественная военная газета "Русский инвалид"», — рассказывает сотрудник библиотеки.

В сравнении с парадными залами Ленинки помещения, в которых трудятся хранители книжных фондов, выглядят скромными каморками, похожими на подсобки в любых казенных учреждениях. Только в шкафах здесь не швабры, а редкие предметы военной истории, а на стенах — не постеры с артистами, а старинные плакаты и газетные полосы.

«На многих листовках и документах есть так называемые "шайбы". Это материалы спецхрана. Если стояли две такие отметки, такой экземпляр мало кому выдавался — только для научной работы», — говорит экскурсовод, указывая на издания, разложенные по столу, как на книжной ярмарке в Олимпийском.

«Это игра... Хотя ее так можно называть только условно, — показывает хранитель на старинную коробочку с искусно сделанными лотками для мелких цветных фишек. — На самом деле это пособие для офицеров Генштаба. Эти фишки надо было раскладывать на игровом поле по определенным правилам. Сама игра 1849 года. Это одна из коробок только. Здесь донские казаки, артиллерия. Каждая фишка — полбатальона примерно, то есть человек 250-300».

В период Первой мировой войны Макаров дослужился до старшего унтер-офицера. Потом был ранен, попал в госпиталь и больше уже не служил. Свою коллекцию он собирал с 20-х до 60-х годов прошлого века. В феврале 65-го, после смерти хозяина, 3500 предметов из более чем 5000 попало в Библиотеку имени Ленина.

Вот полоска зигзагом по старинному погону офицера императорских времен — она означает, что носивший их человек был подполковником в отставке. Подобные детали можно разглядеть только вблизи, то есть в такие особые дни открытых дверей: за стеклом и на расстоянии двух метров они уже внимания не привлекают.

Рядом оригинальная папка с текстом присяги для военнослужащих-магометан (мусульман).

На соседнем столе — немецкие пропагандистские листовки времен Первой мировой войны, которые сбрасывались в окопы русских войск. Тут же листовка с портретом Гитлера. «Одна-единственная партизанская листовочка», — объясняет сотрудник библиотеки.

Хорошо сохранились немецкие пособия для служебного пользования, выпущенные в 1941 году, перед вторжением в СССР. В них подробно и наглядно (с картами) представлена вся полезная информация об украинских городах, через которые предстояло наступать фашистским соединениям.

Тут же книжки на русском языке, изданные в карманном формате. «Отечественные и зарубежные художественные издания, которые распространялись среди солдат, чтобы им было что почитать», — рассказывает экскурсовод.

А вот красивые цветные буклеты с улыбающимися людьми. Оказывается, это фашистские листовки, которые раздавали девушкам, угнанным в Германию, чтобы они не сопротивлялись захватчикам и не думали бежать.

Никакой свастики, никаких портретов Гитлера — немецкая пропаганда опиралась на порожденные репрессиями страхи: «Тысячи арестовывались ГПУ для того, чтобы дать возможность влиятельному комиссару или жиду их изнасиловать... Ваши кровопийцы заставляют вас непосильно работать и выжимают из вас все до последнего».

«Мелкодисперсная вода — туман»

Несмотря на все очереди у подъездов и аншлаг на «БеспринцЫпных чтениях», собравшиеся люди не разогнали особую вековую тишину и покой в фондах Ленинки. Экскурсанты шли длинными коридорами за экскурсоводами, как хоббиты за Гендальфом по опустевшей Мории.

Тьма размыкалась и смыкалась сразу за этими группками: вот-вот выглянет древний разбуженный демон и пыхнет огнем на непрошенных гостей.

«Раньше здесь никаких сигнализаций не было, — развил тему пожарной безопасности директор библиотеки, беседуя с министром Мединским в одном из таких коридоров. — Вся эта система труб сделана за три года, с 1999-го по 2001-й. Через нее подается мелкодисперсная вода — туман. Уникальность в том, что до возникновения экстренной ситуации трубы остаются абсолютно сухими».