Не только почитать, но и посмотреть — в нашем YouTube

«Похмелья здесь не бывает»

Ром рекой, интернет по талонам и воздух свободы: чем живет Куба

Фото: LOOK / Ingrid Firmhofer / Diomedia

Есть в мире райские уголки, где проваливаешься в блаженную сладкую дрему, ничего не делаешь и ни о чем не думаешь, а возвращение оттуда похоже на пробуждение от крепкого здорового сна. Совершенно несправедливо причислять к таким местам Кубу. На этом красивом курорте можно случайно получить экзистенциальный кризис и захотеть пересмотреть свою жизнь. Корреспондент «Ленты.ру» попала под действие коварной карибской магии и попыталась понять, как она работает.

«Готовьтесь к путешествию в прошлое. Все русские, которых я возил, говорят, что возвращаются назад лет на 30», – говорит наш гид Абель. Абель кубинец, но высшее образование получил в России, в Воронеже в 1980-х годах, так что не только отлично говорит по-русски, но и отлично шутит. Про путешествие в прошлое пока верится с трудом: мы едем из аэропорта в отель, в окне солнце, высокое синее небо, пальмы, и уже по пути попадаются знаменитые кубинские ретроавтомобили. Даже небольшие поселки по дороге — яркие, разноцветные, с двухэтажными аккуратными бетонными домиками.

Курортная резервация

Нашей первой остановкой стал курортный регион Варадеро. Все крупные отели сконцентрированы на узком длинном полуострове. На подъезде к туристической резервации встречаются небольшие поселки, гольф-клубы, все чинно. Городок Варадеро полностью ориентирован на туриста — аккуратные улочки, централизованная торговля сувенирами, помпезный Дом рома, отделанный темным деревом. Самый дорогой курорт с яхтенной мариной недавно построили на севере полуострова.

В Варадеро еще не чувствуется хваленая кубинская атмосфера свободы, разве что наши вечера приобрели нетипичную для жителя мегаполиса душевность благодаря проблемам с доступом в интернет. На Кубе он буквально раздается по талонам — примерно евро (один кук, конвертируемый песо для расчетов с туристами) за карточку с одноразовыми логином и паролем, которых хватает на час.

Мы знали, что с выходом в сеть на Острове свободы сложно, но почему-то не думали, что настолько. Как бы то ни было, спасибо Карибскому кризису, который привел к полному разрыву экономических связей Вашингтона и Гаваны и запрету для Кубы покупать электронику с американскими комплектующими, — мы открыли в себе небывалую коммуникабельность и организованность.

Поразила и погода. «У нас вчера прошел циклон, после него всегда поднимается сильный ветер и падает температура. Но через день-другой опять будет жара! Так бывает зимой», — пояснил Абель, выводя нас из теплого автобуса на ледяной сквозняк. Сам, между прочим, одет был так, будто и не приходил никакой циклон. Местные вообще постоянно утверждают, что им тоже холодно зимой, но при этом в толстовки кутались почему-то мы, а они щеголяли в легких кофточках.

Возможно, дело в роме. Он здесь льется рекой, и любой сорт исключительно хорош. У кубинцев ром — это и средство согреться, и лекарство для измученной души, и просто обязательный атрибут жизни, а временами даже средство дезинфекции. Мы не стали пренебрегать местными обычаями и отказываться от приветственных коктейлей, а потом с удивлением обнаружили, что похмелья от рома практически не бывает, а ледяная пина колада, выпитая на ледяном ветру в лобби-баре отеля, почему-то притупляет боль в горле, а не наоборот.

Познавать прелести пляжного отдыха, во-первых, было слишком прохладно, во-вторых, не являлось нашей целью. Искать настоящую Кубу мы отправились в Матансас.

Самое интересное — на улицах

Матансас (Matanzas) — центр одноименного региона — считается крупным по местным меркам городом. Он состоит из исторического центра с классической колониальной архитектурой, оперным театром, площадями и музеями и относительно нового пригорода.

Сначала мы пытались вести себя как приличные туристы и дисциплинированно обошли театр, кафедральный собор, историческую аптеку XIX века, превращенную в музей, и ремесленную мастерскую, но потом поняли, что в Матансасе интересно абсолютно все. Можно просто бродить по улицам и смотреть на яркие исторические здания, которые явно разваливаются, но делают это с гордостью и шиком, на романтично проржавевшие ретро-вывески, на скульптурную мастерскую современного искусства, или просто совать нос в каждую открытую подъездную дверь. Главное — не попасть под машину и не упасть в туристическом экстазе с узкого тротуара, где едва могут разойтись два человека.

Кубинцы и сами по себе интересные. Поскольку интернета у них практически нет, они очень социальные, не сидят дома и живут в реальном времени. Вот пионеры идут из школы, в форме, с галстучками, смеются. Вот сидят на лавочке на площади две чернокожие женщины: на одной леопардовые лосины, на другой кислотно-розовый топ, и плевать они хотели на свою не очень хрупкую комплекцию, а проходящие мимо молодые накачанные ребята им улыбаются. А вот из советских «Жигулей» выходит парочка, одетая как герои клипа заштатного рэпера 2000-х: у него золотая цепь, у нее колготки в сеточку под микро-юбкой, и не поймешь сразу, то ли они ругаются, то ли просто что-то оживленно обсуждают.

Забавный факт. Название «Матансас» переводится с испанского как «убийства», что несколько шокирует в сочетании с длинным пляжем и яркими домиками. В далеком прошлом здешние жители промышляли нападением на пришвартовавшиеся корабли, что, как следует из названия города, заканчивалось для чужеземцев печально.

На самом деле кровожадное название города обманчиво. «Мы, кубинцы, живем пусть и бедно, но цивилизованно», — говорит наш гид Абель, и это чистая правда. Уровень преступности на Кубе завидно низкий. Кубинцы могут выглядеть недовольными, могут шуметь и возмущаться, могут слишком активно уделять внимание девушкам-туристкам, но максимум, что вам грозит, — что с вас попытаются содрать лишние деньги. При этом «злоумышленники» совершенно не удивятся, если вы раскроете их хитрый план. Или же над вами могут безобидно пошутить и отправить не в ту сторону. Но туристов на Кубе не трогают, особенно русских.

К выходцам из России у жителей Острова свободы особое отношение, даже у молодежи. Это нам объяснили Владимир и Светлана, перебравшиеся на Кубу к своим супругам.

Мы встретились с ними в спальном районе Матансаса, во дворике между трехэтажными панельными домами. Уже темнело, но на улицах только прибавлялось народу: маленькие дети играли в футбол, молодые люди толпились вокруг магнитофона, из которого лилась латиноамериканская попса, кто-то вышел чинить автомобиль, женщины собирались на балконах, курили и сплетничали.

«Русские вещи, русскую технику, которую поставлял сюда Советский Союз, любят до сих пор. Это вещи, которые можно ремонтировать многократно. Мотор из советской стиральной машины "Аурика" можно достать, переставить на газонокосилку, и он будет работать», — говорит Светлана.

«Кубинцы вообще ни к кому плохо не относятся. Они очень необязательные, да. Но обиды на Россию за то, что мы перестали им помогать, нет. Есть сожаление, что Союз развалился», — продолжил Владимир.

Ничего необычного

Выбраться из Матансаса оказалось труднее, чем попасть туда: наш автобус до Варадеро давно уехал, а наш гид слишком лаконично объяснил, как добираться самостоятельно. Пришлось просить о помощи соотечественников.

Сначала нужно было вернуться в центр города, чтобы поймать такси. Туда мы добрались на аутентичном городском автобусе — стареньком «пазике», где вместо стекол стоял дребезжащий пластик, а железные сидения разного калибра и формы держались на честном слове. Водитель заглушал этот грохот музыкой из двух мощных колонок, прикрученных над лобовым стеклом. Судя по спокойствию пожилой кубинки, ехавшей с нами, тут совершенно не о чем было беспокоиться.

В центре города мы проигнорировали вежливо улыбающихся таксистов на новых Kia и Hyundai и направились к таксистам «для местных» — на американских автомобилях не моложе 1950-х годов, которые, соответственно, возьмут меньшую сумму. Катание на такой машине — одно из самых популярных развлечений для иностранцев, и за это, кстати, тоже надо сказать спасибо Карибскому кризису: страны, использующие в промышленности американское сырье, не имеют права продавать свой товар Кубе. Поэтому несколько десятилетий машины здесь в принципе не продавались, а переходили по наследству. Только в 2013 году ввоз новых авто в республику разрешили, но они не по карману подавляющему большинству населения.

Обычно путешественников возят на отреставрированных, подкрашенных и вылизанных «Понтиаках». Но для себя кубинцам лень так стараться. Наш темно-красный «Шевроле» выглядел так, будто всю жизнь возил кокаин и уходил от погонь. Его мотор ревел так, будто его собрали из частей двигателей менее удачливых контрабандистов. Его дверь при езде дрожала так, будто замок выломали еще во времена революции. Но, судя по спокойному виду нашего водителя, и здесь беспокоиться было совершенно не о чем.

До отеля мы доехали уже без наших проводников и, без преувеличения, чудом, потому что точный адрес не помнили и на смеси английского и языка жестов ориентировали водителя по гольф-полям. Видимо, он решил, что язык мы знаем недостаточно хорошо и вообще слишком подавлены новыми впечатлениями, поэтому перед дверями отеля с совершенно невозмутимым видом потребовал на пять песо больше, чем договорился наш спаситель.

Несколько минут лукавый кубинец убедительно играл недовольного обманом работягу, а мы отвечали ему на чистом возмущенном русском, что он не прав. В итоге он внезапно сдался и спокойно открыл дверь, когда мы уже готовились прорываться с боем. И, кажется, даже не думал беспокоиться по-настоящему.

Без снобизма

В Гавану мы приехали уже подготовленные. Мы перестали удивляться разряженным в пух и прах людям. Мы надменно игнорировали дам, требовавших деньги за бесплатный туалет в баре. Мы спокойно по нескольку раз повторяли заказ в ресторане. Мы не беспокоились, когда наш гид без предупреждения менял маршрут.

Хотя кого я обманываю — невозможно перестать удивляться в таком контрастном городе. Вот огромный Капитолий, широкий проспект, роскошные отели и сияющий на солнце Большой театр. Но прямо напротив Большого театра медленно разрушаются огромные здания, которые когда-то явно были дорогими отелями либо престижными апартаментами.

Всего квартал в сторону — и ты на узкой и не слишком чистой улочке между обшарпанными жилыми домами, где запряженные лошадьми повозки протискиваются через неторопливо текущую толпу вперемешку с автомобилями, ведь крошечные тротуары заняты какими-то вещами, лотками с овощами и разговаривающими людьми. Сначала может показаться, что эти люди в толпе и на тротуарах друг друга ненавидят — так громко они кричат. Но нет, они просто громкие. Покричали и спокойно разошлись.

Местные жители вообще не страдают столичным снобизмом: это те же разноцветные, шумные и общительные кубинцы, что и в Матансасе, просто здесь их гораздо больше. Как и туристов. На иностранцев обращают внимание не только продавцы сувенирных лавок, наводнивших Старую Гавану: обычный горожанин, вышедший на балкон и заметивший, что вы на него уставились, может начать вам улыбаться, махать и звать в гости.

В Гаване нам часто приходилось иметь дело с попрошайками, коих в бедной стране действительно много. Но кубинские попрошайки разительно отличаются от своих «коллег» в других странах мира: у вас не станут вымаливать деньги или с жалостливым лицом демонстрировать рваную грязную одежду. Нет. На Кубе попрошайки выглядят стократ увереннее обалдевших от разноцветной толпы туристов.

Они подходят с достоинством и деловито, без улыбок и расшаркиваний, честно тебе объясняют на смеси испано-английского: вот, мол, так и так, смотри, я бедный, дай денег или покурить. И очень строго смотрят прямо в глаза. Если отказываешься отдавать мелочь, посмотрят с укором и сразу же о тебе забудут.

Но есть и второй тип попрошаек — такие пытаются заработать подачку. Кто-то продает тебе старую газету явно с помойки за один туристический кук. В сувенирной лавке уговаривают купить игрушечные машинки или фотоаппараты, сделанные из банок из-под газировки — без шуток, это вполне нормальный кубинский сувенир, который продается в центре города вместе с флагами и футболками с Че.

А в один из вечеров, когда мы присели отдохнуть за столик с коктейлем, нам попался совершенно невероятный персонаж: грязный, явно бездомный мужчина подошел к нам, улыбнулся во все 32 зуба и затянул какой-то латиноамериканский романс чистейшим академическим оперным вокалом. За такое совершенно не жалко было денег.

Ретромашин в Гаване тоже ощутимо больше, чем в Матансасе, здесь они полноправная достопримечательность, как тот же Капитолий: стоят начищенные, подкрашенные и блестящие на центральных улицах, туристам предлагают если не прогулку, то хотя бы фотографию в салоне за деньги. В качестве такси ими лучше не пользоваться, в отдалении от центральных улиц можно найти автомобиль попроще. Но мы не смогли отказать себе в удовольствии покататься по городу с шиком.

Ночная жизнь в кубинской столице кипит и в выходные, и в будни. На улицах хватает народу, можно интересно погулять — например, выпить дайкири в отеле Ambos Mundos, где жил Хемингуэй до того, как окончательно перебрался в собственный особняк под Гаваной. Туда возят специальные экскурсии. Днем на крыше отеля открыт ресторан со смотровой площадкой, где подают белую рыбу по рецепту писателя — с ветчиной, сыром и креветками.

Туристам предлагают отправляться за дайкири в любимый бар Хемингуэя El Floridita, но там даже среди дня не протолкнуться. Опыт показал, что в любом баре на Кубе подадут достойный коктейль, а есть точно лучше в заведениях попроще. В дорогих ресторанах кубинцы слишком стараются, но, видимо, природная расслабленность мешает им создавать сложные кулинарные шедевры. Их конек — простая еда вроде жареной курицы, рыбы или свинины с пюре, рисом и овощами.

К сожалению, нескольких дней нам хватило только на Старую Гавану, и то не всю. Так что придется возвращаться, чтобы увидеть самую старую в Америке каменную крепость La Real Fuerza, погулять по новой части города и знаменитой Пятой авеню, где расположены посольства разных стран. Кстати, российское — самое большое.

Еще на Кубу хочется вернуться ради того, чтобы нагуляться по городу Тринидад на Карибском побережье, который выглядит как ожившая открытка. Затем отправиться в провинцию Вилья-Клара, известную благодаря мавзолею Че Гевары и музею Революции: там можно поселиться в туманных зеленых горах и целыми днями бродить по заповедникам и купаться в водопадах.

Наконец, хочется по полной программе вкусить радостей ленивого туризма на острове Кайо-Ларго, куда можно добраться только на современном «кукурузнике» местными авиалиниями, кататься там на яхте с бокалом «Куба Либре», кормить вольно живущих на пляже игуан и лежать на белом песке.

И самое главное — перестать слишком беспокоиться.

***

За помощь в подготовке материала благодарим Anex Tour и министерство туризма Кубы