Только важное и интересное — в нашем Facebook
Новости партнеров

«Отсутствие денег — это то, что нужно молодым»

Умирает ли русский рейв и кто его спасет

Фото: Sean Gallup / Getty Images

В конце января организаторы секретных вечеринок Boiler Room совместно с брендом Ballantine’s объявили свои планы на 2019 год. Их общая инициатива True Music, в рамках которой они несколько лет поддерживали артистов по всему миру, расширяется — теперь Boiler Room x Ballantine’s решили занять боевую позицию. Проект Taking A Stand For True Music направлен на то, чтобы более активно защищать музыкальные сцены в нескольких странах, в том числе и в России. Зачем это нужно — в материале «Ленты.ру».

В лондонском клубе Corsica Studios собрались представители нескольких стран, где развернется действие проекта, чтобы обсудить проблемы, с которыми сталкиваются местные музыкальные сообщества. Помимо России, программа затронет ЮАР, Польшу и Испанию. Как выяснилось, причины для упадка электронной сцены у всех разные. Например, в Кракове власти настолько нацелены на туризм, что центральные улицы превращаются в пряничный городок с открытки, где невозможно жить, а тем более устраивать подпольные вечеринки. В Южной Африке же слушатели начали своеобразный музыкальный апартеид и возвели дип-хаус в ранг элитного жанра, с презрением относясь к остальным течениям.

В России проблемы несколько иного характера — и именно здесь пройдет первая секретная вечеринка 2019 года: 28 февраля на Boiler Room в Москве выступят, в числе прочих, основательница Arma17 Наташа Абель и Павел Миляков, более известный как Buttechno. Они же стали героями документального фильма «Московский андерграунд», отрывок из которого показали во время дискуссии: по сюжету, журналистка Бвалия Ньютон отправляется в Россию, чтобы поговорить с главными деятелями местной электронной сцены.

Одним из собеседников Бвалии стал основатель лейбла «ГОСТ ЗВУК» и сооснователь культурной площадки «НИИ» Ильдар Зайнетдинов. Он же представлял Россию на панельной дискуссии в Лондоне. «Лента.ру» узнала у Ильдара, чего не хватает российской музыкальной сцене и как это исправить.

«Лента.ру»: Ты снялся в фильме «Московский андерграунд», посвященном проблемам электронной сцены в России. В конце ведущая Бвалия Ньютон делает вывод, что проблем в России две. Первая, по ее словам, — недостаток площадок и их закрытие. Ты с этим согласен?

Зайнетдинов: Не совсем. Я считаю, что площадка не имеет никакого значения. Сейчас можно проводить мероприятия в любом месте, хоть в виртуальной реальности. Мне кажется, что площадка — это вообще олдскул. Короче, дело не в площадках. Их недостаток — это лишь проявление проблем.

Еще у людей есть свойство, что им быстро надоедают локации, их надо развлекать. Они привыкают к тому, что крупные бренды постоянно делают поп-ап-мероприятия в разных местах, и всем хочется каждый раз новых ощущений.

Да и в Москве есть куча примеров площадок, которые существуют давно. «Пропаганда» вон уже сколько лет стоит, «16 тонн». Кто правильно все выстраивает, тот работает.

Еще можно ответить так: если бы отсутствие площадок было реальной проблемой, то у «НИИ» не было бы отбоя от мероприятий и предложений. А такого нет. По пальцам можно пересчитать тех, кто делает что-то крутое и интересное, и у нас нередко получается так, что мы не можем закрыть полностью календарь. У самих сил не хватает, а сторонних предложений интересных нет.

То есть ты бы скорее обозначил проблему не как недостаток площадок, а как недостаток мероприятий и людей, которые хотят что-то делать в плане организации?

Да, и плюс делают это на профессиональном уровне, осознанно, и преследуют действительно культурные цели.

А в чем минус непрофессиональных, любительских мероприятий?

Ну потому что я не могу уже слышать запросы из серии «привет, мы хотим сделать вечеринку в стиле техно». Или знаешь, мне звонят и спрашивают: «Здравствуйте, это “НИИ”? А у вас сегодня играет техно?». И когда говоришь, что нет, человек очень удивляется, даже возмущается. И вот эта бесконечная череда промоутеров, которые предлагают делать «андерграундные техновечеринки» — это просто смешно. Это апофеоз того, что техно стало не то что мейнстримом, а это уже сегодняшний EDM.

Ты говоришь как владелец площадки, а как слушателю тебе чего не хватает?

Мне не хватает разнообразия, конечно же, глубины. Это все очень поверхностно и отстало. Вообще, делать сегодня мероприятия, концепция которых строится исключительно вокруг техно — это моветон, это просто пошло.

А есть какой-то идеальный вариант, пример хорошего исполнения вечеринки?

Мне нравится, что делает Стас Шарифуллин (он же HMOT, основатель лейбла Klammklang — прим. «Ленты.ру»), как он делает мероприятия и какие цели преследует. Шоукейсы дружественных лейблов как правило очень гармоничны — будь то «Рассвет», «Удача» или Sakskøbing. Мне нравится, когда у мероприятия есть четкая концепция, есть линия повествовательная. Когда хотят сделать что-то большее, чем просто мероприятие с прямой бочкой. Какой-то концептуальный заход. Например, ребята, которые делают Erotika, — они довольно четко застолбили свою территорию, на это мероприятие интересно ходить, оно по звуку, по музыке будет непредсказуемым в какой-то степени. Ты приходишь и получаешь что-то новое, что-то интересное. Как с точки зрения ушей, так и с точки зрения глаз. С другой стороны, я люблю простые архивные сессии, которые проходят уже очень давно у нас в «НИИ» — глубокие интересные диджеи-коллекционеры делятся своими музыкальными архивами. Близкое по духу на регулярной основе проходит в «Дефиците», и это очень классный честный формат без лишних заморочек.

Ты говоришь именно про культурные мероприятия, а как ты относишься к околорейверским действам, когда люди особо не думают об искусстве, а просто хотят расслабиться и потанцевать?

Нормальная тема. Такой тип досуга. Этого, конечно, не хватает в Москве, хороших больших рейвов.

И что с этим делать?

Уже делает Наташа Абель и команда, очень надеюсь, что все получится.

Второй российской проблемой Бвалия обозначила в фильме маргинализацию электронной сцены и вечеринок.

Вот с этим я уже согласен. Тут речь идет о том, что есть пропасть между социумом и тем, чем мы занимаемся. И социум не в курсе, что то, чем мы занимаемся, — это культура и искусство.

Как это исправить?

Здесь все в наших руках. Это то же самое, что наводить контакты со своими соседями, со своим двором. Это только лишь вопрос компромиссов. С одной стороны, здесь время на нашей стороне — поскольку новому поколению не надо объяснять, что это культура. Вопросы это вызывает только у среднего и старшего поколения, хотя это большой процент людей.

Надо вести образовательную политику. Мы говорили об этом на круглом столе, что можно пробовать с этим работать, когда деформируешь понятие рейва. Чтобы, допустим, рейв был не ночной, а дневной. Чтобы, например, были какие-то прецеденты рейва, на котором вообще не будет алкоголя.

Или рейв пенсионеров.

Ну например, да, почему нет? Рейв, на который можно прийти с детьми, с собаками. На самом деле это действительно может быть, так уже происходит в мире.

А тебе не кажется, что это убьет рейв?

Классический рейв мертв уже давным-давно. Об этом можно было бы говорить в 2001 году, наверное. Весь этот угар уже давно имитируется. Просто надо набраться смелости, чтобы это признать. Тот рейв — все, ушел. Ушла эпоха, ушло то состояние жизни и те ориентиры жизни, которые тогда были. Сегодня у всех другие установки, они гораздо мягче. Сейчас нет установки уничтожить себя, ушла история, которая была в 1990-х.

Хорошо, философия сменилась, а на что? Что сейчас стоит за вечеринками? Желание жить?

Это более осознанное времяпрепровождение, аккуратное в какой-то степени. Что стоит за этим — не знаю, наверное, за разными мероприятиями стоит разное.

То, что делала «Арма», это круто всегда было, потому что они умудрялись совмещать мейнстрим, прямую бочку с какими-то экспериментальными заходами. Всегда лайн-ап был на грани: была и румынская щелкотня для народа, и какие-то перформансы, инсталляции, интересные штуки для тех, кто уже немножко более продвинут. В этом, собственно, и была прелесть «Армы»: они собирали всех любителей электронной музыки, просто кто-то более поверхностно с этим знаком и приходит потоптаться, а кто-то в этом шарит — и для них был какой-то свой сюрприз.

То есть ты не считаешь, что андерграундную электронную музыку нужно оставить в зоне маргинальности, чтобы это был удел не то что элит, а каких-то условно «трушных» чуваков?

Сейчас такое время, когда приходит осознание, что вот эта вот элитизация мешает развитию. Это тупиковый путь, путь очень краткосрочной жизни. Сейчас, наоборот, время такое, когда нужно вовсю использовать силу сообщества.

Мне кажется, вообще задача публичного культурного пространства сегодня — быть в какой-то степени зеркалом перемен. И зеркалом, и триггером. И некой такой «фильтрогубкой». Мне кажется, очень круто, чтобы много разных людей что-то предлагали и вместе думали, и для этого сейчас очень благоприятная ситуация с точки зрения развития технологий.

Но существует ряд вопросов, на которые у меня пока нет ответа. В «НИИ», например, есть сильная команда, которая работает исключительно на энтузиазме уже четыре года, однако запас их энергии не бесконечен. Необходим прилив новых сил и идей, но все это должно происходить в симбиозе с накопленным опытом. Найти этот баланс, органично эволюционировать в новую форму сообщества — это один из вызовов сегодняшнего дня не только для «НИИ», но и для всех публичных культурных пространств.

Ну то есть ты говоришь, что было бы неплохо, если бы какие-то свежие люди пришли.

Я считаю, что должна быть ротация кадров, самообновление. В том смысле, что идеальное пространство/сообщество должно существовать, даже если кто-то из основной команды, например, решит взять отпуск на год. В выживании и работе пространства должен быть заинтересован больший круг людей. И ответственность за выживание также должна быть шире распределена.

Ты говоришь, что у молодых больше запас энергии, но у них обычно нет денег и на высоком уровне они ничего делать не могут.

Это отлично. Отсутствие денег — это супер, это то, что нужно молодым. Потому что, если будут деньги, то будет *** [херня] полная. Нужно проходить тот этап, когда у тебя нет денег. Мутить, делать из говна конфету. Пробовать все своими руками делать и пробовать привлекать деньги потихоньку. Сначала 10 рублей, потом 100, потом 1000. По-другому не будет. Все, что по-другому происходит, как правило, недолго живет.

Хорошо. В конце фильма Бвалия говорит, что следующие несколько месяцев будет разрабатываться проект, который бы решил проблемы с электронной сценой в России. Каким, на твой взгляд, должен быть этот проект, чтобы произошли какие-то изменения?

Ну, во-первых, я считаю, что с точки зрения музыки проблем никаких нет. У нас очень крутые продюсеры, которые делают очень крутую музыку, она отличается от всего того, что происходит в мире. Поэтому с этим проблем нет, а это самое главное. Даже если нет каких-то мероприятий, а есть люди, которые делают музыку, это уже очень круто.

Но при этом они нигде не играют.

Да, но это не из-за того, что мест нет, а из-за того, что востребованность низкая. Проблема не в том, что негде сделать концерт, а в том, что ты его сделаешь, а туда придут пять калек.

Может это не из-за вкуса публики, а из-за того, что никто не знает об этих артистах?

Да, может быть.

И как можно об этом рассказать?

На мой взгляд, первое, что нужно сделать, это постараться обеспечить продолжение активности тех людей, которые уже 10 лет посвятили музыке и не понимают вообще что дальше делать. На самом деле, ради этого во многом существует [лейбл] «ГОСТ ЗВУК»: мы пытаемся как-то всех этих людей поддерживать. Надо делать так, чтобы деятельность этих людей была в фокусе. «ГОСТ ЗВУК» как раз занимается этим, и все мероприятия, которые делает лейбл, по сути посвящены этому, поэтому на них играют только локальные артисты. Мне кажется, надо создавать больше таких мероприятий и возможностей в целом.

У нас большая страна, по всей стране разбросаны музыканты, сидят там в своих норках, их надо вытаскивать, давать площадку, на которой они могут вместе обмениваться опытом.

У меня был очень хороший опыт, когда мы делали шоу-кейс «ГОСТ ЗВУК» вместе с НИИ «Прометей» в Казани. Я собрал там довольно большой лайн-ап, человек 10 наверное. Но это люди, которые знают друг друга с точки зрения музыки, но очень поверхностно знают друг друга с точки зрения человеческой. И вот они собираются вместе и просто круто проводят время. И понимают, что они не одни. Это очень классно и очень помогает всем вместе двигаться дальше. На мой взгляд, эту историю было бы круто продолжить, но уже на другом уровне, попробовать еще больше людей со всей страны собрать. Моя давняя мечта — позвать представителей всех музыкальных сообществ и локальных лейблов, собрать их на целые выходные за городом, чтобы они пару дней вместе играли, отдыхали, общались со слушателями. И вообще желательно делать это регулярно, хотя бы раз в год. Мне кажется, такие вещи будут очень полезны для всех, в первую очередь для электронной сцены.

На Boiler Room в Москве 28 февраля выступят Karenn, Bambounou, Buttechno, Shadowax и Abelle. Подать заявку можно здесь. Попробовать выиграть проходку также можно тут.