Новости партнеров
Прослушать статью

«Штаммы будут возникать непредсказуемо»

Коронавирус начал меняться еще быстрее и захватывает Индию. Что ждет Россию?

Фото: Karma Sonam / AP

В мире снова фиксируется рост заболеваемости COVID-19. Катастрофа происходит в Индии: за неделю там больше двух миллионов заразившихся, ученые говорят о мощном новом индийском штамме — «двойном мутанте». Вместе с другими штаммами он заставляет специалистов задуматься, будет ли эффективна вакцинация, а если нет — насколько вероятна новая разрушительная волна COVID-19. О том, что сегодня происходит с коронавирусом, «Лента.ру» спросила доктора биологических наук, профессора Школы системной биологии Университета Джорджа Мейсона (США), главного научного сотрудника медико-генетического научного центра РАН Анчу Баранову.

«Лента.ру»: Что сейчас с мутациями? Китайский вариант, который был изначально в Ухане, — его уже не узнать?

Баранова: Вирус сегодня многолик и многорук. У нас есть британский вариант, который оказался не так уж страшен. По сравнению с другими он просто быстрее распространяется. Есть бразильский вариант, который до конца не охарактеризован, но выглядит страшненько; южноафриканский, который ассоциирован с повышенной опасностью повторного заражения. Есть и куча «доморощенных» штаммов — калифорнийский, сибирский и прочие. Но вот более или менее патогенны эти штаммы, до конца непонятно.

Насколько эти штаммы могут увернуться от уже существующих вакцин — тоже до конца не разобрались. Просто потому, что для нормальной характеристики каждого нового штамма нужно участие в этом как сертифицированных лабораторий, способных работать с дикой «короной», а не со специально разработанным псевдовирусом, так и разработчиков вакцин.

Необходимо оценить, насколько образцы плазмы крови вакцинированных способны нейтрализовать каждый из вирусных вариантов. Желательно при этом всю линейку природных вирусов оценивать в одной и той же выборке из сотни сывороток. В мире не так много лабораторий, где можно было бы провести подобные исследования.

Сократится и «окно» иммунности у переболевших стандартным вариантом SARS-CoV-2. Если сейчас в среднем оно на полгода, то перед новыми штаммами иммунитет простоит, скажем, три-четыре месяца. Цифры тут не точные, а для примера.

Сегодня ученые называют самым опасным индийский штамм, потому что он — «двойной мутант». Что это значит?

Двойная мутация может произойти двумя способами. Первый — это просто по порядку образовалась одна, потом другая. Это стандартный вариант, достаточно медленный. Но есть и быстрый способ, когда в одну клетку попадают два вируса, обмениваются между собой кусочками РНК — соответственно, мы получаем гибридный вариант сразу с двумя мутациями.

Ранее геномная рекомбинация на уровне РНК на других коронавирусах, не на SARS-CoV-2, была доказана. Но в пробирке. В таких случаях всегда остается вопрос, может ли это произойти в популяции.

Первое упоминание о гибридном рекомбинационном коронавирусе прозвучало в начале февраля на виртуальной научной конференции, организованной Нью-Йоркской академией наук. «Сильно мутировавший гибрид» коронавируса был идентифицирован доктором Бетти Корбер, исследователем из Национальной лаборатории Лос-Аламоса в Нью-Мексико. Однако ее работа не опубликована, а значит — пока не рассмотрена научным сообществом.

Во время процесса секвенирования вируса в лабораторных условиях доктор Корбер заметила, что вирус имеет сразу две генетические «подписи» от двух разных вариантов, и сообщила об этом с тревогой. Действительно, похоже на случай рекомбинации двух штаммов вируса в один усиленный. Рекомбинация позволяет двум вирусам быстро перемешивать генетический материал, закодированный в их РНК. Есть теории, которые предполагают, что новый коронавирус, вызывающий COVID-19, мог возникнуть в результате рекомбинацинного объединения двух или более существующих вирусов — правда, более разнородных, чем штаммы-прародители варианта, выявленного Корбер.

Индийский «двойной мутант» впервые описан в октябре 2020 года. В нем даже не две мутации, а пять-шесть, две же — особо злобные. В октябре доказательств в пользу того, что этот штамм захватит Индию, не было, поэтому сильно никто не разволновался и карантин в стране отменили. Но в апреле Индийский консорциум по геномике SARS-CoV-2 (INSACOG) доложил, что в наиболее пострадавшем штате Махараштра произошло заметное увеличение доли образцов с мутациями E484Q и L452R по сравнению с декабрем 2020 года.

Однако до сих пор никто из ученых четко и определенно не сказал, что этот штамм — рекомбинантный, хотя в пользу гипотезы быстрой эволюции коронавирусов косвенных, но убедительных доказательств уже набралось немало.

В практическом плане для человечества что это значит?

Важность в том, что если происходит рекомбинация, то полимутантные штаммы, способные нейтрализовать действие вакцинных антител, будут возникать быстро и непредсказуемо. То есть возникнет прямая пропорция: интенсивность вспышки в каждой конкретной местности будет зависеть от упорства, с которым бессимптомные и малосимптомные граждане будут ходить без масок, тусоваться и подхватывать дополнительную вирусную нагрузку.

В третьей волне эпидемии в Индии виноват злобный «двойной мутант»?

Там целый комплекс причин. В Индии сейчас наступает лето, страшная жара. Кондиционеры не только не у всех в доме, но и далеко не все больницы оборудованы ими. Города — каменные джунгли, дышать в жару невозможно. Летом оксигенация, то есть насыщение организма кислородом, и так падает из-за жары. А если это все плюсуется вирусом, эффект усиливается. В госпиталях — дефицит кислорода, то есть этот вид поддержки для многих пациентов малодоступен. И с вакцинами в Индии сейчас все плохо, их не хватает.

Но все же нужно учесть, что население страны — 1,4 миллиарда. Когда мы видим ужасные фотографии, как сжигают трупы на улицах, как в больницах на одной кровати лежат по двое, то нужно понимать, что все эти ужасы сконцентрированы в Мумбаи и его пригородах. Это индустриальный центр страны, там люди проживают скученно. Такое происходит не по всей стране. По количеству заболевших на душу населения Индия все еще уступает США.

В другие страны, в Россию это может добраться?

Есть ли взаимосвязь между лечением разных штаммов коронавируса? Например, одни лекарства лучше купируют бразильскую мутацию, другие —британскую...

Нет, вообще никакой связи нет, потому что таргетных препаратов, которые прерывают взаимодействие S-белка коронавируса и рецептора ACE2, который затаскивает вирус в клетку человека, у нас практически нет. Если хотите посмеяться, то единственный препарат, который способен влиять на процессы захвата вируса клетками, — арбидол. С научной точки зрения, этот препарат не так плох, просто слабоват. Принимать его, конечно, можно, в безопасности сомнений нет, но это будет просто маленький помощник, по типу «утопающий хватается за соломинку». На будущее нам нужны препараты, работающие на вирус уже внутри клетки, так как основная вирусная машина подвержена мутациям довольно мало. Эти препараты будут работать вне зависимости от того, какой вариант S-белка привел вирус в клетку.

То есть за год ничего нового спасительного не появилось?

Появились несколько высокотехнологичных способов лечения, которые реально помогают. Это коктейль из антител, им в свое время лечили Дональда Трампа. При новых штаммах коронавируса антитела, конечно, хуже работают. Но эта проблема решается, если налить побольше. Однако препарат — внутривенный, то есть больничный, и намного более эффективный, когда болезнь только начинает развиваться в организме. Но в это время пациент еще дома, и дорогой коктейль из антител к нему не попадает.

В Израиле появилась «Аллоцетра» — это способ лечения, а не препарат. У больного берут клетки крови, в пробирке вызывают у них начальную стадию апоптоза, то есть клеточной гибели. Но клетки умирают не до конца, их поддерживают живыми. Когда у пациента развивается цитокиновый шторм, апоптозные клетки возвращают внутривенно. Иммунная система больного набрасывается на них. Представьте, что за вами бежит стая голодных волков. А тут взяли и с вертолета сбросили на них полцентнера крольчатины. Волки тут же переключились, наелись и легли спать. Цитокиновый шторм сам собой улегся, а вы спокойно пошли на выписку.

В России также заявили о патенте на препарат «Мир-19». Но его описание очень туманное. Скорее всего, речь о смеси микро-РНК, способных связывать РНК коронавируса в верхних дыхательных путях с надеждой на нижние. Такие микро-РНК надо синтезировать с нуля, в огромных количествах, а потом испытывать. Для широкого применения такие препараты вряд ли будут доступны. Волшебной таблетки по-прежнему нет.

Сейчас в оборот входят термины «желудочный ковид», «нейроковид». От штаммов зависит, какая именно симптоматика разовьется у пациента?

Это зависит исключительно от особенностей организма человека. Где тонко, там и рвется. Один и тот же вирус у одного человека вызовет поражения желудочно-кишечного тракта (ЖКТ), а у другого — неврологические проблемы. Если кишечник у человека до ковида плохо работал, там не было нормальной противовирусной защиты, мало иммуноглобулинов типа А, то SARS-Cov-2 получает возможность размножаться в ЖКТ.

В то же время у нас полно людей, у которых нарушен гематоэнцефалический барьер. И происходит это чаще, чем вы думаете. Допустим, кто-то позагорал на пляже, на солнце перегрелся, голова заболела — это и есть небольшое нарушение барьера. И в это время еще подхватил ковид. В норме вирус в мозг не просочился бы, а в этом случае — высокая вероятность. То есть все симптомы и проявления болезни зависят от человека и от обстоятельств, в которых произошло инфицирование.

Самое главное, что мы поняли с апреля 2020 года, это то, что ковид — не пульмонологическая болезнь. Может произойти поражение всех систем человека — мозг, сердце, сосуды, легкие и прочее. Что больше пострадает, зависит и от общего ресурса организма, и от его индивидуальных особенностей.

Россия00:0119 апреля

«Их просто выписывают на улицу, зашив сикось-накось»

В России изменили правила помощи раковым больным. Чего теперь боятся врачи и пациенты?