Новости партнеров
Прослушать статью

«Они ненавидят мою форму». Почему в США протесты против расизма за год превратились в войну с полицией?

Фото: Andrew Kelly / Reuters

Год назад, после гибели афроамериканца Джорджа Флойда, мирные протесты, организованные движением Black Lives Matter («Черные жизни важны»), переросли в погромы, вандализм и столкновения с полицией. За этот год многое изменилось, но более всего отношение американцев к правоохранительным органам. Кризис, в котором полицейская система США пребывала и до гибели Флойда, усугубился, доверие к полицейским упало до рекордного минимума, и все меньше американцев хотят пополнить их ряды. «Лента.ру» разбиралась, как американское общество оказалось в такой ситуации и чем закончится полицейский кризис на расовой почве.

Неблагодарный труд

«Со стороны администрации не хватает доверия к нам», — заявил глава профсоюза полицейских Шон Виллоуби. — Кто захочет жить под таким наблюдением? Боевой дух полицейских Альбукерке тает. Они не доверяют своему командованию, они не доверяют властям города. Они устали от того, что их действиями управляют политики». Виллоуби, выступая на FOX News, высказывался по поводу того, что сразу 20 полицейских, включая двух сержантов и одного лейтенанта, подали в отставку после очередного инцидента в ходе протестов — начальство не стало преследовать по закону задержанного ими вооруженного нарушителя.

Те же процессы идут в других частях страны: так, в Сиэттле за прошлый год уволилось более 180 офицеров полиции, а в течение первых месяцев 2021 года ушли еще 66, что вместе составляет почти 20 процентов от всех полицейских города. Число сотрудников полицейского департамента опустилось до рекордно низких показателей. Такие настроения в полиции стали закономерным последствием того, что власти пошли навстречу протестам Black Lives Matter.

Это движение существует с 2014 года, однако именно в 2020 году его стали называть крупнейшим в американской истории: тогда в протестах приняли участие до 26 миллионов американцев. Беспрецедентная — и по масштабам, и по объемам бесчинств, поджогов и грабежей — серия выступлений, возможно, навсегда поменяла американский политический климат.

BLM начинался с личных постов в социальных сетях и небольших акций в поддержку жертв полицейских — а теперь власти переименовывают в его честь улицы в столице, художники расписывают стены его лозунгами и символами, а управленцы на местах подстраиваются под новую конъюнктуру или пытаются с ней бороться. О первых результатах правозащитной борьбы чернокожих стали говорить уже пару лет назад, но за год с убийства Джорджа Флойда игнорировать их стало невозможно.

Стереотипы убивают

Расизм, вечно живой в американском обществе, приводит к тому, что чернокожему — неважно, виновному или безвинному — куда легче погибнуть от рук полиции: среди полицейских распространены стереотипы об афроамериканцах, которые приводят к большей жестокости. По крайней мере, именно так изначально считают сторонники BLM. 26 мая прошлого года они в очередной раз убедились в своей правоте.

Видео, потрясшее социальные сети в США и в мире, сняли случайные прохожие: полицейский Дерек Шовин удерживает чернокожего Джорджа Флойда на земле, встав коленом ему на шею. Тот сначала просит отпустить его и говорит, что не может дышать, а затем теряет сознание — а вскоре погибает в больнице. Как отмечает патологоанатом Эндрю Бейкер, исследовавший тело умершего, содержание в крови Флойда наркотиков — стимулятора метамфетамина и опиоидного анальгетика фентанила — было таким высоким, что если бы его обнаружили мертвым дома в спокойной обстановке, то причиной смерти назвали бы передозировку. Итоговый вывод медиков — все же убийство: сердце Флойда остановилось из-за того, что его удерживали в лежачем положении.

Чтобы прояснить, как именно это произошло, специалисты работали в течение многих месяцев, однако активистам было все ясно уже на следующий день. После того, как видео задержания стало вирусным, тысячи людей собрались на протест в Миннеаполисе, а в последующие дни выступления перекинулись на другие города и штаты, затронув около 40 процентов округов страны.

1
миллиард долларов
составил ущерб застрахованной собственности от погромов 2020 года

Флойд стал лицом борьбы за расовое равенство: мемориалы и граффити в его честь появились во многих американских городах. Он попал в ведущийся активистами список жертв расистской системы — сразу за Бриенной Тейлор, невооруженной женщиной, застреленной полицейскими ранее в том же году.

Пока шли протесты, толпа подхватывала имя почти каждого убитого афроамериканца, даже когда они погибали в весьма спорных ситуациях. Так, в июне 2020 года на плакатах можно было увидеть имя Рэйшарда Брукса — чернокожего, который во время ареста напал на полицейских и выхватил из кобуры у одного из них тазер. Офицер, открывший огонь, действовал по инструкции, но был оправдан лишь спустя год, а Брукса СМИ называют одним из «символов» расовой несправедливости.

Жертвы не напрасны?

Самую известную жертву — Джорджа Флойда — хоронили в золотом гробу, а на его похоронах преклонил колено и заплакал мэр Миннеаполиса Джейкоб Фрей. Нью-йоркский Эмпайр-стейт-билдинг погасил огни на 8 минут и 46 секунд — время, в течение которого полицейский держал колено на шее погибшего. С соболезнованиями выступили многие крупнейшие политики. Президент Дональд Трамп заявил, что Флойд «был бы доволен» происходящим в США — он имел в виду набирающее популярность движение за расовую справедливость. Позже Трамп регулярно и жестко критиковал BLM за насилие, риторику ненависти и погромы — но на смерть Флойда высказался о нем лестно.

В 2020 году антирасистских протестов было значительно больше, чем в предыдущие годы — однако, судя по данным исследований, социальный эффект от движения за права чернокожих можно было измерить еще за год до гибели Джорджа Флойда. Аспирант Массачусетского университета Трэвис Кэмпбелл учел более 1,6 тысячи протестов, проведенных с 2014 по 2019 год — в основном, в крупных городах.

Часть выводов, к которым он пришел, тут же взяли на вооружение активисты: данные показали, что в городах, где прошли акции, стало больше нательных камер на полицейских, повысилась концентрация патрульных, а местные полицейские стали больше контактировать с населением.

В округах, где проходили протесты BLM, полиция стала на 15-20 процентов реже использовать летальное оружие. Это привело к тому, что не случилось около 300 убийств, которые иначе бы произошли

Протесты, однако, коррелируют и с другими изменениями — в округах, где были активны сторонники BLM, выросло число убийств. Суммарный результат превышает число жизней, спасенных от полицейского насилия, — речь идет о 1-1,6 тысячи погибших. Это косвенно свидетельствует и о том, что растет вся остальная преступность. Как именно объясняется этот феномен — до конца не прояснено.

Основные объяснения сводятся к падению морали в рядах полицейских — из-за усилившегося общественного надзора и морального давления им сложнее работать, и они делают это менее эффективно. Другое объяснение — через недоверие к полиции: каждое нашумевшее убийство понижает этот показатель и влияет на то, насколько люди готовы набирать 911. Еще одна гипотеза состоит в том, что полиция переживает кадровую проблему — нехватка людей приводит к тому, что на вызовы просто не успевают выезжать.

Новый черный

Как указывал эксперт-криминолог Дэниел Нагин, предубеждения против определенных этнических групп со стороны правоохранителей очень сложно перевести в некие цифры и убедительно доказать. Он отмечал, что ущемляющие чернокожих законы и жестокие предубеждения, несомненно, присутствовали в американской истории — и BLM во многом обращается именно к этим историческим фактам.

Однако, как заметил ученый, одни исследования подтверждают расистское отношение со стороны полицейских, другие — напротив, опровергают и дают противоположные результаты: например, что летальное оружие чаще используют против подозреваемых со светлой кожей, чем против темнокожих.

«Есть разница в том, с какой частотой разные расовые и этнические группы совершают преступления. Из-за этого они сталкиваются с противодействием полиции в объемах, непропорциональных их числу во всем населении. (...) Если вы отправите полицию туда, где больше всего преступлений, в итоге окажется, что вы отправили ее в наиболее расово гомогенные сообщества», — добавил Нагин.

Впрочем, доказательства в виде подробной статистики идеологам Black Lives Matter и тем, кто разделяет их взгляды, вряд ли требуются: взгляд на общество через призму критической расовой теории убедительно доказывает повсеместное влияние расизма. А большинству сторонников движения и вовсе достаточно исторических фактов и лозунгов — вроде популярного требования выплатить всему чернокожему населению репарации или напоминания о погибших чернокожих.

Хватает такой аргументации и властям городов, и большим компаниям. В год протестов Citibank пожертвовал миллиард долларов на поддержку бизнеса, которым владеют чернокожие, благотворительное крыло Ford в 2021 году выделило 330 миллионов долларов на программы против расизма, а всего в списке компаний, занятых такой благотворительностью, десятки брендов, включая Uber, IBM, Microsoft и Airbnb.

Жить по-новому

За время обострения протестов отношение американского общества к BLM пережило резкий подъем. Избиратели-демократы после этого продолжили относиться к движению позитивно, лояльность республиканцев же почти сразу рухнула — сейчас они, как и американская публика в среднем, относятся к активистам хуже, чем до гибели Джорджа Флойда.

В Конгрессе готовят крупномасштабную реакцию на прошлогодние события — полицейскую реформу: привести к качественным изменениям существующую полицейскую систему было одним из требований протестующих. Депутаты спорят, пытаясь прийти к двухпартийному решению. Представители «левого» крыла Демократической партии грозятся заблокировать проект реформы, если по ней офицеров полиции не лишат ограниченного иммунитета — нормы, которая защищает их от судебного преследования в большинстве случаев, когда они находятся при исполнении. Республиканцы, в свою очередь, на такое не готовы — поэтому будущее реформы неясно.

Власти штатов тем временем взяли ситуацию в свои руки: они вводят меры, которые позволят им эффективней бороться с протестующими в будущем. Как подсчитало издание USA Today, со времени смерти Флойда в 35 штатах успели предложить 93 законопроекта, призванных облегчить борьбу с бесчинствами на протестах.

До этого большинству из тех, кого задерживали в ходе акций, удавалось избежать ответственности: так, за первые две недели протестов в прокуратуру Миннеаполиса поступило 521 дело, связанное с массовыми беспорядками, из них 489 в итоге были закрыты. Теперь они с большей вероятностью смогут получить реальные сроки — за вандализм и многие другие действия, в перечень которых, в зависимости от штата, входят «разбивание лагеря на государственной территории», «словесная провокация в адрес полицейского» и «блокировка проезжей части».

При этом водителей, случайно задавивших протестующего, напротив, собираются защищать по закону: такие предложения выдвинули в Айове и Оклахоме. Эту меру предложили на фоне того, как часто — более 100 случаев за лето 2020 года — протестующие вступали в стихийный конфликт с автомобилистами, пытавшимися проехать через толпу.

Во Флориде судить собираются за подстрекательство к беспорядкам, «запугивание толпой» и надругательство над монументами — все это активисты называют не иначе как «расово окрашенными» попытками ограничить свободу слова.

Народная воля

Параллельно с ужесточением правил, которое продвигают местные власти, идет другой процесс: американская полиция продолжает терять доверие населения. Прошлогодний опрос Gallup показывал, что впервые за 27 лет доверие граждан к правоохранительным органам опустилось ниже 50 процентов. В этом году такое исследование еще не проводилось, однако вряд ли стоит ожидать, что ситуация развернулась и американцы снова видят стражей порядка такими же, как раньше.

Это не может не влиять на то, как полиция работает: в первую очередь ее подпорченная репутация сказывается на моральном облике офицеров. О том, что все меньше людей приходит работать в полицию, говорили еще до дела Джорджа Флойда, а после массовых протестов и столкновений с бунтовщиками, участившихся нападений на офицеров и обвинений в расизме со стороны политиков желающих становится все меньше и меньше.

86
процентов
полицейских департаментов в США испытывают кадровый голод

«Когда я уходила на работу вчера, мои дети плакали и просили меня не идти. (...) А потом многие из тех, кто мне небезразличен, стали подвергать себя опасности. (...) Я видела в этих постах столько хештегов black lives matter. Просто хочу, чтобы вы знали — они террористы. Они ненавидят меня. Они ненавидят мою униформу. Им плевать, если я погибну», — пост с таким содержанием опубликовала у себя в Facebook в разгар протестов офицер полиции из Нью-Джерси Сара Эрвин. Спустя примерно год, весной 2021-го, ее уволили после 20 лет службы без нареканий, а ее коллегу отстранили на шесть месяцев за то, что она поставила под этой записью лайк.

На эту и без того непростую ситуацию накладывается то, как внимательно власти — на уровне штатов и отдельных населенных пунктов — прислушиваются к политической повестке BLM. Сокращение части городского бюджета, выделенного на полицию, отнюдь не способствует более эффективному поиску замены для тех, кто уходит в отставку или раньше времени отправляется на пенсию, — и места остаются пустыми.

Ученые из Кембриджа задумываются о том, что малочисленная полиция может оказаться даже более эффективной: наукообразный подход к распределению усилий правоохранителей, предполагают они, может сэкономить и силы, и средства государства. Однако эти соображения — пока что лишь гипотезы, а преступления происходят прямо сейчас, и работающие по старинке и «в меньшинстве» полицейские департаменты — угроза для населения, которое они призваны защищать.