Новости партнеров
Прослушать статью

Ничего себе поездочка. Каким получился новый хоррор создателя «Шестого чувства» про отпуск на проклятом пляже?

Кадр: фильм «Время»

В прокате новый фильм, пожалуй, главного в Голливуде специалиста по сюжетным твистам М. Найта Шьямалана — хоррор «Время» об отпуске, который обернулся скоропостижным старением отдыхающих. «Лента.ру» рассказывает, как американо-индийский режиссер умудрился нагнать жути в антураже тропического острова.

Детишки поют песенки, за окном шумит листва, микроавтобус мчится навстречу тропическому отпуску, которого давным-давно заждались родители. Гай (Гаэль Гарсия Берналь) и Приска (Вики Крипс) Капа тщательно скрывают от детей назревший в отношениях кризис и одну неприятную болезнь. Дети — шестилетний Трент (Нолан Ривер) и одиннадцатилетняя Мэддокс (Алекса Суинтон) — резвятся на пляже и зачем-то спрашивают каждого встречного, как его зовут и чем он занимается. Родители ругаются, дети делают вид, что не замечают, и тайком мечтают поскорее вырасти.

Когда на второй день отдых вроде бы начинает входить в более или менее ровное русло, услужливый метрдотель (Густав Хаммарстен) предлагает семейству посетить раскинувшийся неподалеку дикий пляж невероятной красоты. Вместе с Капами туда отправляются пожилой врач со всем семейством, включающим не только тещу, но и собачку (Руфус Сьюэлл, Эбби Ли, Кэтлин Чэлфант, Микая Фишер), а также мужчина с женой, страдающей эпилепсией (Кен Люн и Ники Амука-Берд). На пляже вся эта компания первым делом встречает флегматичного рэпера (Аарон Пьер), у которого ночью здесь утонула подруга (труп блондинки плавает неподалеку). Но по-настоящему все тревожные подозрения детонируют в момент, когда дети вдруг начинают стремительно взрослеть, а лица взрослых на глазах покрываются морщинами. Оказывается, время на этом конкретном пляже бежит галопом, а выбраться с него не представляется возможным. Зато за всем происходящим внимательно наблюдает со скал водитель, доставивший отдыхающих на верную смерть.

В роли этого водителя снялся сам М. Найт Шьямалан — один из самых диковинных мейнстримовых режиссеров современной Америки. После провала трех подряд высокобюджетных картин («Явление», «Повелитель стихий», «После нашей эры») Шьямалан выработал способность добиваться сокрушительного эффекта минимальными средствами, так что теперь его, похоже, не остановить. В последние годы он еще и на хорошем счету благодаря «Визиту» и «Сплиту», на которых, собственно, и были опробованы новые антикризисные бюджетные схемы. Благодаря этим фильмам Шьямалан получил возможность отправиться на съемки нового фильма в Доминиканскую Республику, покинув ставшую родной Филадельфию. За пределами штата он не снимал со времен своего позабытого дебюта «Яростная молитва».

Замысел «Времени» родился благодаря тому, что чтение подаренного дочкой графического романа «Замок из песка» совпало с заботой об угасающим от деменции отцом Шьямалана — неслучайно в оригинале фильм называется Old. Проще говоря, фирменного для режиссера неожиданного финала здесь нет — все желающие могут прочесть комикс, а может быть, вовсе этим и ограничиться. Собственно, та часть финала этой истории, в которой объясняются какие-то (но не все) причины происходившего на экране в предыдущие полтора часа, получилась самой неинтересной. Понятно, что Шьямалана здесь занимала возможность вызвать не кратковременный шок, а нагнать липкой жути буквально на ровном месте и почти без цифровых спецэффектов.

Где-то к середине фильма действие разгоняется и несколько раз безошибочно бьет по нервам, но до этого сценарий выглядит схематично, если не сказать смехотворно. Герои выходят на авансцену как дрессированные — первым делом провозглашая имя и род занятий. Их отношения и характеры — не более чем облако тэгов, которые понадобятся для драматичных эпизодов на пляже. Проваленная экспозиция вполне может стоить зрителям удовольствия, которое здесь, меж тем, вполне можно получить.

Хотя нет, удовольствием это назвать сложно — ну что за радость смотреть на то, как люди стареют и умирают. Некоторые в муках: слепота и глухота — мелочи; есть и заражение крови, и еще черт знает что. Происходит все в фантастически красивом антураже: океан, скалы, белый песок. Кроме того, в отличие от последних фильмов режиссера, этот еще и снят на 35-миллиметровую пленку. Снимал оператор «Мы» Джордана Пила Майк Гиулакис, и его камера здесь лишь подстегивает сюрреалистический эффект. Постоянный прием — оператор поворачивается вокруг своей оси, будто норовя заехать кому-то из героев по носу или в челюсть. Место психологизма здесь занимает не физиология, а очень пристальный взгляд, крупные планы, которые не проясняют происходящее, а только еще больше дезориентируют.

«Время», то есть, тот редкий случай, когда Шьямалан играет практически в открытую, не пытаясь обмануть зрителя: происходящее более или менее просчитывается наперед после первого акта. Фокусник, решивший излить душу, — зрелище скорее жутковатое, чем завораживающее. Однако Шьямалан не только иллюзионист, но и поэт (а не визионер, в которые его пытались одно время записать). Блестящий актерский состав ему нужен для того, чтобы не утруждать себя драматургическими изысками, слагая свою элегию старости и смерти. И, в общем, не беда, что временами благородная рифма уступает кособокому верлибру. «Время» при всех его несовершенствах предлагает зрителю вполне уникальное переживание, тревожит подсознание и застревает в памяти. Эффект не всегда приятный, но не самый частый в пространстве современного постковидного мультиплекса.

Фильм «Время» (Old) вышел в российский прокат