Собор победителей

Артем Ефимов о триумфальном шествии РПЦ

Последний Архиерейский собор 2-4 февраля освещался российскими СМИ (в том числе и вполне светскими) не менее подробно, чем в свое время съезд КПСС. Самыми громкими его определениями стали официальное разрешение священнослужителям выдвигать свои кандидатуры на выборах в представительные органы власти и принятие документа, регламентирующего борьбу с богохульством и клеветой в адрес церкви.

Разрешение священникам участвовать в выборах оформлено как примечание к определению собора и может даваться в виде исключения, "только в том случае, когда избрание иерархов или духовенства в законодательный (представительный) орган власти вызвано необходимостью противостоять силам, в том числе раскольническим и иноконфессиональным, стремящимся использовать выборную власть для борьбы с Православной Церковью". Что касается богохульства и клеветы в адрес церкви, РПЦ намерена рекомендовать своим последователям не читать/смотреть/слушать допускающие их СМИ и не взаимодействовать с допускающими их общественными деятелями. А особо упорным грозят и судом.

Собор, кроме того, утвердил целый ряд прежних решений церковных властей, в том числе введение собственной системы грифов для печатной продукции. Книги и СМИ без одобрительного грифа не будут допускаться в церковную систему распространения.

Также Архиерейский собор одобрил возрождение военного духовенства (института капелланов) и "с удовлетворением констатировал положительный ход апробации преподавания Основ религиозных культур и светской этики в школах Российской Федерации".

Наконец, собор "выразил удовлетворение общим состоянием церковно-государственных отношений", в особенности - "становлением системного процесса передачи церковного имущества в России". Вместе с тем, собор озаботился тем, чтобы в каждом населенном пункте появилось по храму, и поручил Финансово-хозяйственному управлению патриархии разработать типовые проекты недорогих быстровозводимых церквей и часовен. Это тоже давний проект, теперь он получил одобрение высшего органа церковной власти.

Короче говоря, Архиерейский собор 2011 года зафиксировал продолжающееся "триумфальное шествие" РПЦ. Она, во-первых, стремительно обрастает имуществом и, как уже неоднократно указывалось, по стоимости активов вскоре встанет в один ряд с "Газпромом", РЖД и другими крупнейшими собственниками. При этом, в отличие от корпораций, РПЦ еще и освобождена от налогов. Во-вторых, она эффективно создает по всей России сеть своих, так сказать, "агентов влияния": в каждой школе - преподаватель "Основ православной культуры" (как бы они ни назывались), в каждой военной части - капеллан, в каждом микрорайоне и в каждой деревне - церковь. А в исключительных случаях, если очень надо, - то и свои депутаты в муниципальных и региональных парламентах, а то и в Думе. При этом высшие церковные иерархи во главе с патриархом Кириллом очень заботятся о единомыслии в этой грандиозной системе: в определениях собора много внимания уделено церковному образованию и порядку назначения на церковные должности. Если бы, скажем, церкви всерьез потребовался "общероссийский дресс-код", вся эта пропагандистская машина заработала бы в полную силу - и мало бы никому не показалось.

Не так давно публицист Дмитрий Ольшанский в своей нашумевшей колонке в "Эксперте" провозгласил Русскую православную церковь единственным социальным институтом в России, который еще не умер и который, к тому же, еще хоть как-то поддерживает связь страны со своей историей, удаленной больше чем на сто лет.

Это, конечно, вопрос вкуса. Но надо признать, как минимум, что РПЦ - это едва ли не единственная в России организация, у которой есть план собственного развития в контексте развития страны, внятная и последовательная социальная стратегия и достаточно сил и упорства, чтобы этот план и эту стратегию реализовывать. Последние двадцать лет патриарх Алексий II и его преемник Кирилл старательно дружили с властью, поддерживали ее идеологически - чего стоят хотя бы "Десять заповедей равноудаленных российских бизнесменов", собственная "декларация прав человека", непонятно зачем нужный писаный свод вечных ценностей и провозглашение православия основой модернизации. За это церковь получила режим наибольшего благоприятствования и, например, закон "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности". РПЦ бережно выстроила отношения с бизнесом - и получила целую россыпь разнообразных клубов и фондов "православных бизнесменов" (вроде Фонда Андрея Первозванного, попечительский совет которого возглавляет президент РЖД Владимир Якунин). И это не говоря о множестве компаний, которые неплохо зарабатывают на масштабных строительных проектах РПЦ.

Можно быть не в восторге от РПЦ, но уж ее-то точно нельзя не признать живым и полнокровным институтом в стране, где из всех социальных практик более или менее бесперебойно работает разве что взяточничество. Больше, кажется, не у кого перенимать опыт строительства больших амбициозных организаций, этаких социальных машин, способных на ходу настраиваться, перестраиваться и ремонтироваться. С этой точки зрения РПЦ на раз уделывает любое общественное движение, любую партию, да и любое государственное учреждение.

Недаром Архиерейский собор 2011 года так много раз "выражал удовлетворение". И недаром к нему было приковано такое внимание. Это было собрание "тихой силы", уверенной в себе, в собственной правоте, в своем моральном и умственном превосходстве, хитрой и последовательной. "Собор победителей".

Другие материалы рубрики